Объятые вьюгой (СИ) - Коман Гали - Страница 33

— Вы приехали с мьесом ЛинкДорфом?

Я повернулась. Передо мной стояла медсестра.

— Да, я.

— Операция закончилась, его перевезли в палату.

Сердце тревожно забилось.

— Как он?

Она поджала губы, смотря на меня с искренним сочувствием.

— Ранения запретной магией очень опасны. Вам лучше поговорить с доктором. Идёмте, я вас провожу.

Я шла на негнущихся ногах. Самые плохие предчувствия теснились в груди.

Медсестра открыла передо мной дверь, пропуская внутрь. Я вошла и сразу же замерла на месте. На узкой больничной кровати лежал Ноэль, укрытый одеялом до самого подбородка.

Врач, который стоял у окна, обернулся.

— Вы, видимо, Мавира? — спросил он.

Я кивнула, не сводя глаз с белого и такого безжизненного лица Ноэля.

— Мьес ЛинкДорф звал вас, — продолжал доктор. — Сейчас, правда, вряд ли с ним получится поговорить. Он под действием снотворного.

— Он умрёт? — спросила я, и мой голос сорвался.

Врач кашлянул.

— О нет, что вы. Откуда такие мысли?

Я посмотрела на доктора. Кажется, он и правда был удивлён моим словам.

— Мьес ЛинкДорф борец, — продолжал врач. — Опасность миновала, но восстановление займёт некоторое время. Как мы поняли по характерным признакам, эта защитная вязь была создана запретной магией. Осколки нитей не просто рассекли кожу, они двинулись глубже, разъедая ткани. Вы вовремя привезли мьеса ЛинкДорфа, иначе опасные частицы достигли бы сердца и тогда мы бы его уже не спасли.

Страшная картина того, как Ноэль умирает на моих руках, тут же возникли перед глазами.

— Мы вытащили все осколки, — продолжал лекарь. — Но ещё несколько дней мьеса ЛинкДорфа будут мучить боли. Мы будем давать ему лекарство.

— Могу ли я быть тут с ним?

Кажется, врач удивился такой просьбе.

— Не уверен, что вам будет удобно…

— Он спас меня, — перебила я, умоляюще глядя на доктора. — Не могу оставить его одного. Вдруг, ему что-то понадобится, а никого не окажется рядом. Прошу вас.

Лекарь медленно кивнул.

— Понимаю, мьеса. Вы можете остаться.

Он вышел, оставляя меня в тишине больничной палаты. Я ещё некоторое время смотрела на Ноэля, а потом осторожно, словно боясь его разбудить, подошла к кровати и села на край. Неуверенно взяла его руку, непривычно холодную и безвольную.

— Ноэль, я так испугалась за тебя, — сказала тихо. — Думала, что больше тебя не увижу. Ноэль… Я теперь никуда не уйду, буду за тобой ухаживать… Вот увидишь, ты очень скоро встанешь на ноги и вернёшься к расследованию! И мы снова будем одной командой…

Сквозь сомкнутые губы Ноэля просочился тихий стон.

— Тебе плохо? — забеспокоилась я.

— Прости, — сипло и едва слышно проговорил он.

— За что?

Внутри всё похолодёло. Он что, прощается?

— Что… хотел… отправить… домой… Это… не… так… Хотел… чтобы… ты… осталась.

Слова давались Ноэлю с трудом. Он всё ещё не открывал глаза и говорил, едва шевеля губами.

— Тиши, тебе нужно отдыхать. Я совсем на тебя не злюсь, ты был прав. И ведь сегодня бы спас меня.

В ответ он сжал мою руку. Не так сильно, как прежде, но будто бы с надеждой. Подавшись порыву, я наклонилась и прижалась щекой к его прохладной щеке.

— Мави… — послышался шёпот. — Не… уходи.

— Не уйду, — заверила я.

Мне снился дивный сон. Будто бы с Ноэлем гуляли у подножия гор, а с неба, плавно и тихо падал снег. Неожиданно налетела метель. Вокруг всё стало белым-бело. Ноэль прижал меня к себе, стараясь заслонить от сильного снегопада. Мы словно находились в объятиях вьюги, но мне не было страшно.

— Мави, просыпайся.

Я подняла голову и посмотрела на Ноэля. Его лицо стремительно расплывалось.

Открыла глаза и не сразу поняла, что уже не сплю. Передо мной был герой моего сна. На бледном лице отражалась слабая улыбка, под льдисто-голубыми глазами залегли глубокие тени, но взгляд, устремлённый на меня, излучал теплоту.

— Неожиданно доброе утро, — тихо произнёс Ноэль. — Кажется, теперь я должен на тебе жениться.

Вот тут я осознала, что спала рядом с ним, на узкой больничной кровати. Подскочила, словно ужаленная. Ноэль с усмешкой наблюдал за тем, как я вскочила на ноги и принялась расправлять платье, да поправлять причёску. Белые звёзды, как я вообще оказалась на одной кровати с ним?

— У тебя была сложная операция, — сбивчиво заговорила я, стараясь не смотреть на Ноэля. — Ты долго не приходил в себя, мне пришлось остаться на ночь…

— Значит, переживала за меня? — перебил он.

По голосу было понятно, что ситуация его забавляет.

— Ты спас меня и получил серьёзную рану. Поэтому я тут.

Мави, кого ты обманываешь! Повернулась к Ноэлю.

— Да, переживала! Дала себе слово, что буду здесь тех пор, пока ты не придёшь в себя. Видимо, от усталости и переживаний уснула, — развела руками, — не понимаю, как это всё произошло, но…

— Мави, я пошутил. Не надо оправдываться.

Ноэль попытался сесть, но его лицо исказила гримаса боли. Я тут же подскочила к нему.

— Тише, не надо так резко. У тебя из спины извлекли осколки вязи, рана будет долго заживать.

— Я совсем ничего не помню, — отозвался он, тяжело дыша. — Мы вышли в коридор, а дальше — темнота.

— И не нужно ничего помнить. Главное теперь — выздороветь. Лоуриль и Юген в порядке, их здоровью ничего не угрожает.

Помогла ему сесть, поудобнее разместив подушки.

— Сколько часов я спал? От Беаты есть новости?

— Ты спал половину дня и целую ночь. Беату я не видела, но если хочешь, то могу узнать, что у неё получилось.

— С ней остался кто-то в хранилище?

— Дэниель.

— Он бы пришёл, если бы что-то уже было известно. Проблема в том, что вязь сохранилась лишь частично. Никакой информации Беата может не получить из такого клочка.

В палате повисла тишина. Я думала о том, как будет печально, если все наши старания в хранилище не принесут результатов. Если вязь окажется непригодной, что делать дальше? