Попаданка в разводе. С детьми (СИ) - Кушкина Милена - Страница 27

– Я не приносила сюда свое рукоделие, – смутилась я.

– Марта принесла похвалиться, а заодно интересовалась у женщин по поводу закупки тонкой пряжи, – пояснила Кера.

Находчивость и рачительность Марты восхищала. Еще немного, и она пойдет по соседям продавать мои салфетки.

– Очень тонкая работа. Я никогда такого не встречала! – восхищенно тараторила Кера, даже не притронувшись к еде. – Скажите, насколько тонким может быть полотно?

– Все зависит от мастерства вязальщицы, толщины крючка и самой нитки, – пояснила я.

– О чем вы говорите, дорогая? – Фоамин обеспокоенно тронул жену за локоть. – Ты так увлечена, что еще ничего не съела.

Та повернулась к супругу и принялась с горящими глазами рассказывать об узорчатой вязаной салфетке, которую можно использовать для декорирования чайных столиков и полочек с безделушками.

– Еще я могу связать тяжелую скатерть и украсить ее кистями, – предложила я.

Жена адвоката восторженно застонала.

– А если сделать полотно достаточно большим, получится ли из него что-то сшить? – поинтересовалась она.

– Вязание лучше не резать, оно такое же капризное, как и то полотно, что обычно получают на спицах. Лучше сделать сразу полотно нужного размера. Связать можно все что угодно: от кружевных воротничков до мягких шалей, – по мере того, как я говорила, Кера радовалась все больше.

– Удивительная техника. Ни одна мастерица на спицах ничего подобного не делала. Как вы, говорите, называется ваш инструмент?

– Крючок, – ответила я.

– Много всего красивого связать, а потом открыть магазинчик, – мечтательно проговорила Кера.

– Боюсь, я не настолько быстро вяжу, чтобы обеспечить целый магазин, – вздохнула я, хотя перспектива заработка воодушевляла.

– А если нанять и обучить мастериц, – предложила Кера, – а чтобы они не украли секрет — получить патент. Не зря же я замужем за законником.

Женщина радостно засмеялась. Позабыв об ужине, мы принялись обсуждать детали.

– Простите, дамы, а можно ли взглянуть на предмет столь жаркой дискуссии, – поинтересовался Фоамин, который едва смог вклиниться в наш диалог.

Я попросила позвать Марту вместе с моим рукоделием, которое она тайно принесла в дом к Филсам.

Позабытый ужин остывал на столе, а мы переместились на более удобные диванчики и обсуждали открытие совместного предприятия. Фоамин обещал поспособствовать получению патента на эксклюзивную продажу в графстве Морре и в соседних.

– Саму технологию производства обезопасить от копирования я не смогу, и если какая-то мастерица станет вязать для себя, то воспрепятствовать ей не выйдет. Но вот официально продавать на торговой улице и на ярмарке сможет только обладатель патента, – пояснил адвокат, – вот только на него нужны деньги, а у вас, госпожа Дария, долгов столько, что и заложить нечего.

– Я могу оплатить патент из своих средств, – предложила Кера.

Допустить того, чтобы лицензия на мое детище оплачивал другой человек, я не могла. Не хватало еще, чтобы потом меня из моего же предприятия выгнали.

– Я подготовлю образцы, и мы подадим заявку после того, как продадим одно из моих имений. Думаю, денег хватит, – твердо сказала я.

Такое предложение всех устроило. Кера обещала прислать мне образцы тончайших нитей, чтобы я могла подготовить как можно больше образцов и узоров, которые бы потом подлежали защите.

– Не беспокойтесь, имение будет выставлено на торги уже на следующей неделе, – сказал мне Фоамин, – надеюсь, проблем с выселением жильцов не будет.

Я мило улыбалась и понимала, что проблемы будут. Да еще какие. Но проявлять жалость к почти бывшему мужу и позволять ему жить в моем доме я была не намерена. У меня появилась возможность заработать и стать независимой, и я не упущу ее.

Глава 10

Идея магазинчика с вязаными изделиями захватила меня.

