Наследник Каладана (СИ) - Андерсон Кевин Джей - Страница 92

Однако, глядя на все это с точки зрения матери-настоятельницы, Джессика понимала пристальный интерес Харишки к Полу. Родив сына вместо дочери, Джессика совершила дерзкий поступок – не ради каких-то хитроумных интриг, а ради Лето, потерявшего своего другого сына, Виктора. И теперь, когда Пол проявил признаки своей особой натуры, его способности заинтриговали Сестринство. На протяжении тысячелетий Орден осуществлял тщательную программу селекции, отслеживая одну генетическую линию за другой, комбинируя их правильным образом, выводя идеального человека, который соединит пространство и время – мужчину Бинэ Гессерит с невероятными способностями.

Выжившая из ума старая Лезия требовала убить Джессику и ее сына, дабы предотвратить катастрофу, которая может обрушиться на Вселенную. Но Харишка решила не прислушиваться к безумным бредням бывшей Матери Квизаца. Мать-настоятельница знала, что Пол особенный… как и Джессика.

Тяжело дыша, Джессика отступила в сторону от дорожки. Мимо прошли две другие сестры, тихо беседуя. Они взглянули на нее, затем отправились дальше.

Ее незавидное положение здесь после резни на Элегии, предстоящее Брому испытание, нависшая над Полом ответственность – все это заставило Джессику видеть то, чего она раньше не видела. Верить в то, во что раньше не верила.

Она поступила правильно, родив ребенка мужского пола – несмотря на наставления начальства из Бинэ Гессерит. Возможно, она действовала по указанию самой Судьбы ради более важной цели. Но теперь у нее больше не было даже Пола – Сестринство разрушило ее семью и отношения с Лето, лишило ее дома. Она не прекратит требовать для себя свободы, хотя даже не знает, что ее ждет на Каладане.

Полу грозит опасность со многих сторон. А ее отправили сюда, на Уаллах IX, и просят помочь сыну другой женщины пережить испытание!

Джессика возлагала на Брома самые большие надежды и поддерживала его всеми силами, но не могла подавить свой страх. Сама она никогда не сталкивалась с таким серьезным испытанием, дающим право стать преподобной матерью.

И теперь задумывалась – решится ли она когда-нибудь на этот пугающий переход на новый уровень, приняв смертельную дозу наркотика, расширяющего сознание, превращающего человека в…

Она не знала, хочет ли вообще пытаться. Она уже достигла высокого положения как первая леди Каладана, постоянная наложница благородного герцога Лето Атрейдеса, и никогда не хотела большего. Будучи юной послушницей, Джессика видела, как другие сестры корчатся в муках во время Агонии. Многие выживали, хотя некоторые погибали в страшных судорогах. Они кричали, пока их внутренности выворачивались наизнанку, а сознание выходило из-под контроля. Ужасное испытание!

Неужели Бром в состоянии справиться с таким мощным ядом, несмотря на то, что все остальные кандидаты мужского пола потерпели неудачу?

«Я боюсь, что он не готов».

Вместе с Лондином сопровождая императрицу к запертому главному входу в хранилище, где кипящий от злобы Якссон расхаживал туда-сюда, как зверь в клетке, герцог Лето осуждал риск, на который пошла Ариката. Чего она надеялась этим добиться? И все же он восхищался самообладанием и грацией, с которыми она держалась, не выказывая ни малейшего проблеска страха. Герцог лихорадочно думал, как использовать ее присутствие, чтобы переиграть Якссона Ару. Это казалось маловероятным, но он не собирался отказываться от попыток.

Прежде чем они добрались до гигантских герметичных дверей, Лето тихо произнес:

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить вас, Ваше величество, даже в этих невозможных обстоятельствах.

Ариката не повернула головы, но ответила уголком губ:

– Я знаю, что вы разумный человек, Лето Атрейдес. Будем надеяться, что не только вы.

– Увы, императрица, возможно, я здесь такой единственный. – Ему так много еще хотелось сказать. Если Император Шаддам так и не получил послания от Гарни, значит, Ариката его единственная надежда спасти свою репутацию и жизнь.

