Властелин Ада (ЛП) - Хартнеди Шарлин - Страница 44

— Я согласна! — киваю я и усмехаюсь. — Пошли они к чёрту! — я смеюсь, когда мы направляемся на танцпол.

Затем начинается. Мы танцуем так, как будто никто не смотрит. Мы танцуем так, как будто это первый и последний раз, когда мы танцуем вместе… потому что, вероятно, так оно и есть. Начинается более медленный танец, и я рада, потому что у нас есть перерыв. Я как раз намеревалась передохнуть.

Я собираюсь вернуться к столу, когда Найт обнимает меня одной рукой и притягивает к себе.

— Давай останемся на этот танец, — его тело прижимается к моему. Я чувствую его жар. Я чувствую запах его одеколона. Другой рукой он обнимает меня. Я чувствую его силу.

Я хочу мурлыкать и погружаться в него. Тереться о него, как кошка. Это приятно. Это потрясающе. Я не должна. Вместо этого я кладу голову ему на грудь. Одна из его рук скользит по моей спине. Мы не смогли бы сблизиться, даже если бы попытались. Я закрываю глаза и начинаю представлять то, чего мне на самом деле не следует.

Что-то касается моей макушки. Я думаю, Найт, возможно, только что поцеловал меня. На мгновение он сжимает меня крепче.

— Мне нужно, чтобы ты напомнила мне, почему у нас не будет секса. Жёсткого, горячего, потного секса, — стонет он и снова целует меня. Это определённо поцелуй.

Мои женские частички покалывает.

— Прямо сейчас я не могу придумать ни одной причины, — бормочет он, его голос глубокий и красивый, как и всё остальное в нём.

Я вздыхаю и улыбаюсь.

— Кроме того, у окружающих нас людей могут возникнуть проблемы с тем, что мы занимаемся горячим, потным сексом на танцполе, — хихикаю я, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть на него. Я хочу посмотреть, что творится у него в голове.

Найт хихикает.

— Не сию секунду, умничка, — он обхватывает мою челюсть своей большой тёплой рукой. — Скажи мне ещё раз, Шеннон. Скажи мне, прежде чем я сделаю что-нибудь глупое, например, поцелую тебя. Например, отвезу тебя домой и… — его челюсть сжимается.

— Отвезёшь меня домой и…? — я прикусываю нижнюю губу.

— Для начала, я бы прикусил твою губу, — его глаза прикованы к моему рту. Его пристальный взгляд напряжён.

Мне нравится, как это звучит. Зубы Найта на мне. Его рот тоже.

— О, прямо сейчас? — я должна прекратить это, но я хочу знать больше. Я влюблена в Найта. Я по уши влюблена в него. Это сногсшибательно. Секс усилит мои чувства, но не остановит то, что уже есть.

Его ноздри раздуваются.

— Для начала прикусил бы мою губу. Что бы ты ещё сделал?

О чёрт! Чёрт!

Я чувствую, как что-то твёрдое прижимается к моему животу. Найт возбуждён.

Его горло напрягается:

— Ты, наверное, не захочешь знать.

— Может, и хочу, — настаиваю я. Я очень-очень хочу знать.

Найт отстраняется. Он держит руки на моих плечах. Я не уверена, для того ли это, чтобы успокоить меня или его самого.

— О чём ты говоришь? Тебе действительно нужно сказать мне, чтобы я отвалил прямо сейчас, Шеннон.

— Я не хочу, — признаю я.

— Нам нужно поговорить.

Он берёт меня за руку, и мы начинаем идти. Мимо столиков. Мимо бара и по коридору, который ведёт к туалетам. Вместо того, чтобы остановиться, он продолжает идти. Мы поворачиваем за угол. Он проходит немного по коридору, а затем останавливается. Он прижимает меня спиной к стене, а его руки по обе стороны от меня. Они прижаты к стене. Его тело не касается меня, но он достаточно близко, чтобы я могла чувствовать его тепло.

— Мы друзья, — его голос низкий.

Я киваю.

— Ты беспокоилась, что секс испортит нашу дружбу.

— Я думаю, у нас всё будет хорошо, — я хватаю его за пиджак и тяну, но он не двигается с места. Он не сводит с меня глаз.

— Ты сказала, что влюбишься в меня, если наши отношения станут физическими. Ты не хотела, чтобы тебе причинили боль.

— Мысль о том, что у меня есть чувства к тебе, пугает тебя? — спрашиваю я.

— Нет, — он качает головой. Найт несколько мгновений смотрит в пол между нами, прежде чем встретиться со мной взглядом. — Это не сможет длиться вечно. Мы оба это знаем. Мне не нравится мысль о том, что тебе может быть причинён какой-либо вред.

Я думаю, у него могут быть чувства ко мне. На самом деле, я уверена в этом.

— Прощаться будет тяжело, — я чувствую, как щиплет глаза, но сейчас не время для слёз. — Я не хочу сожалений. Думаю, расставание с сожалениями было бы хуже, чем боль от прощания. Я действительно, очень хочу заняться с тобой сексом, Найт. Я бы сильно пожалела, если бы этого не произошло.

— Этого не случится, — он качает головой.

Я испытываю горькое разочарование. Я отпускаю его пиджак.

— Ты неправильно поняла, мы не можем допустить, чтобы ты ушла, ни о чём не пожалев. Я собираюсь, — его взгляд прикован к моим губам, — чертовски усердно работать, чтобы этого не случилось. В этом ты можешь быть уверена.

Затем его рот накрывает мой. Я всегда представляла, что наш первый поцелуй будет голодным. Это не так. Он мягкий. Он сладкий. Он всё ещё обжигающий. Он всё ещё занимает моё дыхание… мой разум.

Его рука обхватывает мой подбородок, и Найт наклоняется влево, углубляя поцелуй, заставляя мои пальцы ног поджиматься в кроссовках. Я хнычу. Я стону. Я провожу руками по его груди. По его спине. Я глажу его плечи. Его руки. Я хочу прикасаться к нему везде.

Найт отстраняется. Мы оба тяжело дышим. Мои соски напряглись. У меня болит всё тело. Особенно болит там. Между ног. Мне нужен этот мужчина.

— Пойдём домой, — его голос глубокий.

— Нет, — я качаю головой. Я сжимаю ноги вместе, пытаясь подавить желание. Это не работает. Если что, оно усиливается. — Я не могу ждать так долго, — я понимаю, насколько отчаянно это звучит. Мне всё равно. Это правда. От его поцелуя гудят все мои нервные окончания. Я в полном беспорядке.

Его глаза темнеют, а челюсть напрягается. Я вижу, что он думает об этом.

— Пожалуйста, — я не против умолять. Когда твоё время истекает, твоё мышление меняется. Я устала ждать. Я устала переусердствовать. — Прошло так много времени, — умоляю я.

— С тех пор, как произошёл несчастный случай, — Найт проводит рукой по моей руке.

Я киваю:

— Я даже не прикасалась к себе, — я не уверена, зачем говорю ему это. Мои щёки горят. Мне нужно, чтобы он понял, откуда это.

Его глаза расширяются.

— Господи, — Найт скрежещет зубами. — Ты знаешь, как вывести самонаказание на совершенно новый уровень, — затем он одаривает меня полуулыбкой. — Пойдём со мной.

Он берёт меня за руку, и мы идём дальше по коридору. Он пробует первую попавшуюся дверь. Она заперта. Мы пробуем другую дверь, и она открывается. Мне неловко от того, как тяжело я дышу. Я всё ещё так возбуждена. Дело не только в идее этого, дело в нём.

Дверь со щелчком закрывается, и загорается свет. Это складское помещение. Там беспорядочно сложены коробки с файлами и тележка уборщика. Найт прижимает меня спиной к двери.

— Сними трусики, — приказывает он, не сводя с меня глаз.

О, боже!

Это вот-вот произойдёт. Я почти не могу в это поверить. Я запускаю руку под платье и стягиваю их, выходя из них.

Он протягивает руку.

Я отдаю ему свои трусики. Они чёрные кружевные. Я не покупала туфли, но я купила этот комплект. Я потратила то немногое, что у меня осталось из моих собственных денег. Взгляд Найта становится горячим, когда он видит их. Он кладёт их в карман.

— Я снимаю напряжение, — он подходит ближе, заключая меня в клетку своим телом. Его взгляд перемещается от моего рта к глазам и обратно. — Затем мы закончим это дома, в моей постели. Я хочу насладиться тобой и, чёрт возьми, опустошить тебя.

— Я не уверена, что ты сможешь сделать и то, и другое, — мой голос хриплый. Мне нравится, как всё это звучит. Мои соски напрягаются ещё больше.

Он приподнимает бровь:

— Думаю, тебе придётся подождать и узнать. Суть в том, что наш первый раз не будет в кладовой на каком-нибудь отстойном мероприятии. Я не хочу, чтобы тебе приходилось вести себя тихо, и я не хочу беспокоиться о том, что кто-нибудь может войти. Всё моё внимание будет сосредоточено на тебе.