Самая темная нота (ЛП) - Аларкон Нелия - Страница 48

— Заткнись. — Шипит мне на ухо Финн, прежде чем я успеваю запротестовать.

— Пусть она делает свое дело. — Советует мне Зейн.

Я иду по лазарету. Это небольшое помещение, на стене висит пара сертификатов в рамке. На столе стоят искусственные растения. Солнечный свет пробивается сквозь окна, похожие на окна коттеджа. Здесь слишком весело для того, что я сейчас чувствую.

Зейн засовывает руку в карман. Он бросает на меня требовательный взгляд.

— Это ты?

— Какого черта? — Я хмурюсь. — Зачем мне устраивать так, чтобы она утонула, а потом спасать ее?

— В прошлую пятницу ты сказал, что собираешься действовать решительно. — Вспоминает Зейн.

— Ты это имел в виду? — Шипит Финн.

Оба брата смотрят на меня так, будто я сошел с ума.

Я сжимаю пальцы в кулаки. Конечно, я совершал разные глупости. Я не собираюсь этого отрицать. Я не святой. Но я никогда не пытался прямо убить кого-то.

Прежде чем кто-то из нас успевает сказать хоть слово, медсестра откидывает шторы.

— С ней все будет в порядке.

От нахлынувшего на меня облегчения у меня едва не сводит грудь.

— Но она была очень близка к опасности. Если бы вы не бросились сюда, — выражение ее лица прояснилось, — все могло бы быть по-другому.

— Ей нужно в больницу? — Срочно спрашиваю я.

— Температура ее тела медленно повышается. Я дам ей выпить что-нибудь теплое, когда она проснется. До тех пор я буду наблюдать за ней. Сейчас вы все можете идти на занятия. Больше вы ничего не можете сделать.

Я иду вперед. — Мне нужно ее увидеть.

— Ей нужен отдых...

— Я знаю это. — Мой голос повышается, и я сжимаюсь. Понизив тон, я говорю: — Я не буду ее будить.

Она поджимает губы, задумывается и кивает.

Финн и Зейн жестом приглашают меня идти вперед.

— Мы подождем здесь. — Говорит Финн.

— Разве у вас нет занятий? — Настаивает медсестра.

Зейн выдавливает из себя улыбку, от которой она краснеет. — Вы можете дать нам еще минутку? Мы уйдем, как только закончим.

Она прочищает горло, все еще выглядя взволнованной.

— Пять минут.

— Большое спасибо. — Хрипло говорит Зейн.

Я хватаюсь за занавеску, скрывающую Каденс от посторонних глаз. Перед тем как отдернуть ее, я колеблюсь.

Что, черт возьми, со мной не так?

Я не должен быть послушным героем этой истории. Я провел все выходные, чертыхаясь и придумывая все способы, которыми я мог бы принести ей гибель. Она на моем пути. Она на пути Сола.

Может, мне стоило оставить ее в воде?

Одна эта мысль выбивает из колеи. Я не заслуживаю права отдернуть занавес, но все равно делаю это, потому что нарушаю все проклятые правила, даже если они мои собственные.

Каденс лежит на спине. Ее волосы все еще влажные и просочились в подушку. Сверху на нее наброшено несколько одеял. Я замечаю, что ее розовые губы начинают возвращаться к своему обычному, розовому цвету.

Удивительно, насколько она красива даже без макияжа. Большинство девушек накладывают ее, нуждаясь в ней для придания уверенности, для маски. Я не против этого. Рыжая и ее огненно-красные губы снятся мне по ночам... когда Каденс не берет на себя фантазии. Но есть что-то в свежести лица Кейди, что заставляет ее выглядеть невинной и хрупкой. Как что-то, что нужно защищать.

Что-то, что нужно защищать?

Что. За. Черт.

Я не могу этого сделать. Я не могу быть мягким с ней. Не тогда, когда ставки так высоки, а часы отсчитывают время. У нас осталось меньше десяти дней, чтобы вернуть Сола в Redwood.

Даже если у нее плохая мать и тяжелая домашняя жизнь, это не мое дело. Она не там, где ей место. Это не изменилось.

Несмотря на красноречивые аргументы, я все равно не покидаю импровизированную комнату Брамс. Заметив на полке несколько полотенец, я беру одно из них и осторожно накрываю им ее волосы.

Если речь идет о том, чтобы согреть ее, то голова тоже должна быть в тепле.

