Труфальдино (СИ) - Путилов Роман Феликсович - Страница 45

Ругаясь себе под нос, под насмешливыми взглядами начальника колоны и пожилой диспетчера, я двинулся к закрытым воротам, прошел через будку сторожа, кивнул на прощание деду-сторожу, и замер, как вкопанный.

— Прошу прощения, а что это у вас за журнал? — я показал на большую амбарную книгу, лежащую на столе у окна, выходящего на ворота.

— Так известно, что…- дед надел очки и внимательно посмотрел на меня: — Журнал движения автотранспорта.

— Можно взглянуть?

— Почему же нельзя? — потрепанный журнал лег на деревянный барьер: — Коли ты власть, то конечно смотри.

В отличии от путевых листов, оформляемых в соответствии с Кодексом законов о труде, не одобряющем отклонения от нормальной продолжительности рабочего времени, сторожа в своих записях отмечали реальное время передвижения автотранспорта за забор предприятия и обратно. В ночь, когда у милой девушки Оли была похищена маленькая «Тойота», водитель Филиппов Арсений Николаевич приехал на территорию предприятия около трех часов ночи. В графе «примечания» была указана и причина задержки — «Потек тормозной цилиндр». Возвращаться конечно –плохая примета, но я двинулся обратно в сторону диспетчерской.

— Тфу… — при моем появлении начальник колонны поперхнулся чаем.

Я постучал его по спине, после чего вручил под роспись повестку о явке гражданина Филиппова Арсения Николаевича в Дорожный РОВД Города, в кабинет номер двадцать восемь, к Громову, к восьми часам вечера.

Надо ли говорить, что вечером я зря прождал гражданина Филиппова в своем кабинете, явится он не возжелал.

Когда следующим утром гражданин Филиппов выводил из ворот автопарка свой грузовик, дорогу ему преградила корма белой «Нивы». Было бы дело лет через двадцать и имел бы гражданин Филиппов в кабине видеорегистратор, он, безусловно мог снести дерзкую легковушку кованным бампером своего тягача, но пока россияне проживали в состоянии дикости и криминального беспредела, поэтому автопоезд остановился. Возмущенный водитель выскочил из кабины «Газона» и бросился к неожиданному препятствию чтобы высказать все, что накопилось на душе, которые права купили…

Но, сегодня что-то пошло не так. Подбегающему к моей машине Филиппову я сунул под нос раскрытое удостоверение, ухватил его за шиворот рабочей куртки и потащил к распахнутой пассажирской двери. Арсений выразил активное несогласие со своим задержанием, как Иван-царевич, не желающий лезть в печь, расставил во все стороны руки и ноги и начал орать благим матом, и это стало серьезной проблемой. Со стороны машинного парка в нашу сторону бежало, чуть ли не десяток, коллег задерживаемого водителя, некоторые весело размахивали увесистыми монтировками и ухватистыми, небольшими ломиками. Казалось, что еще несколько секунд и гражданина Филиппова освободят из моих цепких захватов, но на сцену выступил мой засадный полк.

Здоровый черный пес, с лаем выскочивший из-за машины, остановил толпу водителей и держал из на почтительном расстоянии, пока я, как учили на редких занятиях по физической подготовке в учебном центре, наносил гражданину Филиппову расслабляющие удары по ногам и почкам.

Запихнув водителя Агентства на задний диван, я зафиксировал его передним сидением и свистнул пса, который в два прыжка запрыгнул на переднее пассажирское сидение и поприветствовал скорчившегося на заднем сидении Филиппова добродушным оскалом пожелтевших клыков.

Помощь узнику совести прибыла далеко после обеда. Работал с Филипповым я в кабинете отдела розыска пропавших граждан, так как поначалу разговор с водителем тягача у нас не задался и нам потребовалась определенная уединенность. Как я уже неоднократно говорил, Арсения Филиппова я не бил, не угрожал ему лишением анальной невинности и уж, тем более, не одевал на голову целлофановый пакет или противогаз. Нет, конечно, это не наши методы. Но шесть часов дружеской беседы размягчит любое, даже ледяное сердце.

Когда в кабинет, предварительно вежливо постучав в косяк, вошла представительная делегация, мы в задержанным вполне мирно пили чай и разговаривали «за жизнь», потому как час назад Арсений понял, что до этого жил неправильно и рассказал мне все о интересующем меня вечере, когда он, вместо того, чтобы ехать на базу, а затем в дом, к семье, заехал вечером в тот злополучный дом, посетив квартиру на два этажа выше, чем проживала моя потерпевшая, где до двух часов отдыхал с некой Татьяной душой и телом. Выводя свой автопоезд с тесного двора, он заметил, как у входа в молочный магазин стояла автомашина «ЗИЛ»-130, типичного цвета «хаки», но в загадочной надписью «кольцевая» на борту серебристой будки. Чуть ли не десяток парней в это время стучали и звонили в дверь магазинчика.

Так вот, мы отвлеклись на предшествующие события, а пока в кабинет Руслана вошли начальник уголовного розыска, начальник автоколонны с торжествующим лицом и еще один тип, в сером блестящем костюме, под темным, элегантным пальто, с галстуком и в узконосых туфлях цвета «баклажан».

— Громов! — начальник розыска глядел на меня и говорил очень строго: — Тут из ГородТрансагентства приехали, начальник автоколонны и заместитель генерального директора по общим вопросам. Они утверждают, что ты, с применением силы, похитил их сотрудника, прямо из кабины движущегося тягача, чем парализовал работу всей автоколонны. Пиши объяснительную, а человека отпусти.

— И вам здравствовать, товарищи. Я человека конечно отпущу, как только выясню, кого из присутствующих здесь работников автоколонны привлекать к административной ответственности.

— В каком смысле — к административной ответственности? — начальник уголовного розыска понял, что я, в очередной раз обложился бумажками и теперь ждал развития событий.

— Я вчера, Александр Александрович, вот этому товарищу…- я кивнул на побагровевшего начальника автоколонны: — Оставил повестку о вызове в отдел гражданина Филиппова Арсения Николаевича, как важного свидетеля по уголовному делу, весь вечер прождал, но гражданин Филиппов не явился. Вот сейчас и выясним, кто на сутки завтра поедет — начальник автоколонны, который повестку не передал, или Филиппов, который повестку проигнорировал.

— Я повестку Филиппову отдал! — начальник автоколонны явно не хотел быть крайним, очевидно, не зная, что неявка по милицейской повестке никаких правовых последствий не влекло, кроме возможного принудительного привода: — Вот зачем вы Филиппова вместе с ключами от машины увезли? Мы целый час корячились, пока ее на тросах из ворот обратно на территорию не затащили.

— Ну, вообще, на меня ваши водители с ломами напали, а я при исполнении был, между прочим…И некогда мне было смотреть, прибежал Филиппов сосной драться с ключами или без ключей.

— Не узнали вас, извиняемся…- отвел глазки начальник водителей.

— Ну если мы во всем разобрались, мы, пожалуй, поедем. — заместитель генерального директора, стараясь не касаться обшарпанных стен и мебели полами своего шикарного пальто, потянул за рукав начальника колонны к выходу из кабинета.

— Куда же вы⁈ — я трагически протянул к убегающему начальству руки:

— Сейчас следователь готовит представление о нарушении законодательства на имя вашего руководства, вам придется расписаться в получении, а через месяц дать письменный ответ о устранении выявленных нарушений.

— О каких нарушениях идет речь? — заместитель генерального остановился на пороге.

— О нарушении в заполнении путевых листов. У вас получается, что все машины разом выезжают из парка в восемь часов утра, и въезжают в пять часов вечера. Я вчера вашего начальника автоколонны по-хорошему спрашивал — какая машина три дня назад ночью была в городе, но он сознательно вводил меня в заблуждение, что в пять часов вечера все машины были на территории. Вы что думаете, это шутки?

— Товарищи милиционеры…- заместитель директора просительно сложил руки на груди: — Я вас услышал и мы, обязательно, примем меры. Зачем все эти бумажки плодить. Зато, если у вас какая нужда будет в грузовых перевозках….