Его искали, а он нашелся (СИ) - Kadavra Avada - Страница 189

Да и сами Очи, несмотря на жесткую вертикаль власти, были далеко не столь однородны, как можно посчитать. Поэтому, часто трудно понять, где начинается одно Веко и заканчивается другое, кому какой тренировочный лагерь для молодежи принадлежит, на кого записана конспиративная явка и из какого финансового фонда берутся денежки для найма и подкупа агентов влияния. Разобраться в отдельных вопросах не так уж и сложно, особенно если искать действительно старательно. Есть ведь предел полезности информации, за которым уже нет смысла тратить силы на сверхсекретность каких-то данных, если сами данные яйца выеденного не стоят.

Конечно же, именно из сотен плохозащищаемых элементов и врагами, и союзниками империи собирается какая-то картина событий, но тут ничего не поделаешь. В реалиях Алурея, полностью защитить столь массивную и крупную организацию от видящих или вполне материальных шпионов попросту нереально. Куда проще, выгоднее и дешевле защищать лишь действительно важные узлы, использовать перестраховки и вовремя сливать десятки разных дезинформаций, чтобы максимально усложнить жизнь коллегам. Абсолютно надежной защиты, как и абсолютного клинка ее пробивающего, создать так и не вышло, хотя попытки и не думают прекращаться.

Неприметное заведение на территории административного округа Вечного относилось именно к тем, которые не слишком-то и пытались сохранять в тайне. Да, охрана и барьеры надежны, пролезть внутрь довольно сложно, а праздношатающихся рядом и вовсе нету. Тем не менее, обладая запасом времени, тугим кошельком и некими связями, довольно легко разузнать парочку бесполезных для кого-то деталей, могущих оказаться весьма важными для других.

Это место - практически чистый санаторий, где отдыхали и восстанавливались всяческие государевы люди, которые так плотно завязаны в тайнах, что праздно шататься по городу им строго не рекомендовано. Не слишком влиятельные и не слишком сильные, ведь такие могли бы на "рекомендации" и наплевать, приказать охранять свою персону или получить навязанную силком охрану, но имеющие доступ к определенным местам, людям, знаниям или событиям, что заставили Очи потратить время на их защиту и охрану. В основном, местный контингент представлен был тремя группами людей.

Самая многочисленная группа - чиновники, писари и скрипторы, что работают с неупоминаемыми бумагами, отчего получить их головы желали бы многие. Головы, разумеется, с неповрежденным мозгом, оттиском тонких тел, а в идеале еще и с плененной душой. Нельзя сказать, что таких ребят было много, но все же проще завести десяток писарей на постоянной основе, чем регулярно искать новых взамен устраненных. То есть, и таких, бывает, устраняют, если тайны им известные станут совсем невыговариваемыми, но тоже редко. Для других тайн есть и другие скрипторы - посильнее, выше уровнем и с нужными умениями.

Второй по численности кастой отдыхающих были научники, исследователи и маги, что работали на империю. Вернее, не сами маги, а их ассистенты и помощники, причем не приближенные, а на уровне принеси-подай-запиши-испытай-уходи. Сами лучшие умы, как и свита этих умов, были теми личностями, которых куда подальше не запрячешь, а если запрячешь, то в клетку куда более комфортную. А вот таким аналогам лаборантов отдыхать приходилось именно здесь.

Последней группой были, как ни странно, всевозможные оценщики и антиквары, которые, вообще-то, приписаны к другим отделам и подотделам, но пристроили их сюда. Они, кстати, даже невыездными не считались, но хорошо отдохнуть за счет государства были не против. А тут почти люксовые номера и превосходные оздоровительные процедуры - кто от такого откажется?

Ложью будет утверждение, будто носители тайн и прочие приближенные были прямо-таки узниками, не смеющими шагу ступить за пределы своей клетки. Такие были, но их все равно оставалось намного меньше тех, кто действительно пользовался мощью имперской организации для хорошего времяпровождения. Да и среди тех, кому было запрещено пребывать вне охраняемого периметра без сопровождения, лишь единицы тяготились таким бытием. Они были достаточно верны и надежны, чтобы не держать их в тюрьме буквально, и достаточно полезны, чтобы обеспечивать им содержание получше. Так и настроя рабочего не потеряют, и сбежать не попробуют. Полезность и верность - без одного из этих двух пунктов не умеющего себя защитить ждали бы совсем другие условия, но сейчас ведь не о неудачниках речь, правда?