Я спокойно работаю, пока большинство слипшихся прядей не высохнет. Затем я осторожно поднимаю ее голову и подкладываю под нее свежую подушку.

Когда я возвращаюсь на улицу, то слышу, как медсестра спрашивает Зейна: — Есть кто-нибудь из родственников, кого мы можем предупредить?

— Нет. — Рычу я.

Медсестра вскидывает бровь.

— Ее мама умерла. Ее младшая сестра не должна беспокоиться об этом дерьме. — Мои пальцы сгибаются и разжимаются в кулак.

— О... кей. — Она выглядит ошеломленной.

Зейн хихикает, делая то, что у него получается лучше всего — сглаживая напряженный момент с помощью обаяния.

— Не могла бы ты сообщить нам, когда она проснется, красавица? Мы были бы очень признательны.

— Я должна связаться только с ее семьей...

— Просто дайте нам знать. — Грубо отрезал я.

— Мы будем вам очень признательны. — Говорит Зейн, накручивая шарм на несколько оборотов.

Она кивает ему.

Когда мы уходим, мои братья обходят меня с двух сторон.

— Как ты думаешь, кто за этим стоит? — Спрашивает Финн, его руки напряженно взмахивают.

— Только один человек мог быть настолько глупым. — Я достаю из кармана телефон и показываю им видео. — Если бы дело было только в Каденс, они бы не прислали видео. Кто-то хотел донести свою мысль и до меня.

— Криста. — Шипит Зейн.

Финн кладет руку мне на плечо, пытаясь остановить мое шествие по коридору.

— Пойдем в тренировочную комнату. Придумаем следующий шаг.

— Я уже знаю, каким будет мой следующий шаг.

Зейн выглядит обеспокоенным. — Что ты собираешься делать?

— Не волнуйся. — Я бросаю холодный взгляд через плечо. — Все, что я собираюсь сделать, — это поговорить.

— Мы пойдем с тобой.

— Не беспокойтесь. Я возьму на себя ответственность за это в одиночку. — Я выпячиваю подбородок в сторону противоположного коридора. — Директор Харрис сядет нам на хвост, если мы все трое пропустим еще хоть один урок. Вы двое опоздали из-за меня. Не давайте ему еще одну причину, чтобы отшить нас.

Финн качает головой.

Зейн тоже не шевелится.

Я вздыхаю и подталкиваю братьев в противоположном направлении.

— Идите.

Они уходят неохотно. Я смотрю, чтобы убедиться, что они не собираются вернуться и подкрасться ко мне, как они сделали в бассейне. Хотя я и был благодарен за помощь, я не хочу, чтобы они вмешивались в этот раз.

Пробежав по коридору, я останавливаюсь перед первым уроком Литературы. Мисс Джеймисон сидит у доски и рассказывает о Шекспире. Я стучу в дверь из уважения к ней, а потом врываюсь внутрь.

Она резко замолкает. Большие карие глаза, в которые Зейн взглянул и влюбился, моргают мне.

— Мистер Кросс, чем я могу вам помочь?

Мои глаза обшаривают комнату, пока не упираются в самодовольное лицо Кристы. На ней розовая рубашка под свитером и дурацкий берет.

— Директору нужно увидеть Кристу. — Говорю я сквозь стиснутые зубы.

Обычно я просто выкрикиваю то, что хочу, и большинству учителей нет дела до того, чтобы меня останавливать.

Но я лучше знаю, как поступить с мисс Джеймисон. Даже если это сработает, она, вероятно, не станет задерживаться в Redwood Prep, если решит, что потеряла уважение своих учеников. И тогда мой близнец убьет меня.

— Директор? — Мисс Джеймисон поднимает обе брови, как будто не уверена, что верит мне.

Я киваю. — Да.

— Хорошо. — Она делает разрешающий жест. — Криста, ты можешь идти.

Криста и ее подруги обмениваются знающими взглядами и хихикают, пока она поднимается на ноги. Схватив сумочку, она прижимает ее к себе и выходит за дверь вслед за мной.

— Что происходит, Датч? — Спрашивает она, но ее голос слишком взволнован, чтобы вопрос прозвучал непринужденно.

Я ничего не отвечаю.

Мы все еще слишком близко от классов. Я чувствую, как мисс Джеймисон смотрит на меня через окна. Она умная женщина и, скорее всего, за милю учуяла мою чушь. Возможно, именно поэтому она смогла учуять и Зейна.

Криста с ухмылкой смотрит на меня.