Перекресток одиночества 4: Часть вторая (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 57

Рядом с женщиной шагает мужчина, выглядящий на ее фоне коротышкой. Длинные волосы, лицо сурового викинга, одного глаза нет, правая рука отсутствует от локтя, но шагает уверенно, смотрит в другую от станции сторону.

После щелчка клавиши видео побежало дальше, вместе с тяжело дышащим оператором. В объектив камеры попали сидящие сейчас рядом со мной люди и там они без дела не сидели, торопливо сгребая в заплечные мешки все подряд. Сама обстановка обжитой станции выглядела как после тотального обыска — повсюду разворошенный хаос. Еще с минуту я видел только станцию изнутри, а затем камера снова уткнулась в окно, и я увидел уже четыре обнаженные фигуры — двое новых преодолели подъем на вершину холма и вышли навстречу первым двум блуждающим. Здесь видео оборвалось. Милена занялась ноутом, а я перевел взгляд на Чиффа.

— Сначала появился один — спокойно произнес он — Появился часов через шесть после того, как ты ушел на кухни в последний раз. Но перед этим, сразу после твоего прохода через тоннель, в том месте ледника, где мы наблюдали свечение и плывущие по воздух клочки светящегося тумана, сразу начался настоящий фейерверк и не меньше восьми раз появлялись тонкие щупальца. Причем тянулись они в ту сторону, куда ты ушел. Зрелище было завораживающим… и пугающим. Мы попытались связаться с тобой, но ты уже был вне зоны покрытия. Но особо переживать не стали — знали, что ты всегда осторожен, к тому же мы обошли эту часть ледника с помощью «муравьиного» лаза в снежной корке.

— Да — кивнул я — Всё так.

— Когда световое волнение утихло, мы чуть успокоились, занялись рутинными делами, но спокойствие длилось недолго — со станции пришло сообщение о появлении могучего старика, настоящего богатыря. Вот он.

На экране ноутбука появилась статная фигура длиннобородого старика. Удивительные пропорции, массивные мышцы, высокий лоб мыслителя…

— Мы убили его — спокойно произнес Филя — Я убил. С перепугу, наверное.

— Иначе он бы убил меня — вмешался Касьян — Я вышел подышать после сеанса связи, а тут из пурги такое… и тут от канатки Филимон поднимается с трофейным оружием. Я ведь даже толком ничего сделать не успел, стоял там как дурак, а он уже лапищу ко мне тянет… и тут шу-у-ух! И богатыря этого как отбросило и спиной в вездеход… и еще выстрел… и еще… пока не измочалило и не переломало вражину как бревно на порожистом лесосплаве… Я оборачиваюсь — а там Филя стоит с пушкой наперевес…

Следующее изображение показало уже навеки застывшего «богатыря». Выглядел он жалко и страшно — за счет переломанных и торчащих в неестественных направлениях конечностей и частично разбитой о корпус вездехода головы.

— Я просто испугался — повторил Филя — Руки сами собой…

— И молодец — сказал я, наклоняясь вперед и опуская руку на плечо бравого старика.

— А ведь он тоже человек…

— Был — поправил я — Был человеком когда-то. Так… а дальше что?

— После этого мы перешли в авральный режим. Усилили наблюдение — отогнали один из вездеходов к подножию склону, там подняли на вершину холма пониже и начали наблюдать. Благодаря этому двух новых бегунов засекли загодя — Чифф покачал головой — Да они просто бежали. Но как они это делали! Ты видел хоть раз соревнования бегунов? Спринтеров? Вот примерно так они и бежали — а ведь на вид старики и каждому лет по семьдесят! А тут несутся подобно машинам… На одного упал летающий змей — и тварь пожалела об этом сразу же. Ее поймали и перекрутили как отжимаемую тряпку. В снег упал просто комок кожи и переломанных костей. Добежав почти до холма, они будто споткнулись — как собаки потерявшие след. Замедлись, ушли в сторону, двинулись вообще не туда — разделяясь и снова сходясь. Это позволило наблюдателям уйти обратно на холм. И тогда же мы начали спешные сборы и первую транспортировку всего важного сюда в ледник — а больше и некуда отступать.

— Некуда — согласился я, вспоминая наш маршрут на станцию.

