Горячо (СИ) - Сакру Ана - Страница 9

- Смотрю - искать тут кого-то по кабинетам - прямо твоё призвание. То меня, то Нэллу...- выгибает тёмную бровь Тимур.

Пожимаю плечами , закусив губу. Руки застывают на его бёдрах у самого паха. Вижу по выпуклой ширинке, что он до сих пор возбуждён. От этого факта по оголенным участкам кожи бегут знобящие мурашки.

- Так мне её позвать? - поднимаю на мужчину незамутнённый взгляд.

Он в ответ едва заметно криво улыбается и вдруг жёстко и больно сдавливает двумя пальцами мой подбородок. Коротко стону. Керефов рывком подтягивает меня к себе так близко, что наши носы соприкасаются, а кожу лица щекочет его горячее терпкое дыхание с нотками табака, пряностей и алкоголя.

- Девочка, ты понимаешь, что с тобой тут может быть? Понимаешь? - он говорит хриплым шёпотом, сверля меня чёрными глазами, - Тебя ведь просто убьют...Возможно сначала изнасилуют, и только потом убьют...Как тебе? Хочешь?

- Н-нет...Пожалуйста...- едва шевелю вмиг занемевшими губами, чувствуя, как грубоватые мужские пальцы вдавливают щеки мне в зубы.

- Нет? Тогда просто скажи мне тихонечко, кто такая и кто послал, и, возможно, я смогу тебе помочь. Возможно...Но если будешь дальше нести эту чушь - шансов точно нет.

- Отпустите меня пожалуйста....- на моих глазах стремительно набухают слёзы.

- Я не могу, - шепчет мужчина, приближая губы к моему уху, - Слишком важные два дня. Чтобы ты всё испортила? Нет. Просто скажи...

Часто, рвано дышу. Мысли мечутся в голове. Он блефует, какая помощь? Он же меня первый и прибьёт. Боже...

Слёзы начинают течь по щекам, мокрой солью разъедают мои приоткрытые губы. Керефов отстраняется и смотрит на меня в упор своими чёрными, будто ничего не выражающими глазами.

- Это не поможет, - только и говорит ровно, - Арина, ты знала, что, если у обычного мужчины агрессия падает процентов на восемьдесят при виде женских слёз, то у садистов она во столько же возрастает?

- Вы садист? - всхлипываю, слишком остро ощущая его пальцы, продолжающие больно сжимать мой подбородок.

- Нет, но думаю, их здесь достаточно.

- Я...я...Тимур Тигранович, я просто эскортница...шлюха...Правда! Я...я не понимаю, что вы хотите от меня! Не понимаю эту игру...Давайте, я Нэллу позову, давайте?!

- Хватит! - зло рыкает на меня, раздражаясь, - Ты...

И тут у него звонит телефон. Керефов обрывает себя на полуслове, лезет в карман за трубкой, наконец отпуская меня. Плюхаюсь попой прямо на мягкий ковёр, потирая ноющую челюсть. Размазываю слёзы по лицу, руки в треморе дрожат. Я вся дрожу.

Боже, помоги...Просто помоги мне выбраться из всего этого! Живой...

- Да, - Керефов сжимает пальцами переносицу, пока слушает, что ему говорят. Задумчиво наклоняет голову, мажет по мне тяжёлым взглядом исподлобья, - Да, хорошо, сейчас спущусь...Да...Да, я понял.

Сбрасывает вызов, убирает телефон.

- Мне нужно идти, - сообщает, снова смотря в упор и уперев локти в колени.

- Х-хорошо...

- Ты останешься здесь.

Обнимаю себя за плечи, сидя перед ним на полу.

- Надолго?

- Либо пока не скажешь, кто ты такая, чтобы я понял, что с тобой сделать. Либо на весь выезд - на два дня. Если ты у нас шлюха, то не переживай, всё оплачу, - сцепляет руки в замок, подаваясь ко мне корпусом.

- На два? Я не мо...- и замолкаю, прикусывая губу. Если я утром завтра не выйду на связь, оператор поднимет тревогу и тогда...Быстро опускаю голову, опасаясь, что у меня глаза радостно блеснули. Откашливаюсь, прочищая горло, - Х-хорошо.

Снова поднимаю на Керефова глаза. Встречаемся взглядами. Его такой въедливый, что у меня внутри всё обмирает. Даже вздохнуть не могу. И почему-то вкус его члена фантомным будоражащим воспоминанием разливается на языке, вызывая слюноотделение. Секунда, две...

