Вниз по темной реке - Одден Карен - Страница 72

Огляделся вокруг в поисках следов борьбы и обнаружил грязный след от мужского ботинка. За щепку в полу зацепился лоскут синей парчи. Вдали зазвонили колокола. «Апельсины и лимоны»…

Я выбрался наружу, стараясь ни до чего не дотрагиваться, чтобы не спугнуть мистера Прайса, и направился обратно на фабрику.

Интересно, работал ли Прайс в компании Бэкфордов? И когда именно: до того, как Элейн попала в их дом, или они с дочерью устроились на службу одновременно? Жуткое было бы совпадение… С другой стороны — возможно, Прайс просто использовал их лодки. В «Бэкфорд шиппинг» у меня знакомых не имелось, спросить не у кого. Но если Прайсу было известно об этом ангаре, то он, должно быть, трудился где-то неподалеку. Может, даже на шерстяной фабрике.

Вернув ключ бригадиру Вустера, я поинтересовался:

— Не припомните работника по имени Прайс? Ему лет сорок пять: сильный, темноволосый мужчина.

К моему удивлению, бригадир кивнул:

— Конечно. Бернард Прайс. Он здесь долго работал.

— А сейчас? — спросил я, затаив дыхание.

— Года два его не видел. Может, даже три. Человек был неплохой, прилично знал реку.

— Не знаете, где его можно найти?

— Захаживал когда-то в «Тетерев и гусак» на Брунсвик-стрит, — фыркнул бригадир.

— Благодарю вас.

Развернувшись, я направился к берегу, но бригадир меня окликнул:

— Вспомнил, у него еще была дочь. Хорошенькая девчонка!

— Точно, Элейн, — остановившись, подтвердил я.

— Да-да, она с матерью иногда приходила к нему, приносили перекусить. Наверняка она вам подскажет, где искать отца, если уж вам так приспичило.

Внутри у меня все перевернулось, но я просто поблагодарил мужчину и вышел за ворота.

Добравшись до Ярда, я первым делом распорядился установить слежку за лодочным ангаром, затем отправился в госпиталь.

Джеймс сообщил, что в состоянии Стайлза особых изменений не наблюдается. Пока дышу — надеюсь, выдал мне приятель одну из своих латинских пословиц. Воспользовавшись случаем, я попросил его осмотреть мое плечо, и Джеймс, похвалив Гарри за умелую перевязку, наложил четыре шва и сменил нашу самодельную перевязь.

Пора наведаться в «Тетерев и гусак».

Поход результата не принес: Прайса в таверне не видели давно.

Понимая, что уснуть не удастся, я решил погулять. Словно вновь окунулся в то время, когда служил в Ламбете. Патрулируешь район, поглядывая по сторонам, и порой обнаруживаешь человека, которого никак не мог найти.

Даже не могу сказать, сколько миль я прошел по южному берегу Темзы, заглядывая по пути в пабы и пансионы, но через какое-то время набил привычную мозоль на левой ноге. Случайно наткнулся на допоздна открытую аптеку, купил пластырь и, заклеив пятку, продолжил свой путь. Пробило двенадцать ночи, затем час, а я все шел, впитывая в себя убожество и дурные запахи района, минуя уличные фонари и кучи отбросов. Прайс вернется в лодочный ангар, и все же хотелось найти его, пока он не добрался до следующей жертвы. Как знать? Преступник может оказаться за следующим углом…

Колокола отзвонили два часа, улицы замерли в тишине, и я пошел домой.

Во сне я продолжал свой поход по ночному Лондону, хотя Прайса уже не искал. Извращенная логика ночных кошмаров упорно подсказывала: пока я иду, Стайлз не умрет.

Три следующих дня я посвятил лихорадочным поискам Прайса, каждое утро и каждый вечер находя время для визита в госпиталь. Навещал Стайлза, показывал Джеймсу свое плечо, которое быстро заживало. Гарри по вечерам приходил домой, и благодаря ему я нормально ужинал и даже высыпался. Джеймс ошибся насчет температуры Стайлза: пошел четвертый день, а она все не спадала.

Наконец наступил понедельник.

Прайс еще не закончил свое дело — в этом у меня сомнений не было.

Я отправил записку Белинде, воспользовавшись услугами разносчика хлеба, и получил лаконичный ответ.

