Земля. Реалити-шоу, в котором за тебя уже все решили - Морено Элой - Страница 35

– Да, он всегда повторял мне одно и то же: ему ничего нельзя говорить на эту тему. Но я заметила, что он был напуган, обеспокоен. Каждый раз, когда я приезжала к нему в Исландию… Это выглядело так, будто он хочет мне что-то сказать, но не может.

– Конечно, он боялся, – сказал ей мой брат. – Скорее всего за ним следили, возможно, по этой причине всегда вы приезжали к нему, а не наоборот. Наверняка в его доме были установлены скрытые камеры и микрофоны.

– Что? – и она посмотрела на меня с удивлением.

– Да, так мой отец следил за тем, чтобы договор о неразглашении не нарушался.

– Но что же все-таки произошло? Как умер ваш муж? – попыталась я перенаправить разговор в нужное направление.

Она слегка сжала зубы.

– Уже была ночь, мы все легли спать, и вдруг зазвонил телефон. В тот день я окончательно убедилась в том, что ночные телефонные звонки никогда не приносят с собой хороших новостей.

Она замолчала на несколько мгновений.

– Чей-то далекий голос извинился передо мной за поздний звонок, а потом уточнил, как меня зовут. Следующей фразой было: «С сожалением сообщаю вам, что ваш муж умер». Вот так, просто и быстро, будто пронзили кинжалом. Я на несколько секунд потеряла дар речи, будто это был просто какой-то кошмарный сон.

Когда я наконец пришла в себя, мне объяснили, что они отправились на экскурсию по одному из ледников, и с моим мужем произошел несчастный случай. Не повезло, всякое бывает. Лед под ногами треснул, и он упал с высоты более двадцати метров, разбившись о землю. Смерть была мгновенной, он не страдал.

Женщина снова замолчала.

– Мне очень жаль, – произнесла я, обнимая ее.

– Сказать по правде, компания повела себя с нами очень хорошо. Мы поехали в Исландию, нам все оплатили, показали полицейский отчет. Нам предоставили доступ к фотографиям, которые были сделаны, к деталям спасательной операции. Мне показали тело моего мужа…

– Все было в порядке, – сказал мой брат.

– Да, именно так.

Женщина медленно отстранилась от меня, вытирая глаза.

– В общем-то, это все. Нам выплатили компенсацию. Да, деньги были большими, но я не знала, нормальная эта сумма или нет.

– На самом деле это было вовсе не нормально, это было слишком много, – вмешался мой брат.

В ту минуту мне хотелось спросить у нее, как так получилось, что она потратила все эти деньги и осталась в результате ни с чем, но момент был неподходящий. И я стала думать о причинах, по которым отец привел нас с братом к этой женщине. Ведь Маргарет не была непосредственной участницей конкурса. Нужно было найти другую зацепку или закономерность, которая привела бы нас к следующему ключу.

Я посмотрела на своего брата и поняла, что он так же растерян, как и я.

После нескольких минут молчания мне в голову пришла одна идея.

Мой брат удивленно посмотрел на меня, как только я задала вопрос.

– И еще одно: ваш муж, случайно, не сирота?

В колонии начался новый день. Камеры снова показывали ежедневную рутину: быстрый утренний туалет без излишеств, вчерашняя одежда, посещение кухни, чтобы приготовить завтрак из капсул… Такие маленькие радости жизни как горячий душ и запах свежеприготовленных тостов остались где-то далеко в прошлом, как и новая одежда, купленная накануне.

Позавтракав и убрав со стола, отправив упаковки на переработку, каждый житель колонии тут же погружался в свои мобильные устройства, чтобы также насытить свое эго. Они хотели знать, что нового произошло на Земле, пока спали, что о них сказали зрители, насколько выросло число их подписчиков или какая фотография набрала наибольшее количество лайков.

Некоторые из них, такие как Мисс, Мастер и Верука, часами отвечали на вопросы своей аудитории, записывая видео в прямом эфире, опровергая слухи, объясняя ситуации, которые были неверно истолкованы изображениями с камер.

– Ого, похоже, прошлой ночью в коридорах было какое-то движение, – заметил Военный без всякого умысла.

Никто ничего не ответил.