Да там ниже от холма хватает площадей для перемещения, но это нечто вроде снежной долины, зажатой меж скал. Чтобы уйти отсюда обратно к Столпу и искрам убежищ вокруг него, надо пройти длинным ущельем, за которым следует еще одно — но после первого уже можно постараться найти и другой маршрут. В том втором ущелье застряли сейчас луковианские ревизоры. Сначала я подумал — на их же счастье застряли — а затем понял, что тут скорее повезло этим ледяным посланцам Столпа. Вездеход сам по себе страшное таранное оружие, которое к тому же раздавит и разомнет в кашу любого врага. Главное, чтобы не дрогнул сидящий за рычагами управления человек.

— Можем прорваться отсюда с боем — озвучил я пришедшую на ум другую мысль — Главное добраться до вездеходов там за станцией. Стоп… а вы почему не ушли? Было же время….

— И бросить тебя здесь? — с искренним удивлением спросил Чифф — Это я тебя привез сюда, Охотник. На мне ответственность за твою судьбу. Из-за меня многие нашли свой конец в проклятых сераках, но я хотя бы знал, что они погибли. А бросить на произвол судьбы доверившегося мне живого человека… уж лучше я сам погибну.

Сидящие рядом с ним луковианцы согласно закивали, загудели.

— Спасибо — просто сказал я и взглянул на «своих».

— А мы чего? — буркнул Филя — Вместе приехали — вместе и уедем из этого солнечного края.

— А безногую красавицу никто и не спрашивал — рассмеялась Милена — К тому же вездеходов у нас больше нет. Эти ледяные уроды их открыли и поломали. Вот тебе предпоследнее видео.

На этот раз снимали уже снаружи, высунув камеру за угол здания. Картинка дрожала, но была достаточно отчетливой, чтобы показать стоящих рядом с открытыми гусеничными машинами уже пять ледяных фигур — пылающий в их торсах пульсары создали что-то вроде висящего в воздухе ожерелья, перегородившего путь к машинам и спасению. Попробуй пройди…

— Вот ведь жуть заполярная — вырвалось у меня.

— Красиво сказано — одобрил один из луковианцев — Смотри дальше.

Шестой вышел из вездехода, на котором мы сюда прибыли. Постоял у входа и… уселся в проеме. Трое из стоящих неподвижно людей ожили и синхронно шагнули к станции. Камера отдернулась и затряслась, когда снимающий валко побежал. Он бежал к канатке, снимая на ходу — и на видео были видны подвешенные к тросу грузы и висящий за ними одинокий человечек, сдвигающий эти «бусины» все дальше и дальше по тонкой и почти незримой нити. Еще одно «ожерелье» — но на этот раз спасительное, состоящее из еды, одежды и дров.

— И наконец последняя наша «веселая» запись — сказала Милена, выводя его на экран — Любуйся.

— Охренеть — произнес я, смотря на бродящих по поваленным ледяным глыбам ледяных же ходоков.

Посланцы Столпа добрались до нижнего края ледника и бродили по его периметру, изредка заходя глубже, проходя во тьму между многотонными глыбами и освещая там все собственным свечением. Постояв там, они разворачивались и уходили.

— Что они ищут? — вырвалось у меня — Нас?

— Нас — точно ищут — проворчал Чифф, подкуривая сразу три сигареты с помощью яркой зажигалки и раздавая их желающим. Я принял у него сладкую отраву, а он сам закурил сигару.

— Когда была сделана эта запись?

— Три с половиной часа назад — тут же ответила Милена — Час назад Филя добрался до промежуточной площадки и осмотрелся там. Он увидел… да он сам скажет.

— Их я и увидел — вздохнул Филя, глядя на меня с каким-то веселым изумлением — Понятно что их увидел… но тут важно их количество, Охотник. Я насчитал огней пятнадцать… да они пересекались там, но даже если я ошибся на пяток, то там уже…

— Не меньше десяти ходоков?

— И вряд ли я ошибся. А там у станции и сбоку тоже вспыхивало нет-нет… Спроси кто меня паникера и слабака — и я побожусь, что там внизу ну никак не меньше двадцати этих тварей…

Поглядев на смелого стрелка, назвавшего себя «паникером и слабаком», я задумчиво покачал головой:

— Их прибывает…

— И это как-то связано с тем фейерверком внутри ледника — добавил Чифф — И если кто спросит меня, повторяя слова глубокоуважаемого Фили, то я скажу так — Столп понял, что ты, Охотник, выжил внутри ледника, причем надолго уходил и возвращался, чтобы снова уйти. Он понял, что ты не погиб… и что ты нашел там в глубине что-то… или кого-то… и его — Столп — это заинтересовало настолько, что он послал сюда своих страшных солдат.