И мужчина разрывает наш зрительный контакт, резко вставая с кресла. Распахнув дверь номера, подзывает ближайшего охранника в коридоре. Я так и сижу на полу.

- Да, Тимур Тигранович, - появляется какой-то мужик в дверном проёме.

- Мы с девочкой поиграть хотим,- говорит Керефов, бросая нетерпеливый взгляд на часы на своём запястье, - Есть у вас наручники, верёвки, пробки, кляпы, плётки, в эту сторону...Только чтобы всё крепкое, не для детей.

Что?! От шока я глохну на пару секунд, пропуская ответ охранника. Внизу живота будто кусок льда взрывается, промораживая меня насквозь. Мой расфокусированный взгляд скользит по комнате в попытке за что-то спасительное зацепиться, и вязнет в чёрных глазах Керефова, стоящего напротив.

- Раз с остальным, говоришь, порядок, то вернусь и проверим, да, Арин?

13. Марина

13. Марина

- Мхм, - тоненько сиплю в ответ, смотря на мужчину во все глаза.

Губы Керефова трогает едва заметная кривая ухмылка, и мне она чудится по-настоящему дьявольской.

Весь его вид навевает подобные ассоциации - смуглый, высокий, такой серьёзный в классических рубашке и брюках, с хищным мерцающим взглядом на красивом, будто вырубленном скульптором лице, подсвеченный тусклым красноватым светом включённых настенных ламп. У меня поджилки слабовольно трясутся, пока рассматриваю...

Не думаю, что наша разница в возрасте превышает десятилетие, но чувствую себя перед ним неразумной беспомощной девчонкой. И это давящее непривычное ощущение связано скорее не с реальными цифрами, а с полной невозможностью Керефову хоть что-то противопоставить.

Мужчина снова кидает быстрый взгляд на наручные часы и недовольно поджимает губы.

- Советую пока сходить в туалет, - предлагает мне таким будничным тоном, будто сообщает какое сегодня число.

- Зачем? - мямлю, обмирая.

- Потому что потом возможности не будет часа три, - прячет руки в карманы брюк и чуть склоняет голову, без стеснения меня разглядывая.

- П - почему? - бледнею. Богатое воображение тут же подбрасывает возможные варианты, и все они...ужасны!

И, судя по тому, как ярко вспыхивают в ответ чёрные глаза Тимура Тиграновича, все эти варианты буквально написаны у меня на лице.

- Фантазёрка, - фыркает снисходительно, - Наконец! Спасибо, - это уже охраннику, появившемуся в приоткрытом дверном проёме с большой атласной бордовой коробкой.

Керефов забирает коробку у него из рук и ногой захлопывает дверь, отрезая нас от остального мира.

Сглатываю застрявший в горле колючий ком, думая, что я близка к обмороку как никогда и даже ничего не имею против в него свалиться. Нервная дрожь давно перешла в изматывающий постоянный озноб, от которого подташнивает и слегка кружится голова.

Словно в страшном сне смотрю, как Керефов опускает атласную коробку на огромную двуспальную кровать, небрежно откидывает в сторону крышку и с нетерпеливым видом ищет что-то внутри, копаясь в содержимом и шурша на всю спальню .

Жадно ловлю его мимику в этот момент - он то хмурится, то слегка удивлённо выгибает бровь, а в какой-то момент и вовсе открывает глаза шире и достаёт из коробки огромную чёрную резиновую руку с пальцами, собранными в горсть.

- Хм-м-м-м...- тянет Тимур выразительно, вертя это жуткое орудие пыток перед своим носом, а затем переводя на меня задумчиво- изучающий взгляд.

Словно примеряется.

Мамочки....

Вдоль позвоночника скатывается капелька холодного пота...

- Точно в туалет не хочешь? - повторяет Тимур Тигранович вкрадчиво, вальяжно раскачивая чёрный резиновый кулак в своей руке.

- Н-нет, спасибо, - отзываюсь ломким полушепотом, зачарованно пялясь на мерзкое изделие.

- Плохо, - и Керефов бросает резиновый кулак обратно в коробку и достаёт вместо него стальные наручники. Вполне себе натуральные, без опушек и прочих милых мелочей, намекающих, что это всего лишь атрибут.

Не могу сдержать при этом шумный вздох облегчения. Они хотя бы применяются снаружи, а не внутри. Подумаешь...

Мужчина тем временем тяжело вздыхает, сверля меня задумчивым взглядом, и раздражённо трёт лоб, что-то для себя решив.