Неудачный персонаж (СИ) - Коготь Павел - Страница 82

— Тот, кто теперь занял место твоего повелителя!…Кстати! А ты когда Князя жрал, все сразу разжевывал, или…

Мои сомнительную репризу прервал возмущенный рев. То, что когда-то было Бен-Ганашем, не помышляя о какой-либо осторожности, понеслось к нам. Расчетливый РыбНик поджег фитиль. Ну?..

…Топ! Топ! Шлеп! Хлюп! Хрусь!

И вот яростный гуль появился на лестнице.

…БА-БАХ!!!

Вы получили умение “Пушкарь” 0 ур.

Вы получили +0,9 к умению “Пушкарь”

Пушка не подвела. Не знаю, как бы оно было в реальности. Здесь — сработало.

Набор столового серебра, забитый нами в короткий ствол, вылетел из него, будто сноп молний. Полтора десятка ножей, столько же вилок, двенадцать серебряных зубочисток, а также штуковины, бывшие в единственном экземпляре (среди них я распознал только штопор) — все это богатство прямой наводкой, в упор жахнуло в несчастного Бен-Ганаша.

Гуля, как раз взбегающего на ведущую на корму лестницу, вынесло за борт. Он по широкой дуге пролетел над волнами и с шумом бултыхнулся. При этом большая часть столовых приборов так и осталась торчать непосредственно в нем.

— Ну если это не поможет — я не знаю, что делать. — Пробормотал я, повернувшись к РыбНику и указывая на пузыри, поднявшиеся в потемневшей воде.

И мы оба получили ответ.

Вы одержали победу!

Вы получили уровень!

…Но, не глядя больше на полудемона, я отмахнулся.

Потом… Дело сделано — значит. надо помочь ребятам… в смысле — неписям… если ещё не поздно. Для них-то респаун не предусмотрен.

Пошатываясь, я бросился вниз на палубу.

…Для рагла все было кончено. Громадный скелет лежал грудой помятых доспехов и поломанных желтых костей под мачтой. Огня в глазницах откатившегося вбок черепа больше не было.

Остальных закрывал парус — и, огибая мачту, я готовился к самому худшему. И…

…Кровь — раненых и погибшего — была тут повсюду.

Один из несчастных неписей — буквально, с разорванным горлом — лежал прямо посреди палубы. Он был стопроцентно и окончательно мертв. Его голова была уродливо вывернута. Проклятье!

— …Обойдемся мы без него! — прорычал Амра. — А кровищу я приберу… Да не гляди ты так, капитан! — сам же меня обратил в это чучело… я бы, раненый, сдох иначе, срочно требовалась кровяка! А гребцов еще целых девятнадцать осталось… больше не буду!

Лежавший на палубе был гребцом. Амра, весь заляпанный багряными пятнами, сидел поодаль — на корточках перед телом Лухраспа, засовывая усачу в рот какие-то травки и заливая их зельем. Ещё несколько разнокалиберных флакончиков валялись рядом — пустые.

— Снадобья я ему наугад запихивал, — сообщил кимр, кивая на друга, — какие у него в сумке сверху лежали. — Одиннадцать штук… Хватит, думаешь?.. Ну ничего, вроде дышит! Надо только его придавить чем-то, чтобы не улетел… там, кажись, Зелье пера было…

Вжавшись в угол, скулил медвежонок Климова. Однако, у зверька точно девять жизней…

Неподалеку лежал Гильермо — без сознания, как и Лухрасп. Худой бородатый фанатик выглядел ещё хуже гребца — на его теле зияло сразу несколько ран, и в одной из них торчал острый осколок ребра. А ещё его правая рука была по локоть оторвана.

…Но он был жив.

У головы инквизитора — слева, справа и сверху — стояли три невесть откуда взявшихся истукана — два деревянных и один каменный. Статуэтки каких-то идолов — вроде тех, что мы видели рядом с жилищем хранителя.

Они равномерно мерцали.

Рядом с телом Гильермо висел Гасан. Джинн был бледен и выглядел наполовину растаявшим, мерцая синхронно со статуэтками. И сейчас особенно было заметно, что это старик: усталый, трясущийся и медлительный. Глаз его был закрыт… но открылся, когда я подошёл к ним.

— Вытащил я законника в этот раз, — дребезжащим фальцетом пробормотал джинн. — Нарушил кодекс морского братства… да и хрен с ним. Вовремя ты появился, Коготь… больше не могу держать… принимай!

