Феномены Тени и зла в волшебных сказках - фон Франц Мария-Луиза - Страница 86

Материнская или дочерняя фигура, которая в фольклоре связана с Дьяволом, обычно ведет себя более дружелюбно по отношению к людям, чем сам Дьявол. Как правило, она исполняет роль посредницы. В таком случае дочь Дьявола покидает своего отца, отправляется в верхний мир, к людям, и становится королевой для следующего поколения. Это типичная сказка, компенсаторная для слишком строгих патриархальных порядков, сложившихся под влиянием христианской религии и царящих в верхнем мире. Отчасти фемининное начало вместе с Дьяволом подавляется и уходит в подземный мир. А Дьявол только и ждет случая, чтобы вырваться на поверхность и взять власть в свои руки. В шумеро-вавилонском «Эпосе о Гильгамеше» героя поддерживают в основном не фемининные фигуры, а бог солнца Шамаш и, в Запредельном, древний герой мифа о потопе Утнапиштим[179]. Фемининная богиня Иштар[180] является его величайшим врагом. Таким образом, вы видите, что эти констелляции изменяются с изменением культурного фона, к которому они относятся. В шумерском Вавилоне существовала цивилизация, при которой бессознательное имело тенденцию к усилению маскулинности и маскулинного начала. В нашей сказке герой преимущественно получает поддержку хтонического фемининного божества. Это следует понимать как специфическую европейскую проблему позднего христианства, когда превалировал маскулинный образ жизни и констеллировалась деструктивная маскулинная оппозиция. Эту привязку к светлой и темной маскулинной энергии можно преодолеть только благодаря неожиданному посредничеству фемининного начала, которое появляется в этих сказках.

Дочь Дьявола испытывает не только позитивное чувство к человечеству, она служит воплощением фемининного начала, par excellence[181] Эроса. Любовное начало ослабляет мертвую хватку маскулинного мира, и дочь Дьявола выполняет за королевского сына все его задачи. Интересно посмотреть на то, что на самом деле делает дочь Дьявола. Сначала Дьявол ставит перед королевским сыном гигантскую задачу, достойную подвига Геракла, с которой может справиться только сильный и энергичный мужчина — или же тот, кто обладает магической силой. Он бросает вызов силе королевского сына, и мы можем поблагодарить Бога, что тот не принимает вызова, ибо здесь физическая сила, скорее всего, не помогла бы. Дочь Дьявола тоже не использует свою физическую силу; она берет магический кнут своего отца. Следуя своему чувству, она обращает его силу (четыреххвостый магический кнут) против него самого и трижды добивается успеха. Однако она не может построить церковь в аду.

Первое и второе задание мы можем назвать опытом освоения природы — осушение озера и превращение его в луг и покос, рубка дремучего леса, превращение его в виноградник и сбор винограда для изготовления вина. Это очень глубокая по смыслу и ошеломляющая картина, ибо в наиболее примитивных обществах такие задачи, повышающие уровень цивилизации, решает герой. В данном случае эту деятельность осуществляет зло, ибо Дьявол придумывает эти задачи и хочет, чтобы они были решены.

В свете этой сказки не помогут ни размышления о том, кто вдохновляет подобную деятельность, ни воззвания защитников природы против ее безбожной технологической эксплуатации. Когда-то это была задача у истоков создания цивилизации, но теперь, когда мы переусердствовали, она стала решаться через автономную дьявольскую деструктивную бессознательную деятельность, через экстравертированную тревогу, которой не видно конца и которая продолжается, превышая всякую природную меру. В этой сказке дело заходит так далеко, что Дьявол хочет построить свою церковь в противовес Божьей. У Бога и Святой Троицы есть церкви на земле, поэтому Дьявол должен построить церковь в аду, — настоящую церковь с крестом. Но это не удается даже с помощью его чудодейственного кнута. В данном случае, опять же, через эту сверхъестественную задачу нам напоминают о некоторых тоталитарных движениях, которые лишили христианскую церковь ее идеалов и разных форм деятельности и организации, чтобы использовать все это в противоположных целях.