Раджив Лондин с важным видом выступил вперед – на открытое пространство, где их встретил Якссон, удивленно улыбнувшийся при виде Арикаты. Его сверкающие глаза забегали:

– О, прекрасная императрица! Я так рад, что вы присоединились к нам на нашей маленькой светской вечеринке! Жаль, что ваш муж хочет нас всех уничтожить.

Ариката ответила звенящим голосом – хрупким, как осколки стекла:

– Очень жаль, что вы мечтаете разорвать на части Империю, просуществовавшую десять тысяч лет. Мой муж не станет вести с вами переговоры и хочет сравнять этот город с землей в назидание любым будущим мятежникам. Ур-директор Картеля возражает против такого решения, поэтому старается его предотвратить. Пока.

– Ах, моя дорогая мама всегда принимала мои проблемы близко к сердцу… – Якссон усмехнулся, затем сузил глаза: – А какие интересные подробности мне открылись о вас, императрица Ариката! – Он вытащил камень памяти и угрожающе потряс им перед ней. – Я уверен, что Шаддам Коррино хотел бы их знать…

Фыркнув, императрица отвернулась и посмотрела на герцога Лето:

– Муж любит меня, но я пришла сюда вопреки его желанию, поскольку верю в дипломатию и умение находить точки соприкосновения – особенно в отчаянных обстоятельствах. – Она оглянулась через плечо: – Вас я не знаю, Якссон Ару, но герцог Лето Атрейдес – благородный человек. Я полагаю, он предпочел бы альтернативу массовому побоищу.

– Якссон, мы должны поговорить с ней, выработать соглашение о гарантиях безопасности, – сказал Лето. – Возможно, тебе позволят уйти на покой где-то далеко за пределами Империи. А я… я смогу просто вернуться домой на Каладан.

– Где ты продолжишь задыхаться под гнетом Империи Коррино? – возразил Якссон. – Не думаю, что тебе это понравится. А куда возвращаться лорду Лондину? Где теперь его дом? Куарте лежит в обугленных руинах. А как насчет Дома Туллов и разрушенной Элегии? А как насчет всех других планет, растоптанных сапогом мстительного Императора Шаддама? Он еще не уничтожил Каладан? – Лидер повстанцев воинственно подступил к Арикате, но та избегала встречаться с ним взглядом. – Ваш муж действительно считает, что нам следует оставить прошлое в прошлом?

Императрица ответила жестким тоном:

– Нет, мы ничего так просто не забудем. Я лично была на Оторио, а позже в Императорском дворце, когда вы разбили корабль казначейства. Все эти невинные жертвы…

– Невинные жертвы? – фыркнул Якссон. – Возможно, нам стоит сравнить, кто ведет по очкам. За вашим мужем тянется кровавый след куда хуже моего. Столько Домов Ландсраада хранят мрачные тайны…

– Дайте мне взглянуть поближе на этот камень памяти, которым всех шантажируете, – попросила императрица.

– Зачем? По его виду вы не поймете, какая в нем информация. – Якссон пристально взглянул на Арикату. – Но, думаю, вам прекрасно известно, что там содержится, императрица.

– Кровопролитие порождает кровопролитие, – заметил Лето, с признательностью взглянув на Арикату. – Если вы будете здесь с нами, императрица, ваш муж проявит сдержанность. Возможно, всего лишь возможно, возобладают более холодный разум.

Улыбнувшись, Якссон кивнул сам себе:

– Ее присутствие действительно вносит свежую струю. Мой брат Франкос далеко не такой привлекательный заложник и не представляет особой ценности для Шаддама Коррино. А вы, императрица, достаточно ценный козырь, чтобы изменить условия игры.

Взяв Арикату за руку, он грубо подтащил ее к стене с экранами рядом с высокой дверью хранилища. Лондин подхалимски следовал за ним по пятам. Лето попытался придумать, как бы увести ее обратно к потайному выходу. Оказавшись внутри, он знал, на какой риск идет, и сам сделал свой выбор. Впрочем, императрица тоже. Ариката проницательная женщина, она куда умнее простой «декоративной» императрицы, но она обречена стать пешкой, если останется здесь.