Из дома вышел человек… - Хармс Даниил Иванович - Страница 88

П. М. – Входите, Мария Ивановна. Это мой дядя. Познакомтесь.

Ил. Сем. – Я Петин дядя. Очень рад. Мы с Петей не успели накрыть на стол… Тише, тут на пол попал салат!

М. И. – Благодарю вас.

П. М. – Снимайте польто.

Ил. Сем. – Разрешите я помогу вам.

П. М. – Да вы, дядя, не безпокойтесь, я уже помогаю Марии Ивановне.

Ил. Сем. – Простите, тут у нас не накрыт ещё стол. (Запутывается ногами в скатерти)

М. И. – Вы упадёте! (Смеется)

Ил. Сем. – Простите, тут, я думал, ничего нет, а тут эта скатерть упала со стола. Петя подними стул.

М. И. – Подождите, я сама снему ботинки.

Ил. Сем. – Разрешите мне. Я уж это умею.

П. М. – Дядя, вы лучше стул поставте на место!

Ил. Сем. – Хорошо хорошо! (ставит стул к стене)

Ил. Сем.

П. М. – Ну вы просто дядя выдумали что то очень странное!

М. И. – Можно мне сесть сюда?

П. М. – Конечно. Конечно. Садитесь!

Ил. Сем. – Садитесь конечно! Конечно!

П. М. – Дядя!

Ил. Сем. – Да да да.

П. М. – Что это?

Ил. Сем. – Молоток.

М. И. – Что вы сделали? Вы достали его изо рта?

Ил. Сем. – Нет нет, это пустяки!

М. И. – Это фокус? (Молчание)

М. И. – Стало как-то неуютно.

П. М. – Сейчас я накрою на стол и будет лучше.

М. И. – Нет, Петр Михайлович, вы ужасны!

П. М. – Я! Почему я ужасен?

М. И. – Ужасно! Ужасно! (Дядя на ципочках выходит из комнаты)

М. И. – Почему он ушёл на ципочках?

П. М. – Я очень рад, что он ушел. (Накрывает на стол) Вы простите меня за беспорядок.

М. И. – Я когда шла к вам, то подумала, что лучше не ходить. Надо слушатся таких подсказок.

П. М. – Наоборот, очень хорошо, что вы пришли.

М. И. – Не знаю, не знаю.

П. М. – Весь стол в салате! и сахар рассыпан! Слышате как скрипит под ногами? Это очень противно! Вы завтра станете всем рассказывать, как у меня было.

М. И. – Ну, может быть кому ни будь и расскажу.

П. М. – Хотите выпить рюмку вина?

М. И. – Нет спасибо я вино пить не буду. Сделайте мне бутерброт с сыром.

П. М. – Хотите чай?

М. И. – Нет, лучше не стоит. Я хочу скоро уходить. Только вы меня не провожайте.

П. М. – Я сам не знаю, как надо поступить. На меня напал столбняк.

М. И. – Да да, мне лучше уйти.

П. М. – Нет, по-мойму лучше вам не уходить сразу. Вы должны меня великодушно простить…

М. И. – Зачем вы так говорите со мной?

П. М. – Да уж нарочно говорю так.

М. И. – Нет это просто ужасно всё.

П. М. – Ужасно? Ужасно! Ужасно!

П. М. – Мне всё это страшно нравится! Мне нравится именно так сидеть с вами.

М. И. – И мне тоже.

П. М. – Вы шутите, а я правду говорю. Мне честное слово всё это нравится!

М. И. – У вас довольно прохладно (вынимает изо рта молоток)

П. М. – Что это?

М. И. – Молоток.

П. М. – Что вы сделали? Вы достали его изо рта!

М. И. – Он мне сегодня весь день мешал вот тут (показывает на горло)

П. М. —

М. И. —

П. М. —

211

Объяснение в любви

Водевиль

Он: Тут никого нет. Посижу ка я тут.

Она: А, кажется, я одна. Никто меня не видит и не слышет.

Он: Вот хорошо, что я один. Я влюблён и хочу об этом подумать.

Она: Любит ли он меня? Мне так хочется, чтобы он сказал мне это. А он молчит, всё молчит.

Он: Как бы мне объясниться ей в любви. Я боюсь, что она испугается и я не смогу её больше видеть. Вот бы узнать, любит она меня или нет.

Она: Как я его люблю! Неужели он это не видит. А вдруг заметит и не захочет больше со мной встречаться.

212

Пиеса

Кока Брянский: Я сегодня женюсь.

Мать: Что?

Кока Бр.: Я сегодня женюсь.

Мать: Что?

Кока Бр.: Я говорю, что я сегодня женюсь.

Мать: Что ты говоришь?

Кока: Се-го-во-дня-же-нюсь!

Мать: же? что такое же?

Кока: Же-нить-ба!

Мать: ба? Как это ба?

Кока: Не ба, а же-нить-ба!

Мать: Как это не ба?

Кока: Ну так, не ба и всё тут!

Мать: Что?

Кока: Ну не ба. Понимаешь! Не ба!

Мать: Опять ты мне это ба. Я не знаю, зачем ба.

Кока: Тпфу ты! же да ба! Ну что такое же! Сама то ты не понимаешь, что сказать просто же – бессмыслено.

Мать: Что ты говоришь?

Кока: Же, говорю, бессмысленно!!!

Мать: Сле?

Кока: Да что это в конце концов! Как ты умудряешься это услыхать только кусок слова, да ещё самый нелепый: сле! Почему именно сле!

Мать: вот опять сле.

213

Четыре немца ели свинину и пили зелёное пиво. Немец по имяни Клаус подавился куском свинины и встал из-за стола. Тогда три других немца принялись свистеть в кулаки и громко издеваться над постродавшим. Но немец Клаус быстро проглотил кусок свинины, запил его зелёным пивом и был готов к ответу. Три других немца, поиздевавшись над горлом немца Клауса, перешли теперь к его ногам и стали кричать, что ноги у немца Клауса довольно кривые. Особенно один немец, по имяни Михель, смеялся над кривыми ногами немца Клауса. Тогда немец Клаус показал пальцем на немца Михеля и сказал, что он не видел второго человека, так глупо выговаривающего слова «кривые ноги». Немец Михель посмотрел на всех вопрошающим взглядом, а на немца Клауса посмотрел взглядом, вырожающим крайнюю неприязнь. Тут немец Клаус выпил немного зелёного пива с такими мыслями в своей голове: «вот между мной и немцем Михелем начинается ссора». Остальные два немца молча ели свинину. А немец Клауз, отпив немного пива, посмотрел на всех с видом, говорящим следующее: «Я знаю, что вы от меня хотите, но я для вас запертая шкатулка».