Письмо было без подписи, но почерк Бел я знал. Аккуратно сложив записку, убрал ее в нагрудный карман — поближе к сердцу, словно, сохранив письмо, сохраню и жизнь любимой.

ГЛАВА 47

В понедельник вечером я занял наблюдательную позицию у дома Гриффитсов на Кэндалл-стрит. Можете назвать это поступком импульсивным, но Гриффитс был адвокатом Бэкфордов, возможно — сыграл самую важную роль в судебном заседании, и я не сомневался: Прайс обязательно захочет ему отомстить. Я осторожно навел справки о семействе и выяснил, что с Гриффитсом проживали его жена, дочь и сын. Домашнее хозяйство вели несколько слуг, в том числе две горничные.

Сержант из участка в Мейфэре, отправленный охранять дом, меня в лицо не знал, потому я не стал перед ним раскрываться. Затаившись в тени, понаблюдал за ним. Сержант занял пост на углу напротив дома, как поступил бы и я на его месте. Круг света от уличного фонаря позволял ему следить как за входом в дом, так и за улицей. Вахту полиция несла здесь уже несколько дней, и мне было очевидно: полисмен сомневается, что игра стоит свеч.

Тени обитателей дома мелькали за освещенными, тщательно зашторенными окнами. В восемь вечера из парадной двери появились миссис Гриффитс с дочерью, обе в вечерних платьях. Женщины подошли к подъехавшему кэбу, и мой пульс зачастил. Из укрытия было видно, что кэб около четверти часа стоял на углу, словно кого-то поджидая.

Я одним прыжком выскочил на улицу и закричал:

— Остановитесь! Не садитесь в этот кэб!

Миссис Гриффитс, обернувшись, в тревоге уставилась на меня.

— Что тут происходит?

— Вы вызывали этот кэб? — не дав ей опомниться, спросил я.

— Кэб? — Женщина глянула на меня, как на сумасшедшего. — Это наш экипаж.

— Семейный?

— А какой же еще? — бросила она.

Я глянул на кучера — молодого субтильного человека с бледным лицом и короткими светлыми волосами, ничем не напоминавшего Прайса.

— Послушайте, — нахмурившись, начал он, и я пробормотал:

— Не обращайте внимания. Это недоразумение, простите.

Запыхавшись, подскочил сержант и молча встал рядом.

Девушка испуганно ухватила мать за руку. Надо же, какая ирония: пытаясь защитить женщин, я лишь нагнал на них страха.

— Я — инспектор Скотланд-Ярда. Нам поступили сведения, что в этой части города жалуются на крайне невежливых кэбменов. Могу я поинтересоваться, куда вы направляетесь?

— К друзьям на ужин, — отрезала миссис Грифтфитс. — Еще раз повторяю: это наш семейный экипаж, не наемный.

— Вы их дождетесь и доставите обратно? — глянул я на кучера.

— Разумеется, — ответила за него женщина. — Мы всегда так делаем. Анна, залезай, если мы не хотим опоздать.

Миссис Гриффитс с дочерью забрались в экипаж, и тот загремел колесами по мостовой.

Сержант недовольно и несколько неуверенно посмотрел на меня.

— Извините, — устало сказал я. — Было предчувствие, что человек, которого мы выслеживаем, сегодня может появиться именно здесь.

— Я наблюдаю за домом с четырех часов, — нахмурился полисмен и указал в направлении удаляющегося экипажа. — Через парадный вход, кроме них, больше никто не выходил. Разве что слуги, но мне приказали следить за молодой леди.

— Все правильно.

Я положил руку ему на плечо, чтобы у сержанта не создалось впечатления, что ему не доверяют, и парень смягчился.

— Ну, кучер-то явно им вреда не причинит. Такой и мухи не обидит.

Кучер, частный экипаж… Вряд ли Прайсу удастся убедить женщин сесть в другой кэб после ужина. Впрочем…

До меня вдруг дошло, что секунду назад сказал сержант.

— Точно! — выпалил я. — Он попытается избавиться от кучера, просто сбросит его с коляски! Вот как он хочет добраться до девушки…

Сержант выпучил глаза.

— Кэб, срочно!

Я развернулся вокруг своей оси и бросился на ближайший перекресток.

— Один только что свернул за угол, движется в северном направлении! — крикнул мне вслед полисмен.