Сказания пыльных миров. Гладиатор (СИ) - Кожедуб Ярослав - Страница 21

— Исцеление нужно?

Я осторожно разжал ладонь, которой все еще сжимал края раны вместе с рубахой и почувствовал, как тонкая струйка крови устремилась вниз, стекая в штаны. Поморщился и кивнул. Лекарь едва-едва коснулся раны прямо через дыру в рубахе и зачем-то зажмурился. А я стиснул зубы, чтобы не заорать — возникло ощущение, что в меня ткнули раскаленной кочергой. Но, надо признать, уже спустя несколько мгновений боль исчезла. Я не стал вновь задирать рубаху — лишь слегка оттянул ткань в дыре от копья — все было покрыто коркой засохшей крови, толком ничего рассмотреть невозможно… но вроде бы рана исчезла. Да и вспышки боли больше не стесняли движения, так что я наконец-то смог выпрямиться.

Лекарь, открыв глаза, несколько раз осоловело моргнул и произнес:

— Я всю ману потратил, но там, судя по всему, еще остался шрам. Сейчас я позову кого-нибудь из коллег, он долечит…

— Нет. — Я похлопал его по плечу. — Спасибо, дальше я сам как-нибудь.

А то ваше лечение какое-то чересчур болезненное по сравнению с моим. Но этого я озвучивать не буду, конечно. Молча обошел лекаря и с облегчением зашагал в сторону выхода. Парень, недоуменно застывший на месте, замялся, но потом крикнул вслед:

— Красивый бой, кстати! Поздравляю!

— Молодец. — Авиндаль встретил меня в уже знакомой комнатке под ареной и усмехнулся, протянув туго набитый кошель. — Твои деньги со ставки. На следующие бои не придется занимать.

Я кивнул и подвязал кошель к поясу. Пересчитывать не стал. Во-первых, и так верю — ланисту я успел узнать достаточно хорошо. Во-вторых — зачем обижать человека такой мелочностью?

— Тебя подлечили? Пойдешь смотреть на следующие бои? Сегодня должно пройти еще шесть, следующий вот-вот начнется. — Авиндаль задумчиво щелкнул пальцем по моей дырявой кирасе, которую я прихватил с собой. — А еще я бы на твоем месте в следующий раз выбрал что-то попрочнее. Кожа очень редко бывает хорошим вариантом, но это лучше понять на собственном примере.

— Кто-то из наших сегодня еще будет? — Я поморщился от замечания, но кивнул, соглашаясь. Кирасу, так же как и оружие, выдавали организаторы, так что хотя бы не придется тратить деньги и заморачиваться с починкой — достаточно оставить здесь и слуги ее унесут.

— Нет, ты один такой везунчик. Следующим из Псов будет Курт, и только через пару дней. Двадцать шестой номер.

Я отстегнул ножны с мечом и оставил рядом с кирасой на скамье. Отряхнул, как мог, засохшую кровь, засыпав пол багровыми чешуйками, и быстро переоделся в церемониальную одежду, в которой мы выходили на жеребьевку. Кивнул тренеру:

— Пошли. Стоит глянуть на возможных соперников.

Мы едва успели в ложу к началу следующего боя. Почти все мои коллеги уже сидели здесь и смотрели на меня… с опаской? Странно, неужели они не поняли разницы в наших силах за предыдущий месяц? И только сейчас до них начало доходить? Я лишь усмехнулся и сел в стороне, подальше от основной массы людей. Авиндаль демонстративно сел рядом со мной и начал объяснять, кто сейчас стоит на арене и что о них известно. Я краем уха слушал его, кивал, и разглядывал бойцов.

Несмотря на то, что поединок уже начался — никто из них не спешил сближаться или осыпать противника заклинаниями. Один спокойно воткнул в песок полутораручный меч-бастард, и стоял, слегка придерживая рукоять. Второй, с двумя кинжалами в руках, нервно расхаживал перед противником, то ли пытаясь его загипнотизировать своими мерными движениями, то ли набираясь смелости для атаки. Трибуны свистели, орали, кто-то попытался кинуть в гладиаторов огрызком яблока — и он растворился в практически прозрачной магической пелене между ареной и трибунами. Я усмехнулся. Теперь понятно, почему большинство первых рядов было так спокойно, когда я смотрел на них снизу, с арены. Я в тот момент как раз думал — почему никто из зрителей не нервничает, что в них может попасть случайное заклинание в результате промаха или рикошета? А тут попросту стояла невидимая защита, причем с обеих сторон. Даже гнилым помидором по макушке не получишь в случае позора.

На арене, тем временем, парень с кинжалами, наконец двинулся в атаку. Не особо удачно: гладиатор с бастардом широкими взмахами меча отгонял противника, как надоедливую муху. Кинжальщик крутился, как мог, пытаясь сблизиться и не попасть под удар — но ничего не выходило. Скастовал пару заклинаний — видимо, придерживая их под конец, как козырь — но и это не помогло. От вялого огненного шара мечник попросту увернулся, а несколько красных стрел, одновременно устремившихся к нему с разных сторон — умудрился отбить, буквально размазавшись в воздухе сверкающим силуэтом. Что-то вроде моего ускорения, похоже… Я задумчиво закусил губу и, перестав наблюдать за тем, как мечник лениво гоняет соперника по арене, пользуясь своим тотальным преимуществом, повернулся к Авиндалю:

— А как часто встречаются такие вот заклинания ускорения? Как у Таммаса, и у этого… — Я прищелкнул пальцами, вспоминая, как его представлял ланиста несколько минут назад. — … Игнаца?

— Я бы сказал, что большинство хороших воинов стараются заполучить себе хотя бы одно такое заклинание. Полезно. Да ты и сам посмотри. У меня — есть, у Таммаса и Игнаца — есть, у тебя — тоже… — Авиндаль насмешливо поднял руку, когда я открыл рот, чтобы возразить. — Не ври, что у тебя нет аналога. Я не слепой и видел, как ты пару раз его применял на тренировках. Это сложно отследить, если заклинание слабое и появилось лишь недавно. Но для опытного глаза — вполне возможно. Да и не увернулся бы ты от удара Таммаса, не будь у тебя ускорения.

— То есть здесь почти у каждого будет что-то подобное? — Хмуро уточнил я.

— Нет, почему же. На турнир попали далеко не только хорошие воины. А из хороших — существенная часть специализируется на дальнем бое. Системные маги, лучники, арбалетчики. Остается лишь несколько десятков бойцов ближнего боя, у которых, скорее всего, будут такие заклинания. И рунные маги, конечно. Эти могут создать вообще любое заклинание с нуля, было бы время на подготовку и достаточно маны. К счастью, таких на этом турнире всего трое. И один из них недоучка, вылетевший из Академии — его можно не брать в расчет.

В тяжелом молчании мы наблюдали, как Игнац, которому, наконец, надоело играться, еще раз резко ускорился, догнал противника и оглушил его мощным ударом в висок. После чего с легкой улыбочкой направился к выходу, не обращая внимания на свист трибун.

— Запомни его. — Задумчиво произнес Авиндаль. — Он явно пройдет в первую десятку. Если не напорется на одного из фаворитов.

Глава 11

— Плохо. — Авиндаль бросил меч и перехватил за запястье мою руку, «провалившуюся» после удара. Резкий нырок, полуоборот — и деревянная дага в его левой руке вонзилась мне в подмышку, обозначая поражение. — Обучаешься ты быстро, спору нет. Сказал бы мне кто, что за полтора месяца можно так сильно вырасти — ни в жизнь бы не поверил. Но. Пока что на победителя турнира ты не тянешь. Разве что если очень сильно повезет…

Я уселся прямо на песок, кривясь и растирая онемевшую после удара конечность. Даже деревянный клинок в руках ланисты бил с такой силой, что, уверен, не будь у меня каменной кожи — приходилось бы лечить настоящие раны. А восстановление было в откате после того, как минут пять назад он едва не сломал мне ногу. Приходилось терпеть и ждать. И слушать, как он продолжает меня распекать. С другой стороны — он впервые начал всерьез говорить, что у меня есть, пусть и мизерные, но шансы на выигрыш. До этого он рассчитывал максимум на полуфинал, и большего от меня не требовал. Но сейчас шел уже четвертый день турнира. Каждый вечер мы ходили, внимательно смотрели на поединки и на следующий день по косточкам разбирали всех моих потенциальных противников. И сейчас мы оба видели, что шансы у меня, действительно, были. Пока. Поскольку каждый вечер проводился лишь десяток боев — большинство гладиаторов мы пока не увидели. Но те полсотни, на которых успели насмотреться — внушали робкую надежду. Двое фаворитов умудрились напороться друг на друга в первом же раунде, и в итоге мощнейший боец Мантикор, один из трех рунных магов — вылетел из турнира, едва сумев выжить. Возможности победителя — старого, но еще крепкого воина, мастера двуручного меча по имени Альрик, мы разбирали до сих пор с особым тщанием. Нам сильно повезло, что против него бился именно маг, причем с широким разнообразием стихий — мы сумели неоднократно увидеть, к каким стихиям у Альрика имеется мощное сопротивление, а к каким — не особо. Ничего удивительного, что к наиболее популярным «боевым» школам его сопротивления оказались наиболее заметными: если я с ним столкнусь, то можно даже не пытаться бить огнем, холодом и молнией. Пока наиболее перспективным выглядел Свет — противник Альрика не успел его задействовать, но боевые заклинания этой школы были редкими, так что и сопротивление к нему прокачать было сложно. К сожалению, моя «Волна Света» пока была довольно куцей и на ультимативное оружие не тянула совсем. В нынешнем варианте Альрик выстоит даже без сопротивления. Но… десять боев в день, а потом еще несколько отборочных раундов — у меня есть еще минимум пара недель, прежде чем нас столкнет турнирная таблица. Пришлось внести поправки в магические тренировки — теперь я ходил в комнату с опостылевшим мне каменным столбом не три раза в день, а по откату «Волны». То есть каждые два часа.