И он струйкой сигаретного дыма отлетел в сторону.

Я бросился к паладину. Бережно наложил на его смятые ребра когтистые лапы.

— Может, сразу бы обратил? — проскрипел джинн. — Как Амру.

— Нельзя, — ответил я. — Не простит…

…И поднял голову к небу, не обращая внимания на солнце, кувалдой ударившее в лицо, и на судорожно задергавшуюся шкалу здоровья.

— Эй! — закричал я. — Эй, там! Светлые! Принимайте молитву! Говорят, надо лечить с молитвой: это она! Как вас… Ванесса! Мирт! Кто угодно, кто может!

NPC — и РыбНик с кормы — внимательно на меня смотрели.

— Нам теперь тут жить, Светлые! Это уже не игра! Поэтому я прошу: помогите! Потому что это мой друг, черт возьми! Буду должен!

И добавил шепотом, опустив голову:

— Или идите к черту…

Солнечный блик на волнах сверкнул особенно ярко. Налетел порыв лёгкого ветерка.

Мирт Судия взирает на вас с неодобрением

Ванесса Кроткая взирает на вас с неодобрением и жалостью

Боги колеблются со своим вердиктом

Вы сумели заставить самих богов усомниться в вашей оценке!

Вы получаете достижение! "Песчинка в колесе мироздания" (Ваши действия с дополнительной вероятностью влияют на ключевые для вселенной события. Ваши действия особо пристрастно оцениваются богами Светлого пантеона)

Мирт Судия посылает вам благодать

Ванесса Кроткая посылает вам благодать

Ваша молитва была услышана

…От моих рук побежали настоящие молнии. Разлившийся Свет был настолько ярок, что мир вокруг на несколько секунд выцвел.

Шкала жизни стремительно сокращалась, и последнее, что я постарался сделать, варясь в превратившемся в кипяток сияющем воздухе, — влить побольше этой энергии в тело Гильермо.

…И успел увидеть, как инквизитор открывает глаза.

Вы умерли

Вы были воскрешены на новой точке респауна: корма пиратского судна "Улыбка Грима"

Случайная характеристика уменьшена на 1 (выносливость: -1)

Рядом со мной сидел полудемон.

— Ты очень необычный человек, Алексей, — серьезно сказал тот. — Всеволод был прав: ты на редкость адаптивный и изобретательный.

Я приподнялся со стоном. Опять солнце!

— Изобретательный… Только не человек, а упырь. Теперь так.

— Неважно.

— Что происходит? — я ткнул когтем в сторону средней палубы. — Я долго… отсутствовал?

— Нет, респаунулся почти сразу же, — сказал РыбНик. — А вот Виктора и Марии пока что нет. Их убил гуль — и поэтому, видимо, ждать им придется дольше.

Он кивнул за мачту:

— …Ну а там все нормально. Лухрасп и Гильермо пришли в себя. Гасан восстанавливается. Амра… уже отдраивает корабль от следов своей трапезы.

Я понял вдруг, что галера, переваливаясь с боку на бок, наконец, ходко идет по волнам. Гребцы налегали на весла слаженно, притом безо всякого барабана. Однако время от времени — то один, то другой — начинали вытягивать шеи, косясь в ту сторону, где драил палубу Амра. Когда к упырю поворачивалось слишком много шей, ритм сбивался.

Тогда слышался гневный рык кимра — и гребцы, подскочив на лавках, снова синхронизировались.

Слышались и другие крики.

— Убери от меня этих поганых кумиров, джинн! Или я поднимусь и сам пошвыряю их за борт, хоть я теперь однорукий!

— Дурень, не трогай мои тотемы! Они тебе жизнь спасли!

— В общем, ты там больше пока не нужен, — подытожил РыбНик. — Пообщаемся, покуда у нас есть время?

Я кивнул, переползая с лобного места в тень. Поговорим, нам теперь есть о чем. У нас обоих новая жизнь начинается…

— Зря чемодан принес, поспешил, — сразу упрекнул его я. — Так бы, может, и не пришлось отдавать все-таки.

— Не зря, — сказал РыбНик.

Он отошел на несколько шагов в сторону, запустил руку внутрь высокой канатной бухты — близнеца той, которую мы использовали, чтобы расправиться с боцманом, — и из-под скользких колец каната извлек… дипломат! Я моргнул.

Навсегда неизвестные нам барышни из 80-х годов все так же улыбались миру “Фан-Терры” с облезлых переводных наклеек. Тот самый.