Паладин развивает территорию. Том II (СИ) - "Greever" - Страница 96

Преклонив колено в центре зала, окружённая знатью, находилась герцогиня Лиония Дернс, жена Александра Шерманин и мать Виктора Балтес.

Император восседал на троне, как всегда, держа правой рукой свой меч, упёртый остриём в каменный пол. На фоне переливающегося голубоватым свечением трона мужчина выглядел ещё более внушающим, чем был на самом деле.

— Ваша светлость, я так понимаю, виконт Балтес является вашим сыном, не так ли? — раздался басистый голос Леорика, разнёсшийся по просторному залу, заполненному людьми.

В этот момент аристократы зашептались, а бывший муж Лионии заскрипел зубами, слыша этот вопрос. Когда жена развелась с ним, чтобы вернуться в своё герцогство, он ещё не знал о существовании Виктора, но потом пошли слухи, что жена изменяла ему, а впоследствии это подтвердилось данными, полученными от разведки.

Наблюдая прямо сейчас за своей бывшей женой, мужчина надеялся услышать опровержение, чтобы очистить своё имя от такого позора. Но женщина сказала не то, что он хотел слышать. От её слов его зубы лишь заскрипели ещё больше, а руки сжимались в кулаки.

— Ваше императорское величество, насколько мне известно, он является моим сыном, но не просите сообщить больше, потому что я не помню ничего из того, что происходило в Лантарисе, — ответила женщина и, подняв глаза, посмотрела на Леорика.

Такрит, как и все присутствующие, не поверил словам женщины. Так как это выглядело скорее как оправдание, но его это мало волновало, и, махнув рукой, он призвал её подняться с колена.

— Я хочу, чтобы вы отправились в это королевство и встретились с ним, а также попробовали привести его вместе с Верховным магом в столицу Империи. Герцогиня хотела ответить, но ей не дали сказать ни слова. Можете обещать ему всё, чего он пожелает. Империя не поскупится ни на ресурсы, ни на титулы. Я знаю, что самого мага не соблазнить такими вещами, но, насколько мне известно, он очень сильно опекает вашего сына и, думаю, последует за ним, куда бы тот ни пошёл.

Эти слова император произнёс не просто так. Он не знал точно, почему Свейн следует за Виктором, но боялся, что бывший муж Лионии решит каким-то образом навредить ему, что обернётся катастрофой для ослабшей империи.

Два легендарных рыцаря могут сдержать Верховного мага, но если с одним из них что-то случится, тогда империи останется лишь отпустить все королевства и объявить о прекращении существования.

Женщина, услышавшая это от императора, была удивлена не меньше, чем аристократы, присутствовавшие здесь. Когда тебя оберегает сильнейшее существо на континенте, чего тебе бояться?

Нет человека в этом мире, кто не хотел бы сблизиться с Верховным магом, но никому это не удавалось. Наоборот, чем больше люди пытались познакомиться с Тирандалем, тем больше тот сторонился людей, пока в конечном счёте не заперся в своей башне.

Лиония, поднявшись с колена, изучающе смотрела на императора, пытаясь понять, не шутит ли тот.

— Ваше императорское величество, вы уверены, что говорите о сыне Александра Шерманина? — спросила женщина, после чего добавила: — Насколько мне было известно, он долгое время не мог развиться в магии, хотя позже и ходили слухи о том, что он достиг золотого уровня.

Лиония полагала, что всё это лишь слухи, а также дорогие артефакты, использование которых могло внушить людям ложный уровень магии.

Леорик усмехнулся, услышав вопрос. Ему нравилось знать больше остальных, и прямо сейчас у него было больше информации, чем у всех присутствующих в зале.

— Уверяю вас, Ваша светлость. Он уже на уровне бриллиантового рыцаря, и то, что происходит в его владениях, разносится по всему континенту. Все его изобретения, а также свершения очень интересуют империю, так что я надеюсь, мы сможем предложить ему что-то, что вернёт его домой, в империю, — ответил император.

Аристократы не могли успокоиться. Всё, что они слышали, — это какие-то непонятные слухи и мешанина данных, полученных от разведки, где невозможно было понять, что есть правда, а что вымысел. Но раз это говорит император, ни у кого не возникало сомнений, что они сильно заблуждались в том, что им было известно.

На самом деле герцогине было всё равно, какой уровень у сына, потому что она желала ему лишь безопасности. В её понимании в этом мире лучше быть либо совсем бездарным в магии, либо гением. Находясь на уровне всех остальных, наживёшь себе множество врагов, тогда как слабого не будут воспринимать всерьёз, и можно отсиживаться в стороне, пока сильные дерутся между собой.

Услышав, что её сын уже в раннем возрасте превзошёл даже деда Лионии, который стал легендарным рыцарем в сто двадцать лет, а бриллиантовым лишь на тридцать втором году жизни, женщина понимала, что её сын не будет отсиживаться в стороне. К тому же заинтересованность в нём империи не придавало оптимизма насчёт будущего Виктора.

— Я исполню вашу волю, Ваше императорское величество, — ответила женщина и слегка поклонилась Леорику, который благосклонно улыбнулся ей в ответ.

Пусть она и не хотела этого, но только что прошло разбирательство по поводу убийства ею небесного рыцаря, и она не могла перечить сразу после того, как оно закончилось.

«Может, ему действительно пора занять своё место в империи, а в будущем занять трон императора?». Подумала женщина, развернувшись спиной к Леорику, направляясь к выходу.

* * *

Наверно, среди всех мест на континенте, где знали меньше всего о повышении верховного мага, был Балтес. Новости из особняка заблокировали «мертвецы», а люди просто боялись обсуждать произошедшее неделю назад.

Они жили по принципу «до бога высоко, до царя далеко». Легко обсуждать что-то, произошедшее за тысячи километров от тебя, но когда это происходит с твоим лордом, лучше не искать неприятностей на свою голову.

В таверне «Бойкий козёл», где, как всегда, собрались шумные посетители после работы, за одним из столиков сидели два рыцаря, которые ещё совсем недавно сражались друг с другом.

Алиман и Морис, которые так и не смогли завершить свой показательный бой на турнире, так как в него вмешался Киран, сидели со скучающими лицами, поглощая вино из стеклянных кружек. Они почти не разговаривали за тот час, что провели здесь.

Наконец, Алиман заговорил первым.

— Как тебе живётся в Балтес? — спросил рыцарь.

Морис и хотел бы ответить, что всем доволен, но после того, как он попал на службу к виконту, ему стало ясно, что вся его гениальность, которой он так кичился, в этом месте не стоила ничего.

Самый простой солдат порой был гораздо сильнее его и даже при более низком уровне легко противостоял ему.

— Всё не так, как я думал, и боюсь, чтобы проявить себя, придётся приложить немало усилий, — ответил молодой рыцарь.

Алиман, надеявшийся на ответную благодарность за то, что поддался, теперь понимал, что с этого парня нечего взять. На самом деле, он уже сожалел, что поддался, потому что, пожив в этом месте, понял, что мог и сам попасть в состав рыцарей виконтства, и ему не пришлось бы слишком полагаться на такие некрасивые вещи, что он сделал ради услуги от Мориса.

Просто за почти сорок лет жизни Алиман провёл половину в сражениях за короля и разную знать как наёмник, но так и не получил признания ни от кого.

Походы по подземельям также не принесли ему ожидаемой выгоды и славы.

Именно поэтому рыцарь опустил руки и решил, что сможет хоть так выжить и прокормиться себя, ведь кроме, как сражаться, он больше ничего не умеет.