Противоположности. Сквозь время - О.Шеллина (shellina) - Страница 17

– Кто заключен здесь? – так же тихо спросила я, прислушиваясь к шуму. Обоняние от вони словно отрезало, и теперь оно не отвлекало меня от скачущих мыслей.

– Один пленник заключен здесь еще папой Сикстом, – он равнодушно пожал плечами и сделал шаг вперед. – Это турок. И ещё один – местный вольнодумец. Сегодня тут не слишком людно.

Он прошел вглубь этой пещеры и остановился у одной из камер, в которой под неярким светом факела, на полу был видел силуэт лежавшего человека.

Резкий удар по решетке соседней камеры заставил сердце пуститься в пляс и вздрогнуть от неожиданности. Вцепившись в решетку обеими руками, молотя при этом по ней ногами, привлекая тем самым к себе внимание, на меня, оскалившись, смотрел мужчина весьма характерной наружности.

– А ну, тихо, – заорал наемник и ударил рукоятью меча по железным прутьям, заставив тем самым пленника сделать шаг назад и заговорить тихим мягким баритоном на незнакомом мне языке.

– Что он говорит? – я не знала языка, только поняла, что он отдаленно похож на турецкий, возможно, на арабский. Восточные языки меня никогда не интересовали.

– Что женщина, явившаяся перед ним сейчас в том облике, который не родной ей, сможет перевернуть ход истории. Что-то там было про чудо, и разумеется, он очень просит выпустить его отсюда, и тогда, он сможет помочь этой странной женщине в будущем, в котором они обязательно встретятся, – скрипучим голосом, отвыкшим от разговоров, мне ответил довольно молодой на вид мужчина, приблизившись к решетке той камеры, в которую я до этого времени вглядывалась. – Меньше слушайте его. Наш дорогой османский гость уже давно повредился рассудком, но это не его вина, он так же, как и я, невинный заложник неприятной ситуации, и от содержания нас взаперти вы не получите ровным счетом никакой выгоды.

– Кто ты? – я пристально смотрела на парня, который прислонился плечом к решетке, стоя при этом вполоборота ко мне, и внимательно меня рассматривая. Его вольный перевод слов турка немного выбил меня из колеи, но я быстро взяла себя в руки, понимая, что, находясь здесь, можно сойти с ума гораздо быстрее, чем он думал, а для своего освобождения можно рассказывать доверчивым женщинам и не такие сказки.

– Непризнанный художник, немножко поэт и философ, и обычный переводчик, впрочем, не важно, – он махнул рукой.

– И за что вас, непризнанного художника, заключили здесь? Судя по вашему виду, нельзя сказать, что вы томитесь в этих застенках длительное время, – глядя на его наглый взгляд, во мне боролись противоречивые чувства. Но, у меня не было отвращения к нему или каких-то других негативных эмоций, только интерес, перерастающий в непонятную уверенность, что это будет не последняя наша встреча.

– За правду, – довольно серьезно ответил он, буквально прожигая меня на мгновение взглядом.

– И как тебя зовут, борец за правду? – я усмехнулась, не понимая, зачем мне вообще нужен этот разговор.

– Джулиано, сеньора Сфорца, – он шутливо поклонился и, отвернувшись от меня, укрылся в тени своей камеры. Я повернулась к наемнику, который терпеливо ждал, когда мне уже надоест тут околачиваться, но, тем не менее, внешне никаких признаков нетерпения не проявлял.

– Местный баламут. Стал одним из первых зачинщиков смуты возле замка Святого Ангела. Никаких распоряжений не было дано, поэтому мы закинули его сюда, чтобы отодвинуть беспорядки от наших стен. – Увидев направленный на него взгляд, пояснил мне мой сопровождающий.

– Ты против церкви и его служителей? – спросила я в темноту.

– Да мне без разницы, я за того, кто мне платит, – ответил мне местный вольнодумец, больше не выходя на свет. – Но не переживайте за меня, я у вас в гостях долго не задержусь.

