Властелин Ада (ЛП) - Хартнеди Шарлин - Страница 32

— Всё в порядке. Это не твоя вина. Ты утешал свою… подругу.

— Чего он хотел? Почему он не забрал тебя с собой? — Найт отпускает мои руки.

Я пожимаю плечами.

— Не уверена, — я хмурюсь. — Он сказал, что Аид дал мне дополнительный месяц жизни.

Найт хмурится. Я вижу, что его разум лихорадочно работает.

— Мой отец? Зачем моему отцу это делать?

Я рассказываю Найту о предупреждении Смерти. Я рассказываю ему всё, что сказал Смерть перед уходом.

— Выглядело так, как будто Смерть не мог говорить со мной. Как будто это было физически невозможно.

— Я никогда о таком не слышал.

— Мне следует последовать совету твоего брата. Я должна позвать его и покончить с этим, — мне следовало бы, но я не хочу уходить. Я хочу остаться. Я хочу провести время с собаками. Я хочу встретиться с мальчиками в зале Найта. Есть ещё пара вещей. Мне нравится проводить больше времени с Найтом. Ничего столь изысканного, как обед в Париже, но… Я нуждаюсь в том небольшом количестве времени, которое было подарено. Может быть, я могла бы попытаться встретиться с Джеки снова, как только у неё будет возможность осмыслить то, что произошло сегодня. Я постараюсь достучаться до неё. Никогда не знаешь наверняка.

Найт почёсывает подбородок.

— Мой отец ничего не делает без причины, — он испускает проклятие и отходит в сторону. — Хотел бы я знать, что он задумал, — бормочет он, возвращаясь туда, где стоял.

— То же самое, что сказал твой брат. Он порекомендовал мне…

— Нет, — Найт улыбается. — Я вижу, что ты хочешь принять этот… подарок. Мы не можем доверять Аиду.

— Твой брат беспокоится о тебе. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я должна просто позвать его и…

— Нет, подумай немного. Нет никакой спешки. Я уверен, ты всё ещё потрясена после того, что случилось с Джеки.

Я облизываю губы. Это правда. Я киваю.

— Как она? Может быть, мне не следовало ходить к ней, — я чувствую себя ужасно. Я пришла сюда сегодня ради себя. В надежде, что она простит меня. Это было глупо. Мне не следовало этого делать. Я причинила ещё больше душевной боли.

— Понятно, что она была расстроена. Может быть, мне следовало предупредить её, — затем он качает головой. — Нет, она бы никогда не согласилась встретиться с тобой. Если у тебя есть месяц, ты могла бы попробовать ещё раз. Дай ей время остыть, а потом попробуй ещё раз.

Я киваю.

— Спасибо, но я не уверена, что она будет готова через месяц… или через год, если уж на то пошло, — я думаю о том, как она была зла. Не могу её винить. — Я с радостью вернусь, если она захочет меня видеть. Я протяну руку помощи.

— Я поговорю с ней ещё раз. Она была готова снова встретиться со мной.

Конечно, так оно и было.

Я чувствую раздражение на себя за эту своенравную мысль.

— С дополнительным месяцем, по крайней мере, у меня будет время перевести тебе деньги. Как я уже говорила, я хочу, чтобы большая часть денег досталась Джеки и её детям. Они не должны потерять дом, — я переживаю по этому поводу сильнее, чем когда-либо.

Найт сглатывает:

— Я позабочусь об этом.

Я смотрю на свои часы:

— Нам пора идти. Я могу вернуться на автобусе в Ньюфолк. Я должна быть в состоянии прийти на своё собрание анонимных алкоголиков. Я смогу поработать сегодня вечером, — слава богу, я не уволилась с работы. Я взяла отпуск на своей офисной работе, а Стив думает, что я больна.

— Подожди… — Найт делает шаг ко мне. — Ты не вернёшься на работу. Тебе не нужно посещать эти собрания. Я имею в виду, — он приподнимает брови, — что в конечном счёте это будет зависеть от тебя.

— Я… Я поклялась не использовать деньги, которые дали мне родители. Я планирую придерживаться этого. Особенно теперь, когда решила, куда я хочу направить эти средства. Если я хочу сохранить крышу над головой и пищу в желудке, даже если это всего на месяц, тогда я…

— Переезжай ко мне, — перебивает меня Найт.

Что он сказал?

На мгновение или два я в шоке теряю дар речи.

