Попаданка в разводе. С детьми (СИ) - Кушкина Милена - Страница 18

Это разозлило свекровь еще больше.

– У тебя ничего своего нет. Раз замуж вышла, то теперь все общее, а муж следит, как добро сохранить и приумножить, чтоб ты не растранжирила!

– Надеюсь, недолго ему осталось утруждаться, и в самое ближайшее время я освобожу его от этой повинности! Я уже занялась расторжением нашего союза. Кажется, мы не имели права заключать его, ведь у меня в то время еще не закончился траур по Корру. Поэтому постараюсь исправить эту ошибку как можно скорее, – я говорила максимально вежливо, стараясь соблюдать приличия, чем еще сильнее раздражала и до того взвинченную свекровь.

– Вот, точно беременная! – Олимпия решила сменить тактику и перестала скандалить. – Ты и раньше была не особо сообразительной, а сейчас и вовсе перестала хоть сколько-нибудь думать о том, что творишь. Дело ли это — сбежать от мужа, когда у самой пузо на нос лезет!

Я даже невольно посмотрела вниз. Благодаря тому, что Дария была лишена возможности питаться много и разнообразно, я была довольно худой. И ни малейшего намека на живот, о котором тут Олимпия рассуждает.

Кажется, это представление она разыграла исключительно для Марты, чтобы та решила, что я ненадежный работодатель.

– А раз вы считаете, что невестка ваша в положении, так и шли бы отсюда, и не волновали мать вашего будущего внука! – вступилась Марта и оттеснила незваную гостью к выходу.

– Дерек Филс любезно согласился пригласить ко мне лекаря с магическими артефактами, так что о том, будет ли этот внук или нет, мы узнаем буквально через пару дней, – сказала я, – и мне бы не хотелось видеть вас или вашего сына до этого момента в имении моей дочери. А после того, как мы выясним, что никакого ребенка нет, мы сможем наконец-то развестись, и вам уже не придется беспокоиться о сохранности моего имущества. Я возьму это на себя.

Олимпия посмотрела на меня как-то совсем враждебно. Она молчала, но по взгляду я поняла, что ничего хорошего она не планирует.

На всякий случай я запретила Амалии пока выходить одной из дома. Гулять можно было только в сопровождении Марты или Герония. Сама тоже была настороже.

Как оказалось, не зря.

Сначала родственнички с радаров исчезли. Я даже понадеялась, что они бросились домой — распродавать все, что можно было вынести из дома, прежде чем взбунтовавшаяся молодуха отберет все свое имущество назад.

Но я недооценила их наглость. Они решили пойти до конца.

На второй день, когда я немного успокоилась и собралась вернуться к обустройству дома, мы с Геронием вышли оценить ставни.

– Мерик говорил, тут сильный северный ветер будет дуть, потому надо бы окна, выходящие на эту сторону, законопатить, да ставни прикрыть, – деловито сообщил мужчина, – а еще вон там в стене трещина под окном. Из дома-то не видно, но выстудит комнату такая щель на раз.

Искомая щель оказалась на втором этаже под окном в комнате Амалии.

– Может, не очень глубокая? – с надеждой спросила я.

– Надобно оценить вблизи, – согласился Героний, – а потом придумать, чем ее заделать. Я видел лестницу у сарая.

Мужчина ушел, а я задумалась, чем можно временно заделать щель, чтобы до весны точно простояло. Можно солому с глиной смешать, да только высохнуть она не успеет, дождем смоет. Я поковыряла кладку между кирпичами. Цемент замесить? Или просто старую тряпку, пропитанную маслом, чтобы вода не попала. А сверху еще и воском для надежности.

– Ну здравствуй, женушка!

От неожиданности я вскрикнула. В панике оглянувшись, я увидела Антонио. Боров надвигался на меня, смотря немигающим взглядом. Белки глаз налились кровью, и дышит зло, со свистом.

Проклятье! Я так погрузилась в мысли, что не заметила, что ко мне приблизилось это чудовище!

Я хотела было крикнуть, но Антонио толкнул меня к стене так, что у меня дух вышибло. Его огромная ладонь легла на мою шею так, что я едва могла дышать. В глазах потемнело не то от страха, не то от нехватки кислорода.

Напрасно я искала глазами Герония. Мы были здесь совсем одни.

– Думаешь, что так легко сможешь избавиться от меня? – выдохнул Антонио мне в лицо и зловеще расхохотался.

Ответить я не могла, но я царапала его руку и пыталась ударить ногой.

– Какая ты горячая! Как в первые дни после свадьбы! Но ты же знаешь, я легко усмиряю даже самых норовистых лошадок.

Его рука легла на мое бедро и стала подниматься, сминая юбку. Он приблизился, и я ощутила его смрадное дыхание.

Вот гад!

Он навалился на меня всем телом, вдавливая в неровную стену. Рука его поднималась все выше, дыхание становилось чаще, а улыбка превратилась в звериный оскал.

Решил использовать последний шанс и заделать мне ребенка накануне проверки? Только он не учел, что образ жизни, который он вел, явно не способствовал сохранению мужской силы.

Муж навалился на меня всем телом, и я с удивлением почувствовала, что на этот раз его инструмент готов к выполнению супружеского долга.

– Удивлена? – прохрипел он, радостно осклабившись. – Мать дала мне специальную настойку. Всего один раз, и ты понесешь!

Местная виагра? А Олимпия от своего не отступится. Я запаниковала. Я кусалась и брыкалась, надеясь дотянуться и как следует врезать муженьку в его самое уязвимое место, которым он хотел сейчас обеспечить себе и своей маменьке безбедное существование.

– Ты что творишь, мерзавец?! – услышала я властный мужской голос, почти теряя сознание. – Я, кажется, попросил не приближаться к Дарии!

В глазах было темно, в голове шумело, спина болела от удара о кирпичную стену. Но голос Дерека я слышала вполне четко.

Рывок, невнятная возня.

Антонио швырнули на землю, дав мне такой необходимый глоток воздуха. Я изо всех сил старалась устоять на ногах и не потерять сознание.

Мягкие заботливые руки подхватили меня.

– Пойдем в дом, милая, пусть мужики поговорят о своем, – я доверилась теплому голосу Марты и пошла за ней, едва переставляя ноги.

Дома она хотела уложить меня на диван в гостиной, но я наотрез отказалась ложиться. Тогда она обложила меня подушками и укрыла пледом.

– Сделаю-ка тебе отвара укрепляющего, – сказала она и поставила чайник на огонь.

И это было очень кстати, потому что меня бил очень сильный озноб. Правда, был он скорее от страха, чем от холода.

Через несколько минут в моих руках оказалась пузатая глиняная чашка с чаем, от которого пахло летом, медом и солнцем.

Полностью согрелась и успокоилась я только тогда, когда чай почти закончился.

– А где Амалия? – спохватилась я.

– К ней Санна пришла, они сейчас наверху в пустой спальне играют, – ответила Марта.

Я с облегчением выдохнула.

В этот момент дверь отворилась, и вошел Дерек. Камзол помят, рукав испачкан, не хватало пары пуговиц и кружевного манжета на правом запястье.

– Батюшки! – всплеснула руками Марта. – Срам-то какой. Давайте, я хоть пинжачок-то ваш почищу, да манжету починю.

– Ничего страшного, я немного зацепился в вашем саду и потоптал кусты роз, – но как Дерек не упирался, он не смог противостоять Марте. Пиджак пришлось отдать.

Я догадалась, обо что он там зацепился и чем помял розы. Марта, заполучив камзол, поспешила удалиться, чтобы привести его в порядок.

Мы с Дереком остались наедине. Неловкое молчание затягивалось.

– Хочу принести извинения. Кажется, вашим розам прилично досталось, – наконец, мужчина нарушил тишину.

– Не берите в голову, – ответила ему, слабо улыбаясь, – я очень благодарна вам. Вы очень вовремя зашли в гости. Даже не представляете, насколько вовремя.

Дерек удивленно посмотрел на меня.

– Мы с мужем давно не были близки. Да он и не в состоянии обычно. А тут его матушка подсуетилась, поняла, что имущество из рук утекает. Дала ему настойку специальную, чтобы с одного раза ребенок получился. Странно, что раньше не догадалась.

– Фертигранс, – Дерек кивнул, – слышал про такое. Дорогое удовольствие. Наверное, ваша свекровь надеялась, что беременность наступит естественным путем.