Младший сотрудник третьего ряда, библиотекарь тринадцатого уровня Олло Ло своим положением не тяготился. Как и любой обладатель схожего класса, он не смог бы стать, собственно, библиотекарем, если бы страсть к знаниям и книгам не затмевала бы прочих его желаний. Для него, не имеющего права покидать Вечную Библиотеку без надзора, а лучше вообще не имеющего права ее покидать, вынужденный отпуск был скорее наказанием, чем поощрением.

Увы, но последнюю неделю он буквально физически ощущал, как глухие каменные своды и коридоры помещений работы его мечты начали буквально давить на него, словно медленно оседающая гора, постепенно раздавливающая оказавшегося в ее недрах букашку. Игнорировать такие чувства было вредно и для здоровья, и для работы, а для того, чтобы преодолеть воздействие, он еще не вышел ни уровнем, ни характеристиками. Поднять бы выносливость, благо концентрация у него уже и так неплохая, но, увы, с его классом нужно восприятие, причем даже сильнее концентрации. А со столь хлипким телосложением, которое не поддерживается характеристиками, он вынужден был делать перерывы каждые три месяца. Три недели потраченного впустую времени! С его небольшим уровнем, этот выбившийся в люди сирота из государственного детского дома, поднимал свои уровни как на дрожжах. Вечная Библиотека, как можно догадаться без лишних мозговых усилий, идеальная тренировочная площадка для библиотекарей. Потому-то все они стремятся сюда попасть, потому-то и попадают лишь самые лучшие, самые талантливые и упорные.

Еще только вышедшего из детского дома мальчишку пятнадцати лет отроду и четвертого уровня сразу же взяли в оборот. В детском доме он показал себя с самых лучших сторон, имея к выпуску сразу несколько прокачанных до подмастерья профильных навыков. Большую часть детишек, ленивую и бесталанную, забирали в чернорабочие, в торговый флот юнгами или в армию рядовой пехотой. Империя считала своих воспитанников обязанными выплатить долг взрастившей их родине, так что хорошей жизнью похвастаться могли совсем немногие. Да и в самом учебном заведении эта жизнь была отнюдь не сахаром.

Показать отличные результаты при выпускной проверке Статуса - один из немногих шансов на нормальную жизнь. В ремесленные гильдии никто не возьмет безродных чужаков, когда есть свои сыновья, племянники или иные дальние родственники. А если возьмут, то на такие условия, что лучше уж чернорабочим, а то и рабом. Опыта для взятия уровней получить неоткуда, а за учебу падают только капельки, которые дальше второго-третьего не поднимут. Приходилось крутиться так, как только можно было.

Олло крутился. Читал все, что читалось, писал на кусочках пергамента, на стенах и деревянных досточках, запоминал и систематизировал любую информацию, тренировал память днями напролет. Четвертый уровень и сразу три навыка уровня подмастерья - достаточно, чтобы попасть в ученики к одному из библиотекарей. Не в Вечную, конечно же! Поначалу в самую обычную, одну из тех, что находятся в распоряжении стряпчего аппарата. Там и книг-то было совсем немного, а основу архива создавали всевозможные отчеты и бухгалтерия. Строго говоря, это был именно архив, а не библиотека, но для Олло и такое было подарком богов.

Уже к восемнадцати годам юный Ло взял рубеж десятого уровня, став полноценным библиотекарем, а его начальство, проявив несвойственное столь жестокому миру благородство и доброту, не стали удерживать полезный, но не имеющий влияния и покровителей, кадр силой, а похлопотали о его зачислении в штат Вечной Библиотеки. Конкурс туда был сумасшедшим, но Олло повезло. К счастью, среди высокопоставленных людей государевых или благородных аристократов не так уж много выбирают путь скриптора или библиотекаря. А те, что выбирают, работают потом на собственную семью, а не на Библиотеку. Все же это место, помимо огромных перспектив для профессионального и классового развития, накладывает и чудовищные ограничения, среди которых фактическое пребывание в положении заключенного, не могущего распоряжаться своей свободой, является далеко не самым страшным.