Гитлер всерьез изучал методы и особенности организации ордена иезуитов, чтобы использовать их при создании своей партии. Любое коммунистическое государство — это практически полное отражение католической церкви на стадии ее становления. Таким образом, сущая правда: Дьявол пытается построить христианскую церковь в аду для противодействия верхней церкви. Но дело в том, и почему я люблю эту сказку, его здание возводится не на прочном основании. Церковь разрушается, потому что ее строят из песка, который представляет собой массу крошечных частиц. Из человеческого материала ничего нельзя построить, если низвести людей до уровня массы частиц. Если умалить человека до размеров песчинки и захотеть построить нечто долговременное, ничего не удастся реализовать. Это самый важный инсайт, который можно получить из этой сказки.

Два беглеца убегают от преследующего их Дьявола; здесь снова встречается мотив трансформации-побега с присутствующим состязанием в магии, в котором трижды пара превращается в мандалу особой формы. Первая мандала близка к коллективному сознанию, ибо она представляет собой церковь вместе со священником, который отправляет в ней мессу. Она служит воплощением более традиционного способа, позволяющего сдерживать Дьявола в нашей цивилизации. Она действует в каких-то пределах, но ее воздействие не распространяется слишком далеко. Следующая картина уводит нас дальше в природу, и эта символика больше не связана с цивилизацией. Речь идет об ольхе и сидящей на ней золотой птице.

Ольха — это известное издавна магическое дерево, оберегающее от злых козней Дьявола. Крестьяне кладут ветви ольхи на поле и в хлев в качестве оберега от Дьявола; дьявольским является само дерево. Так что получается как бы противодействие волка великану: дьявольское дерево против Дьявола. Оно является дьявольским, потому что, как правило, растет в достаточно темных и увлажненных местах леса и в болотистой местности. Так как древесина ольхи бесполезна для человека, считается, что она связана с ведьмой и чертями. Свежесрубленная древесина ольхи сразу же краснеет; как говорят, это происходит потому, что ветвями ольхи Дьявол бил свою бабушку, то есть жену. Поэтому в фольклоре ольха иногда называется красной. С другой стороны, как всегда бывает с этим странным двойным аспектом оберегающих символов, ольховыми ветвями можно самому бить Дьявола. Он бил ими свою жену, поэтому вы можете ими бить его. Сама древесина является бесполезной — сродни всему, что является темным и дьявольским по своей природе. А потому, в силу близости к дьявольскому началу, она может спасти героя, который, превратившись в золотую птицу, поет: «Я ничего не боюсь».

Но даже в этом случае беглецы не могут спастись от Дьявола. Третий символ — рисовое поле с постоянно взлетающим и садящимся перепелом, щебечущим: «Бог с нами, Бог с нами». Рисовое поле — это опять природный символ, но на этот раз это символ плодородия. В многих странах рис — самый широко возделываемый злак и основной продукт питания. Даже в наше время на деревенских свадьбах молодоженов осыпают рисом. Это древняя народная традиция, которая служит гарантией, что у новобрачных будет много детей, а те, в свою очередь, раздают детям сладости и конфеты.

Таким образом, в данном случае плодородие Великой Матери не имеет отношения ни к Дьяволу, ни к христианскому Богу, а представляет собой собственно фемининную божественную реальность, и оно является спасительным фактором. На этом поле королевский сын, который всегда находится в опасности, превратившись в перепела, взлетает и садится, щебеча: «Бог с нами, Бог с нами». Немецкое слово Wachtel (перепел) этимологически связан со словом wachen — бодрствовать, быть начеку. Существует хорошо известное индогерманское суеверие, что перепел никогда не засыпает, оставаясь бодрствующим и постоянно возвещая о своем присутствии беспокойством и ночными криками, в особенности при наступлении новолуния. Если перепел часто кричит, урожай будет хорошим — и наоборот. Когда Тифон убил Геракла, тот вернулся к жизни, когда Иолай поднес ему к носу перепелку[182][183]. В данном случае такая способность — быть внутренне бдительным — имеет решающее значение. Чтобы избежать натиска зла, нужна непрестанная внутренняя бдительность и сосредоточенность. Даже если видеть свою Тень или Анимус и при этом утратить бдительность, эти фигуры сразу вызовут у человека душевную усталость или abaissement du niveau mental™6. В опасной ситуации этот момент действительно является ключевым.