Волчья кровь - Марук Майя - Страница 13

За Виктором шел Габард. Рыжий волк с репутацией мясника. Если Виктор хладнокровно мстил за смерть Луны, то Габард явно получал удовольствие от войны. В личные отряды волк подбирал себе подобных. Сам принимал участие в сражениях. Несмотря на запрет Совета Альф.

Его Луну звали Крава. Маленькая коренастая волчица с озорными глазами, тонкими ножками и веснушками во все лицо. Внешне она больше напоминала самоварную кухню, чем Омегу. Пекла пироги, рожала щенков, занималась благотворительностью. По какому принципу вселенная свела этих двоих, оставалось только догадываться.

– Ты не смотри, что она такая мягкая, как булка. Это маска. Знаешь, как она этого рыжего за яйца держит? Вся стая пищит. – Скрипучий голос раздался справа.

Повернулась. Рядом стояла старушка с деревянным подносом на шее. На резной поверхности красовались мясные и ягодные пироги. Румяные, с выпуклой луной на запеченных бочках.

– Вы читаете мысли? – Спросила у торговки.

– А что их читать? – Улыбнулась женщина. – Все гадают, как эти двое вместе оказались. Только Луна мудрая. Она знает, кого к кому в постель класть. Хочешь пирожок?

– Спасибо.

– Свет с тобой. Смотри, вона, как на тебя наш горемыка смотрит. Уж не Луна ли вас благословила?

Старушка пятнистой рукой показала в сторону сцены и наткнулась на колючий взгляд Беты Хофтерфилда. Мужчина смотрел прямо на меня, сжимал челюсти и кулаки. По спине пробежали мурашки. Только я не поняла, побежали они просто от волнения, или от звериного страха. Процессия подошла почти к самой сцене и остановилась.

Жена Тиберия замялась у деревянной лестницы. Платье волчицы оказалось слишком узким для высоких ступеней. Я пыталась перевести взгляд на женщину, но каждый раз глаза возвращались к Адаму. Он уже не держал свою спутницу за руку и, кажется, не дышал. И тут случилось непонятное. Жена Тиберия проследила за взглядом Беты, скользнула по моему лицу и широко улыбнулась, будто что-то поняла.

– Поздравляю! – Сдержанно, но достаточно громко сказала женщина.

– О чем ты, любовь моя? – Непонимающе спросил Тиберий жену.

Остальные с интересом посмотрели на Лику. Кажется, именно так ее звали. Посмотрели все, кроме Адама. Он продолжал сверлить меня взглядом, а я не могла решить, уходить сейчас, или этот взгляд случайность и я только себя накручиваю.

– У Беты Хофтерфилда появилась пара! – Громко заявила Лика.

Толпа радостно взвыла. Спутница Адама сделала шаг назад, бабка с пирожками дернула меня за локоть.

– О как. Видать, права старуха! – Хохотнула торговка.

– У него должна была появиться пара, – кивнула я и взяла пирожок, – как думаете, травяные лавки сегодня работают? Или все гуляют.

– Работают, конечно. Это только для людей праздник. Волки соберутся под полной луной. Первая охота за триста лет.

– Охота?

– Ага. Тут недалече Аврора травы сушит. Выйдешь в ту арку, направо и десять минут ходу. У нее лучшие заготовки во всем Хофтерфилде. Не та мешанка, что туристам подают.

Амалия

– У Беты Хофтерфилда появилась пара! – Почти крикнула Лика.

Толпа взревела. Волки если не любили Адама, то уважали. Он много сделал для процветания стаи, и оборотни искренне желали Бете счастья. Сам Адам с трудом удержал лицо. Несколько Альф за его спиной громко завыли. Особенно старался рыжий волк. Даже в этом невинном ритуале, Габарду было важно стать первым.

Тиберий перевел удивленный взгляд с жены на своего помощника и обратно. Адам на его вопросительный взгляд ничего не ответил, а вот Лика улыбнулась и шепнула мужу на ухо:

– Печать у него на груди.

– А Луна?

– В толпе. Не будем сейчас ее пугать.

Единственной, кому было не до радости, стала Амалия. Сначала она ничего не почувствовала, кроме облегчения. Отношения с Адамом стали для нее тяжким грузом. Потом пришло облегчение. Теперь у Беты была пара. Пара у оборотней – это святое. Вторгаться в союз запрещал закон. Да и вряд ли кто-то из волков пошел бы на это. Поэтому Амалия отпустила руку своего спутника и отошла от него, давая понять будущей жене Адама, что больше не претендует на него. Волчицы, которой предстояло занять ее место, она не увидела. Но наткнулась на холодный взгляд своего волка. В животе Амалии все сжалось. Он был недоволен. Черная волчица в груди отчаянно заскулила, будто пыталась просить прощение за то, в чем не была виновата.

Адам

Адам состояния своей спутницы не заметил. Едкий запах вишни не дал чувствительному волчьему носу прочитать эмоции женщины. Адам пытался. Он не планировал рассказывать Амалии о Еве. Никому не планировал рассказывать. Но теперь почувствовал вину перед любовницей за последние сутки.

В то же время волк не мог оторвать взгляд от Евы. Девушка уверенной походкой пошла в сторону южной арки. Адам попытался вспомнить, что находится в той стороне. Но кроме пары лавок, которые вряд ли могли бы заинтересовать женщину, ничего вспомнить не смог. Волк начал волноваться. Ему стала не по себе от мысли, что женщины нет в поле зрения.

– Адам, – голос Тиберия вернул волка в реальность, – потом объяснишься перед Луной. Пойдем, пора начинать.

Адам растерянно кивнул, посмотрел на Амалию. Он не знал, сообразил, как правильно поступить. На помощь пришел Виктор.

– Сегодня я составлю компанию леди. – Альфа сделал шаг вперед, предложил женщине руку.

Инцидент можно было считать исчерпанным. Амалия получила официальную свободу, Адам, благодаря Оракулу, обязанность предъявить пару. Мужчина пообещал себе сразу после официальной части поговорить с Амалией, а вот как быть с Евой, не знал. Признать связь с женщиной он был не готов.

Глава 11.

Ева

Никакие травы меня не интересовали. Нужен был повод уйти от старухи. Ее внимание казалось опасным. И странное ощущение того, что действие, происходящее на площади, касается меня, только усугубляло ситуацию.

Торговка не соврала. Ровно через десять минут появился небольшой магазинчик с травами. Мои воспоминания говорили о том, что несколько лет назад в этом помещении располагалась мясная лавка. Но либо агенты Химеры допустили ошибку, либо владелец лавки сменился.

Я мельком заглянула в открытую дверь. Там высокая сухая волчица в кожаном брючном костюме продавала пряности, мед, орехи и мыло. Под потолком висели бусы из сушеной хурмы и перцев. По углам благоухали веники из полевых цветов. Названий этих растений я не знала. Но аромат, летающий в воздухе, был похож на волчий дурман. Только не такой резкий и без горчинки. Посетителей в лавке было достаточно, чтобы занять хозяйку и ее помощника. На меня никто не обратил внимания. Я почему-то порадовалась этому ничего не значащему факту и пошла дальше.

Куда и зачем я шла, сама не могла себе ответить. Просто шла, разглядывала дома, улицы, редких прохожих. Иногда заглядывала в окна магазинов. Как это делала когда-то в юности на тренировочной площадке в поиске жертвы или укрытия.

– Что он вообще тут делает?

Хриплый голос раздался из открытого окна где-то неподалеку. Ничего того, что могло бы меня касаться, там не происходило. Но я, подчиняясь вбитым в тело рефлексам и привычкам, бесшумно подошла к дому, откуда слышались голоса, замедлила дыханье, прислонилась спиной к каменной стене. Чтобы заглянуть в окно, нужно было встать на носки. Моего роста как раз хватало, чтобы рассмотреть все происходящее в помещении. Делать этого не стала. Два волка стояли в метре от окна и легко могли меня заметить. Я и так была слишком близко к ним.

– Выбор Оракула. – Хохотнул кто-то в глубине комнаты. – Он никогда не станет Альфой. Посмотри, какой слабак. Даже до третьего круга не дотянет.

Говоривший был совсем молод. Судя по запаху и не до конца сломавшемуся голосу, в его жизни произошло не больше десятка оборотов.

– Не нам обсуждать отбор. – Меланхолично заметил оборотень у окна. – Не подходи к щенку. Если не хочешь, чтобы ночью объявили охоту на тебя, а не на них.