– Кстати, а где Мисс? – спросила Доктор. – Кто-нибудь видел ее?

Ни Мастер, ни Садовник не проронили ни слова: один подозревал другого в том, что эту ночь Мисс провела с ним, и наоборот. Они оба решили поддерживать странные отношения на троих, и ни один не хотел признаваться в том, что на этот раз оказался тем самым избранным.

– Что ж, вижу, вы сегодня не слишком разговорчивы. Пойду посмотрю, все ли с ней в порядке. Странно, что она не вышла к завтраку вместе со всеми, – сказала Доктор уходя.

Камеры следуют за женщиной, идущей по коридору. Она подходит к комнате Мисс. По сравнению с любым другим утром аудитория бьет рекорды, потому как все хотят знать, кто же был в комнате Амели прошлой ночью. И не только из-за желания посплетничать, а еще потому, что на кону стоят большие деньги: ставки были три к одному в пользу Мастера.

Доктор стучится в дверь, но никто не отвечает. Она зовет Мисс – снова ничего. «Странно», – думает Лаура и осторожно толкает дверь. Там она видит странную картину: Мисс, свернувшись калачиком и прикрывшись простынями, лежит на кровати.

Доктор молча подходит к ней, кладет руку на спину и медленно поворачивает Мисс, чтобы увидеть, какой кошмар пережила девушка. Ее глаза слишком опухшие от слез.

Амели крепко обнимает Доктора, как спасательный круг, который приходит на помощь ровно в тот момент, когда бушующее море набирает силу.

– Спокойно, спокойно… Расскажи мне, что случилось? – шепчет Лаура ей, опасаясь худшего.

Она знает, что любая болезнь здесь может оказаться смертельной.

– Сирота? Да нет, ну что вы, – ответила нам женщина.

– Я просто подумала, что тут может быть какая-то закономерность, – сказала я, глядя на брата и надеясь, что он придумает что-то получше.

– Даже не знаю, куда двигаться дальше, – признался он, глядя на женщину. – Может, вы знаете особенное место, где находится необычная дверь, хранится сейф или коробка, которые можно было бы открыть специальным ключом?

– Дайте подумать…

Мы несколько минут сидели молча, но она больше не могла нам ничего сказать. Я встала и начала ходить кругами, пытаясь ухватить какую-нибудь деталь, на которую мы не обратили внимания.

– Должно быть что-то еще, что-то, что мы не замечаем, – продолжала размышлять я, говоря при этом вслух.

Исследуя все собранные нами данные, я поняла, что мы не знаем, как муж Маргарет попал в компанию отца. Я попыталась потянуть за эту ниточку.

– Послушайте… вы ведь говорите, что у вашего мужа было много разной работы.

– Да, он был готов взяться за что угодно, особенно на стройке. Он умел делать буквально все.

– И как компании нашего отца удалось выйти на вашего мужа?

– Вот уж не знаю. Помню, что ему позвонили из агентства по временному трудоустройству.

– Что-то здесь не вяжется… Я не понимаю, как, не зная вашего мужа до открытия этой вакансии, они вдруг приходят к нему и предлагают работу в Исландии. Вы уверены, что у него раньше не было никаких связей или контактов с компанией нашего отца? Какое-то собеседование? Может, был конкурс, на который он хотел попасть?

В эту секунду я увидела, как лицо женщины переменилось, и уловила момент, которого ждет каждый журналист.

– Слушайте, а ведь сейчас, когда вы об этом говорите, я припоминаю что-то такое. За несколько месяцев до поездки в Исландию мой муж проходил несколько интервью, которые проводились для отбора конкурсантов. Он был красив, высок, силен. Это был не первый раз, когда он пробовался, и за кастинг всегда хорошо платили.

– А вы не помните название того конкурса? Ну или хотя бы кто его организовывал?

– Точно, это был кастинг. Мой муж сказал мне, что они ищут тех, кто похож на знаменитостей для работы дублерами в фильмах.

– Конкурс двойников! – вскрикнул мой брат. – Вот что это могло быть.

– Скажи мне, что случилось? – спрашивает Доктор под пристальным взглядом миллионов людей, которые увеличивают громкость своих устройств.