Лицеист (СИ) - Горъ Василий - Страница 77

После этих слов она подняла вверх правое предплечье, сформировала вокруг него фрагмент каменного панциря огня

и медленно опустила его мне на грудь.

Я потерял дар речи, ибо защита продолжала висеть, а я чувствовал кожей не твердость Земли и жар Огня, а тепло ладони!!!

Наоки дала мне время оклематься, выслушала вопрос «Как⁈» и гордо задрала носик:

— Как-то шла с тобой под руку по аллее между корпусами, формируя и сбрасывая фрагмент «защиты двух стихий» на внутренней стороне бедра, и параллельно обдумывала решение стать твоим личным Архимагом. В какой-то момент заметила Дашкова и его свиту, от нечего делать представила, что стала бы делать в случае внезапной атаки, будучи тем самым Архимагом, и вдруг сообразила, что в момент активации даже самого обычного каменного панциря сбила бы часть твоей защиты или нанесла серьезнейшую травму. Вот и занялась экспериментами. Благо, висела на твоей руке каждую перемену. И, как видишь, первостихии покорились!

— Умничка! — восхитился я, провел левой рукой по тыльной стороне ее ладони, еще раз убедился в том, что защита японки на меня действительно не реагирует, и спросил, научилась ли этому «трюку» Эиру.

— Ага. Всего за четыре перемены! — весело ответила девушка, шлепнула себя по лбу, посерьезнела, влезла в комм и переслала мне какой-то файл: — Прости, забыла сказать самое главное: Лют, вчера ночью мы с Эиру пришли к выводу, что нас категорически не устраивает нынешний статус — ни одна из уже данных клятв не помешает Волконским, Сумэраги и Этэ-Инти в случае чего вернуть нас в прежние рода или выдать замуж в нужный, а потом отдать менталисту и «выдоить досуха». Поэтому мы доработали стандартную клятву Служения и просим ее принять. Прочти, пожалуйста!

Прочел. Четыре раза подряд, ибо некоторые формулировки завязывали мозги морским узлом. А после того, как разобрался во всех тонкостях, прогнал текст через логический анализатор, почти не удивился, когда тот не обнаружил ни одной уязвимости, и задумчиво уставился на Наоки:

— Де-юре она делает вас абсолютно бесполезными для кого-либо, кроме меня…

— Ну да: раз ты делишься знаниями в обмен на абсолютную преданность, значит, брачные клятвы — побоку.

— … подводить к вам баюнов бессмысленно…

— Верно: мы можем отвечать взаимностью только Волконским-Шаховым и только с твоего личного разрешения.

— … а для того, чтобы сообразить, как вас можно избавить от этой кабалы, надо считать мою память и, до кучи, как-то убедить в целесообразности этого решения Светлану Романовну, Раису Александровну и Янку…

— Ага! А их на мякине не проведешь. Кстати, это не кабала, а защита. Для всего того, что ты в нас вложишь. А она реально нужна. Ибо даже за то, чему ты нас УЖЕ научил, глава любого государства планеты зальет кровью всю Российскую Империю.

Я согласно кивнул, потер переносицу и задал последний вопрос:

— А почему только ты и Эиру?

Японка пожала «верхним» плечом:

— По нашим ощущениям, Лиджуан рано или поздно ляжет под Дауда. Во всех смыслах этого слова и с твоего ведома, так что привязывать ее к тебе нет смысла. Мин Сим еще ребенок и не готова к настолько серьезным решениям. А забирать из команды твою младшую сестру рискнет разве что самоубийца…

Если порадовал, то почему бы не порадовать автора сердечками?))

Глава 18

Часть 1

7 апреля 850 г. от ОВД.

…Анализировать беседу, благодаря которой я, недавний простолюдин, обзавелся двумя Слугами Императорских кровей, надоело еще до тренировки. Тем не менее, отдельные фразы, взгляды и жесты Наоки всплывали в памяти даже во время спаррингов. Поэтому, ввалившись в душ, я легонько подколол Дауда, все еще наслаждавшегося приятным послевкусием от безумной ночки с Разиной, а после того, как в помещение пошел чуть припозднившийся Ларс, переключился на него. В смысле, поинтересовался впечатлениями от общения со Ждановой.

Швед, начавший привыкать к нашей прямоте, чуть порозовел, но сказал правду:

— Она настолько отличается от девушек из моего прежнего окружения, что это сводит с ума. Поэтому мои суждения вряд ли будут объективными.

— То есть, ухаживать продолжаешь… — подал голос Аль Сауд.

— Конечно! — пылко воскликнул Эрикссон. — Она настоящая. Такая же, как вы, ваши подруги и Слуги. Правда, почему-то считает, что выход из рода сделал ее никому не интересной, но это поправимо. В общем, мы обменялись айдишками и договорились списываться при любой возможности.

— Отлично… — удовлетворенно кивнул я, представил себя на его месте и не удержался от легкой подначки: — Только особо не забалтывайтесь. Хотя бы по ночам: у курсантов военных академий чертовски напряженный распорядок дня, а личного целителя у Вики нет…

Приблизительно в том же самом стиле отвлекался и потом. Одеваясь у себя в гардеробной, беззлобно подшучивал над любительницей салютов, а по дороге в трапезную «поиздевался» над Ждановой и Чеботаревой, продрыхших почти два часа, поднятых «злобной» Янкой и отказывавшихся просыпаться. А чуть позже, оказавшись за накрытым столом, наткнулся взглядом на нереально счастливую Наоки и… почему-то вспомнил ее методику тренировки защиты двух стихий.

Да, почти сразу «сдался» Вале и с ее помощью «уронил» гормональный фон в ноль, но словосочетание «внутренняя поверхность бедра» продолжало будоражить воображение — я представлял вполне конкретные, в самых разных ракурсах и, в основном, без защиты. Когда доел рисовую кашу с изюмом и потянулся за пирожком с яблоком, наткнулся на смеющийся взгляд японочки, прислушивавшейся к монологу Янки, и залюбовался фантастически красивой улыбкой.

А через миг не на шутку разошедшаяся фантазия вдруг «показала» разведенные бедра и каменный панцирь огня вместо трусиков.

«Это белье на меня не отреагирует…» — гордо подумал я и прозрел. Два раза подряд. В смысле, сначала допер, что тонкий слой защиты двух стихий не только можно, но и нужно таскать под одеждой на постоянной основе, а потом додумался поэкспериментировать с распределением плотности. Хотя нет, не так: сообразил, что формируемые нами фрагменты изначально противоречат одной из базовых аксиом теоретической магии, а значит, эта аксиома — пустое сотрясение воздуха, «закрыл» покровом молний правое бедро и влил в него предельный объем Силы, удерживаемый заклинанием на моем нынешнем ранге. А когда убедился, что это получилось, не на шутку воодушевился и на кураже сотворил очередную неведомую хрень: защитил грудную клетку чем-то вроде жилета из обычного покрова и создал из него же сразу две области повышенной плотности — на фронтальной проекции сердца и печени!

Увы, на этом эксперименты пришлось временно прекратить, так как матушка, следившая за временем, прервала шуточную перепалку между Яной, Галей и Викой требованием закругляться. Зато, спешно доедая надкушенный пирожок, я додумался до «плавающих» областей повышенной плотности и до методики прокачки их смещения. В общем, в покои вернулся довольным до безобразия, затащил Незаменимую в гардеробную, врубил «глушилку», снял рубашку и добавил в жилет вторую первостихию, чтобы Молнии «оттенили» картинку:

— Валь, смотри внимательно…

Целительница врубилась в суть моей очередной наработки, как только область повышенной плотности «переползла» с проекции сердца на проекцию ядра, затем разделилась на две и прикрыла печень с селезенкой: закусила губу, сорвала блузку, метнулась к ростовому зеркалу и… повторила все показанное с первого раза! А через пару мгновений сдавленно прыснула, развернулась ко мне и рассмешила, несколько раз «приподняв» обе груди тончайшим ледяным щитом жизни и притворно застрадав: