Королева (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 45

— Это не крот, это дельфин какой-то, — сказала Валькирия, — Сверните налево метров через сто, там много труб, может, задержит его. Только потом сразу уходите в сторону, за серым зданием еще толпа.

— Вы нас собираетесь забирать? — вклинился Бамос. — А то я совсем пустой, даже застрелиться нечем. Зато промок насквозь.

— Бздишь? — хмыкнул Мирный, — Правильно, бзди. За такое прикрытие тебя надо там на недельку оставить.

Посыпались шутки и незлобные подколки. Даже Фламинго улыбнулась, хотя до этого сидела, насупившись, и мастерила рукоятку своему новому мечу. Скрутила оплетку из веревочек и приделала один из амулетов, который я раньше видел у Метеорки. Опасная штука, как бы ни ткнула никого на резком повороте.

Народ постепенно отпускало. Несмотря на преследовавшего нас опарыша, чувствовалось, что уйдем. Что этот раунд мы выиграли, хоть с потерями.

На вопрос, сколько у нас топлива, Вадик успокоил, что до парома хватит с запасом, а там уже точно по воде оторвемся. Но оторвались раньше. На уровне зова я чувствовал злость и бессилие «опарыша», а потом и голод с усталостью. А когда пришло разочарование, он полностью высунулся из-под земли и огласил округу ревом близким по частоте к ультразвуку.

Мы выждали какое-то время. Перезарядились и пополнили пустые магазины. Мирный заменил ствол у пулемета, показав мастер-класс секунд за шесть, но потом надолго завис над своими барабанами. Мы дозаправили «пиранью» и, сделав приличный круг, вернулись за злыми и продрогшими снайперами.

— Надо бы похоронить… — задумчиво сказал Саня, когда мы уже подъезжали к шлагбауму складского комплекса.

— Согласен, — кивнул Мирный, — Эй, на орбите! Что там твои спутники говорят?

— Говорят, что засада провалилась, и элитные войска Шехерезады отступили, но мелочь какая-то подтянулась обратно, — я прикрыл глаза и, держа в руке мешочек с алмазом, стал мысленно тянуться по сторонам. — Меня другое больше напрягает. Ведь реально ловушку нам сделали и действия свои координировали.

— Да ну нафиг, если бы координировали, хер бы мы ушли, — покачал головой Мирный, — Крот-то опоздал. И пауки могли одновременно с кошками напасть.

— Я не говорю, что у них все идеально, но вот тенденция напрягает.

Армия Шекхед, а никак иначе теперь я не мог воспринимать зомбаков, действительно отступила. Между складами бродили только растерянные промокшие шаркуны, пытаясь найти что-нибудь вкусненькое для себя среди трупов, которые мы оставили. А когда мы открыли по ним огонь, тупо ломанулись на звуки выстрелов. И шли в расход по идеальной формуле: один выстрел — один труп.

Пока Мирный с Вадиком тренировались в стрельбе, мы с Саней и Бамосом, забрали тело Метеорки. К счастью, успели до момента, как на нее набрели падальщики. Нашли большой ящик на соседнем складе, соорудив нечто похожее на гроб, и закрепили на крыше броневика.

Вернулись к заливу, бросили «пиранью», замаскировав ее в полуразрушенном сарае, и переправились на остров на небольшом катере. Паром нас не дождался, пару часов назад куда-то увез старейшину камаджоров. Дедушка Лу тоже свалил, передав через сестру записку, где и когда встречаемся.

Фламинго осталась на берегу организовывать похороны, а, точнее, готовить большой костер по заветам макуто. Мы отнесли взрывчатку Гринчу и с замиранием сердца смотрели, как он чмокает губами и чешет репу, изучая добытое.

— Ну что? — я уже не выдержал, когда сапер в третий раз покачал головой.

— Оуч, сорян, задумался, — он поднял глаза, будто удивившись, что мы перед ним топчемся уже несколько минут, — Сойдет. Проверю кое-что, подмешаю чуть-чуть, чтобы стабильности добавить, и будет у вас крутая мега-петарда!

— Мощная?

— Гору в пыль сотрете, не то что какую-то пещерку расхерачите.

— Подожди, нам гору в пыль не надо, нам бы так, чтобы все живое и неживое в пещере сдохло, а мы свалить успели целые и невредимые. Получится так?

— Ну, такого длинного фитиля у меня все равно нет, — опять задумался Гринч, в глазах которого аж искорки заблестели, будто он мысленно представил, как бикфордов шнур горит, — Так что сделаю дистанционный взрыватель. Вот только хер знает, насколько он в пещерах по дальности сработает.

— А если уронить с высоты? — я представил логово Шекхед и подумал, может просто с обрыва ей на голову скинуть, — Взорвется?

— Пятьдесят на пятьдесят, — пожал плечами сапер, — смотря куда, смотря откуда. Но опять же, не факт, что свалить успеешь. Обвалится да там же и похоронит. Я таких опытов не проводил и вам не советую. Валите уже, я делом займусь. Завтра приходите.

Мы вернулись на пляж, помогли амазонке и с наступлением темноты стали прощаться с Метеоркой.

Выпили, помолчали. Смотрели на гаснущий закат, стараясь не тревожить Фламинго, напевавшую какую-то песню на своем языке. Красивую, но непонятную.

Лу когда-то говорил, что алкоголь на меня теперь не подействует. Ан-нет, нормально все зашло. И еще лучше зашло, когда мы переместились в столовую, выменяли ключи у сторожа на бутылку виски и просидели в пустом зале до рассвета. Уже Саня с Вадиком спать отправились, а «волки», то есть мы с Мирным и Бамосом все сидели, пока нас дежурный по кухне перед завтраком не прогнал.

Совсем как в старые добрые времена после успешно выполненного задания. Еще и впечатления от совместного боя после перерыва, благодатно легли на виски, а потом и на ром. А вот самбуку я уже зря пил. Но не мог остановиться, не хотел.

Глава 23

— Андрей, ну вставай!

— Дай поспать, — я повернулся к стенке, но сестра не отставала, продолжая меня тормошить.

— А вы хоть кому-то дали поспать? Орали всю ночь, как ненормальные.

— Стоп, не тряси, — я выставил руку, оценивая свое состояние. — Похоже, я нашел свою суперсилу!

— Удиви меня, и я напишу про тебя репортаж, — Катя сделала вид, что пишет в блокноте. — Так и запишем: герой зевоты и подушек…

— Я же серьезно. Прикинь, а похмелья нет, — я увернулся от воображаемого листика, который сестра вырвала из блокнота и, скомкав, бросила в меня. — Но в сон клонит, как будто мы опять картошку на теткиной даче копали.

— К сожалению, перегар не дихлофос, от него даже тараканы не дохнут, не то что зомби. Так что сомнительная суперсила, — сестра покачала головой. — Ладно, скажу Платону, что на совет анклава выживших лагерей ты не придёшь?

— Именно, — я потянулся, позевывая, — все иди, заход не прокатил. Иди пошпионь там, а я потом твой репортаж почитаю.

Я перевернулся на другой бок, натянул одеяло и попытался уснуть. Похмелья действительно не было, голова не гудела, желудок не крутило, в пот не бросало. Никаких мечтаний о холодненьком пивке, а вот яичницу (а на острове были куры) с беконом и стаканом апельсинового сока приму обязательно, но пока ещё спать. Организм, как повербанк, показывал только четверть заряда. Это по ощущениям, так-то, конечно, никакие лампочки на мне мигать не начали.

— Космос, вставай!

— Вы сговорились что ли? — я приоткрыл один глаз, щурясь на Мирного, создавшего приятный полумрак, заслонив окно.

— Пива хочешь? — парень отхлебнул из банки и рыгнул, заполнив комнату перегаром с хлебным запахом.

— Нет, — я накрыл голову одеялом.

— А его и нет больше, — хохотнул Мирный. — Вставай, нас Гринч звал.

Завтрак пришлось отложить на потом, как и разбор результатов общелагерного совета. Мы теперь называли себя анклав, состоящий из четырех лагерей: ЖД-музей, нефтебаза, остров Банс и порт, где засела береговая охрана. Несмотря на то, что уже действовали сообща, главы общин подписали договор о поддержке и сотрудничестве. Причем сделали это демонстративно, чуть ли ленточку не резали, когда радио связь наладили и послов отправляли. Но выжившим понравилось, порядок — признак стабильности, надёжности и шансов на светлое будущее.

Гринч был в своей мастерской, что-то колдовал на верстаке, но уже не нашу бомбу. Махнул рукой в сторону стола, на котором стоял здоровый баул, а сам остался на месте.