Закон джунглей. Книга 7 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 36

— Эта закончилась. Зандр, ещё есть? — Альтая протянула мне книгу. Невозмутимость зеленоволосой пугала. Как только она понимала, что появляется свободное время и нет возможности тренироваться, тут же доставала книгу и читала. Причём зачастую читала и вместо тренировок.

— Держи, — я протянул следующую книгу из коллекции Деро Друла. Когда мы попадём в первый пояс, обязательно нужно зайти в библиотеку. Либо в какой-нибудь книжный магазин. Деро Друл откуда-то собирал же свою коллекцию? Видимо, и мне придётся.

Через час Вилея и Альмирда вернулись в гостиную. По невозмутимому лицу главы племени Урбангос нельзя было сказать, что ещё недавно её избивали, как тренировочную грушу. Хотя улыбающаяся Вилея выглядела такой радостной и довольной, словно получила самый большой подарок в своей жизни. Альмирда заняла своё место, дождалась, пока Вилея не сядет рядом со мной и произнесла:

— Благодарю, что подождали. Нам с дочерью нужно было решить некоторые вопросы. Вилея рассказала мне о том, что с вами произошло и почему вы выглядите столь странно для демонов. Но всё равно, искатель Зандр, новость о том, что ты являешься человеком, не укладывается в моей голове. Чем же ты сумел покорить мою дочь, что она взбунтовалась против родной матери?

Вопрос выглядел риторическим, но отвечать на него всё равно пришлось. Ибо внимание всех собравшихся сосредоточилось на мне. Действительно, чем я покорил Вилею?

— Ничем особым, просто позволил ей быть собой. Не пытался её менять, не навязывал свою волю, не продавливал. Принял такой, какая она есть. Этого оказалось достаточно.

— То есть менялся ты? — продолжила допытываться Альмирда.

— Тоже нет. Вилея пошла по моему пути — она согласилась мириться с моими проблемами. Какой смысл менять друг друга? Я полюбил вашу дочь не за то, какой она может стать. За то, какая она была. И, надеюсь, Вилея останется такой до конца. Потому что это именно то, что мне в ней нравится. То, что меня к ней тянет. Её искренность. Её честность. Её готовность идти до конца.

— Красивый ответ, — кивнула Альмирда. — Пожалуй, не сегодня, но в будущем я бы тоже не отказалась от удовольствия проверить твою силу. Твои способности. Дочь много успела рассказать о том, насколько ты силён. Береги её, человек. Моя старшая является самым дорогим, что у меня есть.

— Мама! — возмутилась Вилея и, едва не шокировав меня, покраснела. Вилея умеет краснеть? Кажется, последний раз это было в глубоком детстве, когда мы только начали свой путь возвышения. Альмирда одобрила выбор своей дочери.

Дальнейшее пребывание во дворце племени Урбангос ничем особым не запомнилось. Устройства древних, что поставлялись из мира людей, транзитом отправлялись в центральный дворец, не задерживаясь у Альмирды. Когда мать Вилеи получила наше письмо, было уже поздно — лечебная капсула покинула дворец. Владыка Шан Ри, получив одобрение одного из Князей второго круга, активно занимался поставками металла древних, особо не обращая внимание на то, в каком виде этот метал поставляется. Сам владыка находился где-то в четвёртом круге. Его брак с Альмирдой являлся обычной фикцией — он был необходим демону для того, чтобы не выплачивать племени Урбангос плату за поставку металла древних. По сути, владыка поставил ультиматум матери Вилеи — либо та покоряется и получает приписку Ри к своему имени, либо умирает и на её место приходят другие, более сговорчивые демоны. Альмирда покорилась, чтобы сохранить жизнь двум сёстрам Вилеи. Одной из них было пятнадцать, другой четырнадцать, и они поразительно походили на ту несуразную Вилею, с которой мне довелось путешествовать в детстве. Яркие, буйные, готовые отстаивать своё особо важное мнение до последнего.

— То есть если когда-нибудь мы случайно встретим владыку Шан Ри и у нас возникнут разногласия, горевать о том, что он случайно умрёт, ты не станешь? — напрямую спросил я Альмирду. Женщина лишь улыбнулась, но так, что стало понятно — она нас ещё и наградит. Я посмотрел на Вилею. Встретившись с ней взглядом, кивнул, заслужив улыбку. Вот и у нас появился враг, ради которого имеет смысл двигаться в возвышении. Владыка Шан Ри уничтожил отца и вторую мать Вилеи. Силком взял в жёны Альмирду. Подставил наставника Герлона. Искатели не имеют права закрывать глаза на такое безобразие. Всё, что нужно — добраться до владыки на расстояние использование осиного жала. Либо мне, либо Вилее. Целиться по ногам, как в случае с лисом, мы не станем. Удар придёт чётко в голову. В крайнем случае в сердце.

Два дня спустя Манюня взяла курс строго на юг, в первый круг мира демонов. Где-то там находилась червоточина, что выведет нас в трёх неделях пути от Хардеса, столицы юга первого пояса. Дольше гостить у Альмирды мы не могли — не позволяли условия. Начали роптать слуги, что дворец пропах запахом людей, низшие демоны сходили с ума и пытались вырваться из вольеров, чтобы наброситься и разорвать нас, да и в целом Альтая начала себя плохо чувствовать — мир демонов являлся крайне агрессивной средой для неподготовленного человека. Зеленоволосая несколько раз использовала на себе лечение, предназначавшееся для демонов, чем себя едва не прикончила. Внутренние органы, во всяком случае, поцарапало такое лечением знатно. Пришлось объяснять, что не так с лечением, миром и почему теперь ей придётся пользоваться другой техникой. Вроде помогло — Альтая переключилась на технику из сопряжения.

Поездка заняла у нас почти полтора месяца. Несколько раз на нас пытались напасть демоны, но письмо за подписью Князя останавливало бесполезное кровопролитие. Когда мы въехали в первый круг, пришлось учиться гасить ауру воина, чтобы не травмировать окружающих. На это тоже ушла прорва времени — у Вилеи долго не получался контроль над энергией. Пришлось блокировать за неё через сопряжение и чётко понимать — если моя жена отойдёт от меня дальше, чем на двести пятьдесят метров, окружающим её жителям первого круга или пояса не поздоровится. Наконец, мы добрались до червоточины, предъявили документы и вошли в мир людей… Какое-то время я смотрел на дырку между мирами, однако решил её не уничтожать. Искатели действуют так, как им говорит Небо. Моё указало, что эта червоточина должна остаться целой и невредимой. Зачем? Вопрос явно не ко мне. Задайте этот вопрос Небу.

Глава 14

— Трава и деревья зелёные! Поразительно! Здесь всё совершенно не так, как в нашем мире!

Восторженные возгласы Альтаи вынудили меня сделать остановку посреди леса, чтобы дать возможность дочери Князя привыкнуть к необычной обстановке нового для неё мира. Девушка ходила между деревьями, растирая листья между пальцев и сравнивала получившийся сок со своими волосами. Если Альтая горевала по своему дому, то прибытие в мир людей напрочь изгнало даже намёк на грусть. Казалось бы — кроме цвета травы миры мало чем отличаются, вот только наша ученица так не думала. Густой лес, в котором мы оказались, в мире демонов был бы обнесён высокой стеной и закреплён за каким-либо племенем, что должны заботиться об уходе и своевременной очистке от упавших деревьев. В мире людей всё было не так. Клан Феникс не забивал себе голову тем, чтобы чистить леса и содержать их в состоянии, более подходящим центральным паркам каких-либо крупных городов. Стоит лес и стоит, чего его трогать? В этом плане демоны сильно отличались от людей. В мире Альтаи и Вилеи крайне бережно относились ко всем ресурсам.

— Пусто, — с горечью вздохнула Вилея. Её сердце активно искало хоть какой-то намёк на базы древних, но в доступной ей зоне поисков ничего не обнаруживалось. Устройство древних исследовало круг радиусом всего пятьдесят километров, что было весьма смехотворным по меркам первого пояса.

— Аномалии? — уточнил я, но Вилея лишь отрицательно покачала головой. Пространство вокруг своей тайной червоточины демоны обчистили основательно.

— Вот это детализация! — Альтая бросила изучать деревья, когда я прямо на земле расстелил карту юга первого пояса. Сверкающими ярко-зелёными глазами девушка уставилась на карту, запоминая малейшие детали. Вот кто даст этой любопытной зеленоволосой двадцать пять лет? Тринадцать, от силы четырнадцать! Нет, когда надо, Альтая умеет быть взрослой, но эти мгновения настолько редки, что они, скорее, являются исключением, чем правилом.