Обезьяна с гранатой – 2 - Дроздов Анатолий - Страница 5

Он поклонился. Флоранс прикусила губу.

– Что ж! – сказала язвительно. – Если вы так недоступны, граф, я передаю приглашение лично. Сегодня вечером в восьмом часу я жду вас у себя. Извольте быть! Если не знаете, как меня найти, лакеи покажут!

Она гордо задрала подбородок и вышла.

– Не поверила ни одному твоему слову! – сказал Хорхе после того, как захлопнулась дверь.

– Наплевать! – отозвался Сергей.

– Ты в самом деле выбросил приглашение?

– Прочел и порвал.

– Зря, – не одобрил Хорхе. – В кружок принцессы мечтают попасть многие.

– Разумеется! – сказал Сергей. – Они – в члены ее кружка, она – в кружок их членов.

– Пошляк! – сморщился канцлер. – Между прочим, у Флоранс нет любовника. И не было.

– Да шо ви говорите?! – усмехнулся Сергей. – Откуда сведения? В спальне принцессы дежурили?

– Осел! – разозлился Хорхе. – Ты хотя бы для приличия вникал в жизнь двора! Закопался в своих бумагах. Это дворец! Здесь даже мышь, если проскользнет в чью-то спальню, назавтра станет предметом обсуждения. Что ты себе позволяешь? Сосунок! Думаешь жизнь просидеть за моей спиной? Мне шестьдесят три года! Если завтра умру, что станет с тобой? Кому будешь нужен?! Король стар и болен, а у Флоранс в гостиной каждый вечер сидит наследник. Он обожает старшую сестру. Ты собираешься заводить полезные знакомства или нет? Сколько можно учить? Слушай приказ! Сегодня же пойдешь к принцессе и постараешься ее очаровать! Ее и наследника! Понял?

– Да, милорд! – поклонился Сергей…

К Флоранс он явился с опозданием – из вредности. Скользнув в приоткрытую лакеем дверь, Сергей примостился на первом же свободном стуле и осмотрелся. В гостиной находилось человек двадцать, мужчины и женщины, и все, как определил Сергей, лет шестнадцати – восемнадцати. Скорее всего, пажи и фрейлины принцессы. Детский сад. Флоранс в ее двадцать два года, наверное, казалась этим юным созданиям умудренной жизнью дамой. О Сергее с его неполным тридцатником и говорить нечего: дедушка. Среди гостей обнаружился и наследник – тонкий юноша с едва заметным пушком на верхней губе. Он сидел рядом с сестрой, внимая разряженному придворному, который декламировал нечто заунывное.

Появление Сергея осталось незамеченным. Только Флоранс сверкнула гневным взором в его сторону. Сергей сделал вид, что не заметил. Плевать ему на ее гнев, как и на этих вертопрахов и бездельников! Какая от них польза? Только и умеют, что жрать и трахаться. Мусор, балласт, раковая опухоль на теле империи.

Для злости у Сергея были основания. После полудня пришла весть: убит курьер канцлера – третий в этом году. Курьера нашли неподалеку от Киенны, раздетого и обобранного до нитки – типа, пал от рук разбойников. Однако никто в ведомстве Хорхе заблуждался насчет истинных причин этой смерти. Так близко к столице разбойники не шалили. Заговорщики в очередной раз показали зубы. Перехваченное послание они не прочтут – зашифровано, но работа встанет на несколько дней. Курьеров нужно отправлять в сопровождении охраны, а это распыление сил и средств. У погибшего осталась семья…

Сергей почти не слушал чтеца. Что-то о любви и страданиях – неуклюжее и корявое. У Рея стихи хоть грамотные. Делом бы занялись! В пограничных частях не хватает офицеров. Показали бы себя вместо того, чтобы в приемных штаны протирать! Ингрийцы повадились ходить в набеги, требуется гонять горцев. Глядишь, и прониклись бы служением империи!

Чтец закончил декламировать и поклонился. Слушатели восторженно зааплодировали. Сергей скривился. Флоранс это заметила.