— Я не могу этого сделать, — наконец отвечаю я, когда ко мне возвращается дар речи. — Ты уже так много для меня сделал. Это было бы использованием преимущества. Я не могу…

— Послушай меня, Шеннон. Я говорил тебе, что мы могли бы помочь друг другу, и это всё ещё в силе. Я не уверен, как это объяснить, кроме как сказать, что я чувствую себя лучше, когда рядом с тобой. У меня всегда есть это чувство внутри, как будто я на грани… чего-то. Что что-то может в конечном итоге оказаться действительно великим или действительно ужасным. Внутри меня есть это беспокойство, которое утихает, когда ты рядом. Я не знаю почему.

— Ты недооцениваешь себя.

— Я всегда разрываюсь на части. Я разрываюсь между тьмой и светом. Добром и злом. Я понимаю, почему ты держишь этот кактус рядом со своей кроватью. Мои татуировки — это моя версия этого кактуса, — Найт дотрагивается до чернил на своей руке. — Ты слишком боялась жить на случай, если превратишься в того человека, которым была. Иногда я сдерживаю себя на случай, если превращусь в кого-то, кого могу возненавидеть. На случай, если я превращусь в него.

— Ты этого не сделаешь.

— Я наконец-то понял, почему продолжаю возвращаться в Подземный мир, — на мгновение он выглядит таким же измученным, как Смерть. — Я пытаюсь найти серый цвет. Я пытаюсь найти в нём что-то хорошее. В Аиде. Если он не такой уж плохой, тогда у меня есть надежда.

— Ты сам по себе, Найт, — я беру его за руку и сжимаю.

— Я знаю, что это так. Я хочу, чтобы ты осталась… со мной. Один месяц. Всего один короткий месяц, — настаивает он. — Мы можем держать друг друга в узде. Мы можем немного повеселиться. Что ещё более важно, я знаю, что ты не чувствуешь завершённости в том, что касается Джеки. Ты можешь это понять. Думаю, что, возможно, тебе также стоит повидаться со своими родителями.

— Я не знаю… — бормочу я. Мои родители глубоко ранили меня. Я знаю, что им было бы всё равно, появлюсь я или нет. Могут пройти годы, прежде чем они услышат о моей смерти. Это также не разговор о жалости к себе. Это факт.

— Ты можешь увидеть Коди в последний раз.

Найт дёргает за все струны моего сердца, которые у меня есть. Мои глаза наполняются слезами, но я изо всех сил стараюсь держать себя в руках.

— Смерть предупредил меня… по сути, он предупредил нас. Я беспокоюсь, что остаться было бы неправильным поступком.

— Забудь обо мне. Я могу сам о себе позаботиться, — Найт улыбается. Это прекрасно.

Я боюсь. Боюсь, что если я останусь, то захочу большего. Больше жизни. Больше времени. Больше Найта. Я хочу признаться во всём и рассказать ему обо всём этом, но я боюсь, что он заберёт это предложение обратно. Это безумное предложение. Предложение, которое я вот-вот приму.

— Давай будем двигаться постепенно.

— Давай двигаться постепенно, — его улыбка становится шире. — И ты переезжаешь. У меня большой дом. Ты можешь выбрать любую комнату, какую захочешь.

Нет!

Я не должна, но как я могу этого не делать? Я почти уверена, что Найт не испытывает ко мне таких чувств, я бы заметила, если бы он испытывал. Я думаю, у нас всё будет хорошо. Я не могу отказаться от того немногого, что у меня осталось в жизни.

14

Найт

Я несу последнюю коробку в свою свободную спальню и ставлю её на пол. Технически, теперь это спальня Шеннон, по крайней мере, на ближайшие пару недель. Если бы вы спросили меня неделю назад, поселю ли женщину в своём доме, я бы сказал, что вы не в себе. Я бы также расхохотался во весь голос.

И всё же она здесь.

Это всего на месяц. Затем она уйдёт. Навсегда. Я обнаружил, что мне не нравится мысль о том, что это произойдёт. Всё началось с того, что я захотел выяснить, что задумал мой отец. Это быстро переросло в желание помочь Шеннон. Эти два явления взаимосвязаны. Сейчас… Я не уверен. Я всё ещё хочу помочь Шеннон, но это ещё не всё. Мне нравится проводить с ней время. Она мне нравится. Конечно она мне нравится. Это не может привести ни к чему хорошему, и всё же… Я стучу по верхней крышке коробки: