Хозяйка волшебного дома. Книга 1 (СИ) - Риш Мартиша - Страница 82

Кустами, задами садов, канавами и неудобьями добрался до леса. При моем появлении всегда бесстрастный берсерк упал назад себя и начал ползти.

- Лесной черт! Сгинь?

- Это я, Лео. Все, как ты просил! Коза с крепким выменем. Аж четыре соска! Еле донес, с подружками не хотела расстаться!

- Чем тебя по голове били? Великие боги, какой идиот! Нет, похоже, это с рождения, - ловко поднялся берсерк и обошел меня по дуге, - Ты нормальную украсть не мог? Которая своими ногами ходит? И вправду четыре соска! Ты хоть догадываешься, что с молоком только два из них? Отцепи ее от себя! Шкаф купил?

- Лучший! Самый большой.

- Уже хорошо.

- Правда...

- Что ещё?

- В лавке не оказалось мага, но я узнал об этом после покупки, - сказал я, чуствуя себя с каждой секундой все большим идиотом, - Вдвоем мы его можем не донести, а забрать нужно до полуночи.

- Ыыы!

- Зато я купил пару рожков. Их можно крепить под рубашку. Чтоб младенчик не догадался о подлоге.

- Этим ты и займёшься! – вскипел берсерк.

- Тогда ты подоишь козу. Просто я не умею.

- Что ты вообще умеешь? – я предпочел не отвечать на колкость.

- Ты похоронил ее мать? – подошел я ближе к младенцу.

- Его, нам достался мальчишка. Кстати, скажи мне, герцог, у женщины так же как у козы, каждый младенчик рождается в отдельной рубашке?

- Понятия не имею. Последние пару десятков поколений новорожденных детей в нашей семье приносили отцам чистыми и в пеленках.

- Я не это имею ввиду. Какой же дебил! Великие боги! Рубашек две, ребенок только один. Значит, второго забрали.

- Может быть, женщина приготовила одежду с запасом?

- Кретин. И, кстати, его мать была знатной эльфийкой. Я снял с нее все украшения, там стоит герб высокого рода.

- Мародерствовать? У тебя же есть честь!

- Это будет наследство младенца. Сними уже с себя козу! Я надеюсь, она хотя бы умеет стоять на ногах и будет давать молоко.

Эпилог

Саша

Гадюка Николаевна – грех так называть свою мать! Но с тех пор как в доме завелся так называемый отчим на правах таракана и не такое вертится на языке!

"Сынок! Ты должен уважать папочку!" - сгреб меня этот буйвол в охапку на собственной кухне и увел из-под носа целый тазик котлет! Моих любимых, между прочим. Мама сама фарш крутила.

Везде его вещи! По всем углам разбросаны носки, меня-то самого мать за это строжила ещё как! А майки? У нас почти один размер и одежду мать теперь своему Анатолию покупает почти такую же, как ношу я. Попробуй, угадай, чья переброшена через кресло.

Ни совести, ни порядка, на кухне все время висит сигаретный дым, якобы от соседей его притянуло. Ага, как же. Вот сейчас подкрадусь к двери, распахну и узнаю, кто в доме курит. Уверен, отчиму за это влетит.

Что? Это я маменьку застукал с сигареткой в пальцах?

Квадратные глаза, странное движение губ. Бульк! И нет сигареты, как будто мне показалось, только дымок вьется из накрашенных губ. Проглотила она ее, чти ли?

- Не стыдно? - гаркнул я.

- Сынок! Тебе показалось.

- Мама, надо думать о здоровье, о благе семьи!

- Поговори мне ещё тут, - со спины как всегда бесшумно ко мне подкрался отчим, - щен...сыночек! Лапочка наша! Марш с кухни, иди во двор погуляй, на турниках повиси. Я вот каждое утро в качалку хожу. Кстати, и вправду, а чем это пахнет. Галчонок? Я надеюсь ты курить не вздумала? Ты это, того! Побереглась бы.

- Это не я! Это все он! - ткнула в меня матушка наманикюренным коготком.

- Я?! Да я никогда!

- Сам травишься, матери нервы треплешь, так ещё дома дымить придумал? Выпорю как сидорову козу. Да, Галочка?

- Мальчики, не смейте меня огорчать! Сын, ты со следующей недели идёшь вместе с Толиком в зал. А ты, моя лапочка, иди лучше, готовься к экзаменам! Этой осенью тебя примут в институт. Я уже обо всем договорилась.

- Но! - взвыли мы оба.

- Цыц! Попытка сопротивления равняется вечному отлучению от холодильника и домашних котлеток!

- Мам, мне и так ничего не достанется. Толя все сжирает один.

- Во-первых, не Толя, а Анатолий, надо уважительно говорить об отце. Во-вторых, тебе нужно худеть. Отчим заботится о твоей физической форме.

- Да чтоб вам всем!

- Поговори мне ещё! Мать он будет нервировать! Котлет пожалел! Сколько их было в том тазу? Литров десять, не больше, считай, на один перекус для главы семейства, да, кошечка?

- Мальчики! - прикрикнул мать, все ещё пуская изо рта струйки дыма, - интересно как ей это удается? - схватилась за полотенце. Толика ветром сдуло с кухни вместе с дверным полотном.

- Ушибся же! Лапочка! Дай подую!

- То есть я больше не лапочка?

- Ты слон! Дай матери спокойно пожить! Я же вам с Настей ничем не мешала.

- Если бы ты не мешала, мы бы и не развелись. Кто...

- У тебя всегда во всем виновата мать. Ох! Довел! Сердце! Давление! Голова вот-вот лопнет! Я слышу сверчков третьим глазом! - притворно вскрикнула мать, плюхнула орудие мести – кухонное полотенце – себе на лоб и принялась украдкой из-под него подглядывать. Величайшая актриса всех времён и убогих народов. Даже я уже в эти сцены не верю. Но Толик! Толик резвым вепрем проскакал из коридора обратно на кухню, снёс плечом холодильник, засуетился.

- Убью! Довел мою кралю! - бросился он к моей матери.

- Ну вот, опять новый холодильник покупать, - вздохнула она, - Толя, меня может спасти только пакетик конфет и ведёрко моего любимого мороженого с шоколадной крошкой и марципанами. Мне всегда от этого становится лучше. Но ты же не пойдешь в магазин через два квартала прямо сейчас, посреди ночи? Нет?

- Это я мигом!

- И шашлык прихвати заодно. Диетический. Из вырезки. И чтоб сало нанизали потоньше.

- Мама, тебе вредно.

- Не смей расстраивать мать!

- Ты бы о своей матери так заботился, Анатолий!

- Мою словом не прибьешь! Она баба закаленная, с Вологды, всю жизнь в колонии отпахала. Кстати, мамочка моя пожалует на следующей недельке, чтоб все как у людей. Познакомитесь, свадебку забацаем. Отец-то ещё сидит. А так хоть с мамкой моей подружишься, краля! Ты рада?

Мать побледнела, уже натурально схватилась за сердце, - Я даже чуть за нее испугался, - подскочила со стула, ловким движением поставила холодильник на место, выгребла из шкафа огромную кастрюлю, так же ловко водрузила ее на плиту. Зачем-то побросала в нее все полотенца, высыпала полную пачку соды, долила сверху банку моющего средства и выкрутила газ на полную.

- Галочка, ты не рада? Вы поладите. Моя матушка тебя лишь чуточку старше. Ещё подружками станете. Вместе уж мы этого оболтуса воспитать сможем. Втроем-то! Вмиг забудет все свое ювелирное дело. Я его потренирую и к себе в бригаду возьму.

- Мама, кого из нас ты собралась отравить?

- Кипятить белье к приезду свекрови – это не анахренизм, не пережиток старины, это больше! Обряд! Ритуал! Условный рефлекс! У меня опять будет свекровь? Сын! Беги стирать ковер добела!

- Он цветной.

- Поверь, сегодня, это совершенно не важно. Ковер обязан сверкать белизной. У меня опять будет свекровь! Это же ужас.

От греха подальше я бросился в прихожую, наскоро переоделся в чьи-то ботинки. Может быть, мои, а может, Толика. Так просто не разберёшь. Накинул куртку и выбежал во двор.

Спасаться! Мама – взрослый человек, пусть сама о себе позаботится. Отчима в дом точно не я привел, вообще не понятно, откуда он взялся. Нет, только бежать и остаётся.

Набрал номер Насти, может, она приютит? У друзей я уже у всех пожил в порядке очереди, в гостиницу идти дорого и потом, там меня мама точно найдет.

- Але, Настен?

- Это Далет! Хозяйка вышла за грань Иномирья.

- Что?! - взвыл я и набрал номер ещё раз. Теперь в трубке было молчание.

- Да чтоб вам всем в преисподнюю провалиться! Где Настя? Я ее бывший муж.

- Анестейша исчезла за дверью. На меня не действует твоя ворожба, мертвый колдун.