Кера прислала на пробу большое количество различной пряжи: от мягкой шерсти до тончайшего хлопка. К тому моменту, как у меня будут деньги на патент, я должна буду связать максимальное количество изделий: салфетки, скатерти, шали, накидки и даже шляпки и шапочки. Каждое изделие будет подробно описано, а образцы прикрепят к документам, что подтвердит мое право изобретателя на данную технику.

Хотелось еще образцов для магазина заготовить впрок. Техника моя улучшалась с каждым днем. Чтобы не напрягать глаза, я старалась вязать у окна и почаще разминаться, смотреть вдаль.

Героний мне наделал еще пяток крючков из гвоздей разной толщины. Потолще для рыхлых шерстяных шалей, потоньше – для ажурных салфеток.

– Марта, а у нас есть крахмал? – вдруг вспомнила я.

– Конечно, как не быть?! Киселя захотела? – заботливо предложила женщина. – Давно я не варила, давай сготовлю. У меня он знаешь, какой вкусный. И густой — ложка стоит!

– От киселя не отказываюсь, – улыбнулась я, – но мне крахмал для другого нужен. Хочу, чтобы мои салфеточки форму держали.

Марта только руками всплеснула. Но потом втянулась и сама помогала салфетки крахмалить и сушить их так, чтобы они приняли форму воздушных вазочек и корзиночек.

Точную пропорцию я не знала, поэтому на то, чтобы получить сносный результат, мы потратили несколько дней. Зато когда получили идеальную белоснежную корзиночку, которая держала форму и могла сама стоять, женщина смахнула слезу умиления.

– Дарийка, ну какая красота получилась! Какая же ты мастерица! – Марта повертела в руках поделку и поставила ее на чайный столик.

– Да неужто за такую безделицу деньги люди будут платить? – удивился Героний. – Она ж для дела не годится. Положишь что тяжелое –тотчас прогнется. Баловство одно!

– Чтоб ты понимал! – Марта замахнулась на мужа полотенцем. – Суть дорогих безделиц в том, что они много денег стоят, а пользы никакой, только глаз радуют. И все сразу видят, что их богач купил, раз не поскупился на то, что красиво и бесполезно!

Я даже удивилась, насколько точно эта простая крестьянка уловила суть товаров роскоши. Действительно, это вязание должно стоить дорого.

– Мамочка, можно Санна придет к нам в гости? – в комнату ворвался ураган по имени Амалия.

– Конечно, пусть приходит, – я отложила вязание, – Афалина ее здесь подождет или вернется домой?

Почему-то мне не хотелось ни того, ни другого. Терпеть надменную девицу и поить ее чаем или отправить ее к Дереку, чтобы девочка не отвлекала их. Я стряхнула непрошеные мысли. Какая мне разница, какие у них там отношения с мистером Филсом?

– А Афалина уехала, у нее тетушка приболела. Так что Санна то на кухне, то с экономкой. Ей скучно, а отец ее не отпускает одну гулять, – вздохнула дочь.

– Тогда, конечно, поиграйте у нас, – согласилась я.

Спустя час по дому носились радостные дети, Марта хлопотала на кухне, а я забралась с ногами в широкое кресло у окна и пыталась вспомнить, как связать ажурный чепец. Я делала пометки в записной книжке, вспоминая, как рисовать схему вязания, отсчитывала столбики и импровизировала с узорами.

Не раз я пожалела, что не уделяла рукоделию больше времени в своей прошлой жизни. Теперь же оно должно будет прокормить меня и мою семью, к которой я причисляла, кроме Амалии, еще и Марту с Геронием.

Девочки весело проводили время в свободной комнате наверху и совсем мне не докучали. Когда пришло время обеда, Марта позвала их на кухню.

– У вас так замечательно! – восторгалась Санна, уминая румяный пирожок. – У нас принято кушать в столовой. И в те дни, когда папа занят делами, я ем одна. А мадам Афалина строго смотрит и постоянно одергивает меня.

– А почему она сама не ест? – удивилась Амалия.

Санна пожала плечами и схватила еще один пирожок.

– Она говорит, что все должно быть по этикету. И пока она не имеет права сесть за стол, она не сядет, – развела ладошками Санна.

– Вот поэтому она и вредничает, – со знанием дела заявила Амалия, – просто голодная. Вот если бы она пирожков нашей бабы Марты попробовала, тут же перестала злиться!