– Пойдем отсюда, – я поежилась под дуновением ледяного ветра, который внезапно поднялся в, казалось бы, защищенном от сквозняка месте.

Как только я вышла из застенка темницы, тюрьмы или как бы не называлось это место, дышать сразу стало намного свободнее. Кастеляна возле входа не было, поэтому возвращаться мне пришлось одной, плутая по галереям, уже не надеясь без чьей-либо помощи добраться до своей комнаты, чтобы отдохнуть.

Ребенок в животе отплясывал задорный танец, молотя по моему позвоночнику, поэтому мне пришлось остановиться, чтобы перевести дух и отдышаться, в надежде, что плод любви Катерины и Риарио, наконец, угомонится.

Я прислонилась к стене, на которой висела какая-та безобразная картина, и покрутив головой, с досадой саданула по ней кулаком. Почему, когда нужен хоть кто-то, чтобы направить меня на правильный путь, то никого, как назло, в зоне видимости никогда не наблюдается.

На ногах я устоять не смогла, когда часть стены отъехала в сторону, оставив меня без опоры, и грузно завалилась на спину в образовавшийся проем. Так быстро, как позволило мне моё состояние, поднявшись, я огляделась. Света из небольшой бойницы в стене хватало, чтобы разглядеть всё, что хранил в себе тайник замка Святого Ангела.

Комната оказалась небольшой. Вдоль стен шли стеллажи с урнами, в некоторых из них я признала выставочные реликтовые образцы с прахом, возможно, ещё с настоящим то ли бывших пап, то ли святых.

Никогда не фанатела от археологии в её некромантских вариациях, поэтому у меня вид этих экспонатов не вызывал благоговейного трепета. В центре этой погребальной комнаты стояло несколько довольно больших и простеньких на вид сундуков. Затравленно оглянувшись и не увидев никого рядом, я подняла крышку ближнего из них и замерла в полном офигевании.

Спустя некоторое время, когда я смогла отойти от увиденного, то принялась собирать мысли в одну кучу, стараясь не зацикливаться на содержимом, спрятанных от посторонних глаз сундуков. Они были под завязку набиты золотыми монетами. Взяв одну из монет, я долго пыталась разглядеть при тусклом освещении, что на ней выгравировано. На аверсе был изображен цветок, на реверсе какой-то мужик. Думай, Катя. Вспоминай. Если этот цветок издалека может сойти за лилию, то на реверсе, скорее всего, изображен Иоанн-Креститель. Это же флорин. Полный сундучок золотых флоринов.

Не мешкая, я заглянула в каждый из стоявших рядком сундуков в количестве пяти штук, отметив, что содержимое во всех них абсолютно одинаковое.

Захлопнув крышку первого сундука, я досадливо отметила следы от рук, которые довольно четко отпечатались в пыли. Пыль покрывала всё вокруг. Этим тайником очень давно не пользовались.

Отряхнув руки, я вышла из тайника, и повернулась к открытому в стене проему. Как его закрыть я не представляла, но чисто теоретически, вспоминая свои движения, которые совершала перед чудесным образом открывшемся проходом, я начала лихорадочно ощупывать каждый камень стены, в надежде наткнуться на нужный.

– Вот вы где, сеньора. Мы уже начали волноваться, так давно вас никто не видел. – Я вздрогнула и мельком глянула на рыжий вихрь, который нёсся прямо ко мне.

Черт бы побрал эту девчонку. Когда она нужна, никогда нет рядом, зато сейчас нарисовалась, хрен сотрешь. На мне что, какой-то средневековый маячок припрятан, по которому она всегда отслеживает мое местонахождение?

Неожиданно один из камней довольно легко поддался под рукой, и узкий проход тихо закрылся, даже пыль не поднялась. Я повернулась в сторону девушки, которая была уже практически рядом со мной.

– Я что, маленький ребенок, за которым нужно постоянно следить, чтобы не упускать из вида? – довольно злобно рявкнула я, но девушке, казалось, было всё равно, как с ней разговаривают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.