Наследник Каладана (СИ) - Андерсон Кевин Джей - Страница 59

Сардаукар шагнул вперед, не выказывая ни азарта, ни злобы. Он вскинул окровавленный меч:

– Я сделаю это быстро. Сегодня предстоит много убийств.

– Я тоже так думаю, – пробормотал лицедел. Худощавая женщина средних лет метнулась под клинок сардаукара с молниеносностью натренированного убийцы. Ее нож скользнул вверх. Замедлив движение клинка до нужной скорости, чтобы пробить силовой щит, она вонзила острие под челюсть сардаукара – резким сильным движением сквозь нёбо в мозг. На лице бойца отразилось скорее недоумение, чем боль.

Лицедел не беспокоился о крови, которая забрызгала одежду жертвы. Это тоже послужит для маскировки. Оборотень стянул с бойца форму и бронежилет, затем прикоснулся к мертвому телу и несколько секунд подгонял под него собственную фигуру и черты лица, чтобы они выглядели идентично. Надев окровавленный мундир, он собрал оружие сардаукара и мгновенно вошел в роль. А дальше окунулся в хаос поместья, где свирепствовали имперские солдаты, убивающие каждого встречного. Лицедел – теперь один из сарадаукаров – принял в этом активное участие, притворяясь, что наслаждается кровопролитием так же сильно, как и все остальные. Он работал клинком, чувствуя себя среди них в безопасности под новой личиной.

Когда представится возможность – вероятно, после возвращения кораблей сардаукаров на галактический лайнер – он ускользнет из их регламентируемой и тщательно контролируемой жизни, чтобы принять другую личность. Ему известны все тайные счета Раджива Лондина и коды доступа к ним. Он будет не просто главным администратором – он станет самим лордом Лондином к тому времени, как доберется до Носсуса к Якссону Ару. Священная миссия Тлейлаксу зависит от успеха восстания неверных повиндах – нечистых чужаков, – и появившийся на свет в лаборатории лицедел будет использовать все уловки, чтобы поддерживать маскарад, пока есть шанс на победу.

До конца дня полковник-баши Джопати Колона продолжал руководить массовой резней и участвовать в ней. Когда солнце склонилось к закату, десятки тысяч людей пали от рук его бойцов. Поскольку некоторые отчаявшиеся горожане нашли способы дать отпор, Колона потерял двадцать человек, что считал позором для сардаукаров с их способностями и традициями.

Ближе к ночи он решил, что с него достаточно, и объявил об окончании миссии, приказав возвращаться к челнокам; в качестве не отступления, но тактического хода, чтобы перейти ко второй фазе полного уничтожения – финальной бомбардировке. Теперь Колона сделал выбор в пользу эффективности, а не эффектности. Они собрали достаточно фото- и видеодоказательств резни, чтобы заставить Ландсраад содрогнуться. Император будет доволен. Без сомнения, команды сардаукаров на других повстанческих планетах действуют столь же успешно. И сегодняшнее задание – лишь первая миссия Колоны в этой долгой, грандиозной операции.

Когда сотня десантных кораблей взлетела, в дело вступили бомбардировщики. Волна за волной разрушительные взрывы равняли с землей особняк и прилегающую территорию, затем город и космопорт Куарте. Из-за сотрясения почвы вскрылись многочисленные термальные зоны – оттуда били столбы пара и сверкающих искр. Прекрасное зрелище, подумал Колона, но ни один турист его больше не увидит.

Он и его сардаукары справились с задачей. Как только они перегруппируются и пополнят боезапас, он проведет инструктаж своих элитных команд и сдерет с них три шкуры за потерю двадцати бойцов от рук гражданского сброда. А дальше он понесет схожее имперское возмездие в другие мятежные миры, и завершит его на Каладане и на Доме Атрейдесов. Когда-то подобное доставляло ему удовольствие, но на этот раз – нет.

Что-то продолжало детонировать в пыточной тюрьме Раббана, пока Сафир пробирался по сухой дренажной трубе, высматривая путь с помощью светоусиливающих линз. Стонущий Гарни почти в бессознательном состоянии плыл за ним по воздуху на гравиподвесках, наполняющих тесный проход мягким жужжанием.