– Вам не понравились стихи Бастиана, граф?

– Да! – подтвердил Сергей, вставая.

Десятки глаз уставились на него с осуждением.

– Почему?

– Один поэт на моей родине как-то сказал: «Я допускаю, что стихи могут быть без ритма, я допускаю, что стихи могут быть без рифмы, я допускаю, что стихи могут быть без смысла, но нельзя, чтобы все сразу в одном стихотворении».

Бастиан покраснел и шлепнулся на стул.

– Вы хотите сказать, граф, – нахмурилась принцесса, – что знаете стихи лучше?

– Разумеется, Ваше Высочество.

– Прочтите!

Сергей помедлил. Чем их пронять?

Последнюю строчку Сергей сознательно изменил: нечего развешивать любовные сопли! Когда он кончил читать, в гостиной воцарилась тишина. Присутствующие смотрели в пол. Первой опомнилась хозяйка.

– Это вы сочинили?

– Нет, Ваше Высочество! Великий поэт страны, где я жил. Его звали Вильям Шекспир.

– Так это не о Киенне? – обрадовался наследник.

– Да, Ваше Высочество! – подтвердил Сергей. «Хотя чем Киенна лучше Англии времен Елизаветы?» – добавил мысленно.

– Какие еще стихи Шекспира вы знаете?

– Вообще-то он сочинял пьесы, – ответил Сергей. – Очень хорошие. Я видел их на сцене.

– С ними можно ознакомиться?

– Стоит только пожелать.

– Желаем! – сказал принц.

– Тогда подождите, ваше высочество! Я скоро!

Выбравшись из гостиной, Сергей прошел коридором в крыло канцлера и спустился в подвал. Как-то он обнаружил там груды книг – провалившийся проект Миссии. По чьей-то «светлой» идее на Земле перевели на общеимперский произведения земных классиков, издав их на Гее. Только не подумали, что на Гее некому это читать. Другая жизнь, интересы… Книги мертвым грузом осели в подвале. Сергей как-то забрел сюда и запомнил, что Шекспир здесь встречался.

Подсвечивая себе экраном комма, он порылся в стопках и вытащил томик в кожаной обложке. «Ромео и Джульетта»… «Гамлет» или «Макбет» пришлись бы более к месту, но перебирать пыльную груду желания не было. Сойдет! Сергей смахнул пыль с обложки и пошел обратно.

– Вот! – сказал, вручая томик принцессе.

– О чем пьеса? – заинтересовалась Флоранс.

– О любви.

– Замечательно! – обрадовалась она. – Читайте!

– Я? – удивился Сергей.

– Конечно! – подтвердила она. – Кто же еще? Вы ведь хвалили Шекспира!

«Попал!» – подумал Сергей…

К концу второго акта голос его захрипел, и изящная ручка, затянутая в темно-синий бархат, поставила перед ним кубок с вином.

– Нет, Ваше Императорское Высочество! – возразил Сергей. – Я голоден и опьянею. Язык станет заплетаться. Может, перенести читку на завтра?

– Мы хотели бы дослушать! – возразил принц. Придворные дружно закивали. – Мы лучше подождем, пока вас накормят. Что у нас есть на кухне, Жюль?

– Ужин еще готовится, – доложил лакей. – Разве что печенье.

– Молоко найдется? – спросил Сергей.

Лакей кивнул. Принц улыбнулся, а придворные, как по команде, захихикали. Взрослые люди не пьют молока. Чудит граф!

– Пусть его вскипятят! – сказал Сергей. – И не забудьте мед…

Жюль явился скоро. Он поставил перед Сергеем поднос с исходящим паром кувшином, кубком и вазочками. Сергей зачерпнул ложкой густой мед, плюхнул его в кубок и залил молоком, с удовлетворением заметив, как в кубок скользнула жирная пенка. Размешав, он пригубил и нашел, что это хорошо. Всем своим видом демонстрируя несравненное удовольствие, Сергей ел печенье, запивая его горячим молоком с медом. Осушив кубок, он сделал себе вторую порцию.