Простой советский спасатель 5 (СИ) - Буров Дмитрий - Страница 20

— Слушай, еще один тайник?

— Леша, может, здесь тоже тайник…

Одновременно начали мы, глянули друг на друга и рассмеялись: как говорится, у дураков мысли сходятся, но у умных, все-таки, чаще.

— Попробуем? — уточнил я, заранее зная ответ.

— Конечно! — воскликнула неугомонная искательница сокровищ.

И мы попробовали. Через полчаса не выдержали и сдались. Что мы только не предпринимали: стукали, жали, гладили, ковыряли, и снова стукали одновременно, жали в разных местах и долбили кулаками синхронно. Кирпичная кладка не шевельнулась даже на миллиметр.

— Все, к черту, — выругался я. — Только время теряем. Может, тут и нет ничего, просто знак.

— Наверное, прав, — огорченно вздохнула Лена и расстроенно хлопнула ладошкой по звезде. Но, увы, очередного чуда не случилось.

— Идём дальше?

— Идем, — еще раз потрогав пальчиками рисунок, согласилась девчонка, признавая наше поражение в борьбе с очередной тайной подземелья.

— Не расстраивайся, когда-нибудь мы все обязательно узнаем, — подбодрил я авантюристку.

— Когда? — встрепенулась Лена.

— Рано или поздно, — хмыкнул я.

— Да ну тебя, Леш, я серьезно!

— Ну почему ты думаешь, что там обязательно тайник? Может, это просто знак, указатель, символ для своих.

— Для каких своих?

— Для тех, кто знает все секреты энского подземного мира.

— Ты имеешь в виду Хранителей, о которых упоминал папа?

— Их тоже, — как-то позабыл я про этих загадочных товарищей, одним из которых был архивариус. — Слушай, а тебе Николай Николаевич хоть что-то рассказывал про этих непонятных хранителей?

— Нет, — Лена помолчала и добавила. — Мы про Федора Васильевича и не разговаривали вовсе. Меня, если честно, папины и дяди Лешины поиски исторических сказок как-то мало интересовали до последнего времени. Только когда… Ну… — тут девчонка явно смутилась, но все-таки продолжила после паузы. — С тобой познакомилась, стало интересно, а вдруг и правда в нашем городе зарыты сокровища, и если их отыскать — это же такая польза для людей!

«Ну вот, сейчас начнет петь старую песню о главном», — вздохнул я, вслух же произнес совсем другое.

— Лен, о чем отец с дядей Лешей говорили после моего ухода?

— Да так, ни о чем. Долго спорили насчет карт, потом переключились на тебя, — тут Лена хихикнула. — Очень хвалили за рассудительность и серьезность.

— Да ладно? — удивился я. — Мне казалось, я им не очень понравился. Втянул их маленькую девочку в какие-то непонятные авантюры… Так сказать, вынудил нудистку изменить семейной традиции: вместо того, чтобы голенькой загорать, дочурка теперь с каким-то пацаном по подвалам шляется, непонятно чем занимается, — пошутил я и тут же получил удар кулачком в плечо. — Ну, не голенькую, а взросленькую, — ввернул я, оторвавшись от преследовательницы на пару ступенек вперед.

— Леш, прекрати, а то я сейчас в голос хохотать буду! — воскликнула Лена. — Вот, видишь, до чего ты меня довел!

— До дна? — самым серьезным тоном уточнил я.

Лена засмеялась, но как-то глухо. Я оглянулся и посветил на девчонку, мало ли что. Оказалось, девчонка зажал рот руками, чтобы не хохотать в голос.

Остаток пути мы шли молча. Как-то вдруг вспомнили, что можем оказаться не одни в подземелье. Я велел Лене светить только под ноги и не мельтешить лучом фонаря по стенам, чтобы не привлекать внимание. Наконец, лестница закончилась, и мы оказались внизу на площадке, похожей на верхнюю.

Я махнул рукой, показывая, что нужно встать рядом со мной и молчать. Девушка кивнула в ответ и замерла за моей спиной. Меня напрягало то, что спуск уперся в стену, которая перекрывал проход. И если за поворотом кто-то был, то мы это выясним, только повернув.

Очень не хотелось получить по голове чем-нибудь тяжелым, поэтому я стоял, прикидывая, как оценить обстановку, при этом не стать жертвой нападения. В конце концов, в голове родился план. Не очень надежный, но, за неимением другого, пришлось использовать его.

Я прижал палец к губам, показывая девушке, что она остается на месте и по-прежнему ведет себя очень тихо. Сам же буквально прилип к противоположной стенке и по ней дошел до поворота. А затем, резко вскинув фонарь, чтобы ослепить потенциального противника стремительно шагнул вперед.

Непроизвольно выдохнул, обнаружив, что за углом нас никто не поджидал. Но выдох получился разочарованным: за поворотом оказался еще один тоннель. Я вернулся и подал Лене знак, что со мной все в порядке.

Умница-красавица не стала бежать ко мне вприпрыжку, а вопросительно изогнула бровь, интересуясь, можно ли ей присоединиться ко мне. Я отрицательно покачал головой, снова прижал палец к губам и показал пять пальцев. Мол, через пять минут вернусь. Решил самостоятельно проверить тоннель, мало ли что. В тусклом свете фонаря мне показалось, что проход не такой уж и длинный.

Мои догадки оказались верны, и вскоре я добрался до очередного поворота. Проделав те же манипуляции, резко выглянул и чертыхнулся. И снова никого, но подземный ход не прослеживался до конца тусклым лучом.

Глюки, или те, кто работал внизу, покинули помещение, пока мы исследовали круглый тупичок?

Я поколебался, но решил все-таки вернуться за Леной, раз обещал, чтобы не напугать девчонку до безрассудства. Уверен, если не вернусь через заявленные пять минут, девушка ринется на мои поиски.

Собственно так и оказалось, когда я появился на лестничной площадке, девчонка уже нетерпеливо перетаптывалась на месте, собираясь идти меня искать.

— Пошли уже, нетерпеливая ты моя, — хмыкнул я, улыбаясь.

— Ну что там? — шепотом поинтересовалась Лена.

— Ничего.

— Ничего? Как это? — не поверила девчонка.

— Ну, коротки рукав и снова поворот. А дальше уже не разглядеть будем изучать на местности.

— Тогда я не понимаю… задумчиво дернув себя за кончик косы, протянула девушка.

— Что?

— Что за звук мы слышали? Если здесь никого нет. Может и правда нам показалось?

— Может и показалось, — пожал я плечами. — Но вести себя на всякий случай будем тихо, идем молча, светим под ноги. Если все в порядке, то стены будем осматривать только на обратном пути. Договорились?

— Договорились, — с самым серьезным видом кивнула авантюристка.

— Тогда идем.

И мы пошли.

К моему удивлению, дорога оказалась чистой. Словно кто-то за ней ухаживал. Это показалось странным: если люди, которые посещали здешние катакомбы, вычистили мостовую, тогда они точно знают про винтовую лестницу. Но почему дверь наверху не поддавалась? Не смогли открыть с этой стороны? И тайник, почему в нем оказался ключ? Неужели товарищи, обживающие подземелье, до сих пор не сложили два плюс три и не вычислили, что за кирпичами, отмеченными буквой «Ц», могут находиться тайники?

Тоннель мы прошли достаточно быстро, вот что значит не отвлекаться на изучение стен. И снова поворот, точнее, развилка.

— Налево или направо? — негромко спросил я, не оглядываясь на Лену, но чувствуя её близость спиной.

— Направо, — выдохнула девчонка куда-то мне в плечо.

— На счет три, делаем шаг вперед и проверяем рукав. Ты — правый, я левый. Ясно?

— Да.

— Три, — скомандовал я, и мы одновременно шагнули и вскинули фонари. К нашему счастью, проходы с обеих сторон оказались пустыми. И это все больше и больше мне не нравилось.

Червячок сомнений хорошо делал свою работу и мысль о тупых ударах, которые мы слышали наверху, все больше не давала мне покоя. Как они могли до нас долететь с такими-то катакомбами? Где винтовая лестница, а где мы? И возле нее следов разлома кирпичной кладки мы не обнаружили, значит, долбали где-то дальше в подземелье. Но вот где?

Уходить по перекрестку не хотелось, если мы выбрали не тот рукав, то со спины может зайти кто угодно. Но тут все просто: либо возвращаемся, либо идем дальше и надеемся на хороший исход.

— Идем? — обернулся я на девчонку.

Лена словно что-то почувствовала, стояла спиной к моей спине и не сводила взгляд с левого ответвления.