В очередной раз услышав позади грохот, Сафир приготовился к ослабленной ударной волне – в здании тюрьмы взрывались какие-то огнеопасные предметы. Он предполагал, что к этому времени все внутренние помещения уже охвачены пожаром.

Наконец, они выбрались наружу – в холодную, заснеженную местность. Сафир подхватил Гарни у трубы и потащил за собой. Его избитый товарищ более-менее пришел в себя и изо всех сил пытался двигаться сам, несмотря на многочисленные травмы.

– Давай так, Гарни, – я оставлю на тебе подвески, но ослаблю тягу, чтобы ты доставал ногами до земли. Нам нужно бежать – мой корабль рядом.

– Да, пора удирать… если нам дорога жизнь, – пробормотал Гарни.

Сафир поспешил по неровной земле, его спутник старался помочь, как мог. Внутри массивного тюремного здания взревела сирена – из ближайшего городка наверняка мчатся дополнительные силы безопасности.

– Не знаю, был ли сам Раббан на территории тюрьмы. Думаю, нет, иначе он ни за что не позволил бы нам сбежать, – заметил Сафир. – Нам выпал единственный шанс.

Клокочущий звук, вырвавшийся из горла Гарни, выражал скорее отвращение, чем боль:

– Раббан… не здесь. Он на Арракисе.

Сафир хмыкнул:

– Ну и хорошо.

– А ты как здесь оказался? – хрипло спросил Гарни.

– Тебя спасаю. – Воин-ментат прибавил шагу. – Одиночная миссия, чтобы не впутывать нашего герцога.

Лицо Гарни скривилось от боли и тревоги:

– Герцога? Он так и улетел к Якссону Ару?

Сафир обхватил друга за плечи, помогая ему двигаться быстрее:

– Ну да. Ты же знаешь – он притворяется соратником повстанцев, чтобы удержать их от более ужасных акций. Император Шаддам должен быть наготове, когда герцог разоблачит предателей.

Тьма скрывала ожидающий их корабль, но Сафир уже видел его через свои светоусиливающие линзы. Ужасный стон Гарни вынудил ментата остановиться.

– Я все испортил! Император ничего не знает! Проклятые Харконнены схватили меня прежде, чем я добрался до Кайтэйна! Они вырвали послание у меня из рук!

Сафир обернулся и вгляделся в его окровавленное лицо:

– Император так и не получил нашего сообщения? Мы думали, что тебя поймали на обратном пути. – Его предположение, основанное на расписании кораблей Гильдии, оказалось неверным. В голове ментата вихрем пронеслись новые вычисления, рассыпаясь каскадом новых последствий, новых катастроф. – Тогда Шаддам будет считать Лето одним из предателей!

Гарни попытался сорвать гравиподвеску с плеча:

– Не могу нормально идти с этими штуками!

Сафир удержал его руку.

– Прекрати. Корабль совсем близко, вон там. Я подлатаю твои раны, как только мы выберемся отсюда.

Трубадур издал болезненный звук и кое-как прыгнул вперед – подвесные устройства облегчили толчок:

– Тогда давай пошевелимся.

Сафир направлял его по холодному каменистому полю туда, где стоял корабль с потушенными огнями. Теперь горящая тюрьма, оставшаяся далеко позади, кишела охранниками и службами экстренного реагирования. Летательные аппараты пока не появлялись, но Харконнены наверняка будут прочесывать местность в поисках лазутчиков. К счастью, все те, кто видел их собственными глазами – уже мертвы.

Наконец ментат добежал до корабля и активировал люк с кодовым замком. Зажглись слабые сенсорные лампочки, освещавшие кабину. Гарни за его спиной уверял, что сам сможет забраться на борт.

И тут на заснеженном поле, погруженном во мрак, раздались вопли:

– Вот они! Шпионы! – Застав обоих врасплох, к ним бежали стражники в темной униформе.

Сафир разглядел четверых, но был сильно дезориентирован – линзы подстраивались то под мерцающий свет в корабле, то под окружающую тьму. Ментат вскинул меч, заслоняя собой Гарни. В полном молчании он бросился вперед, не издавая никаких боевых кличей. Старому воину придется расправиться со всеми – без всякой бравады или вызова.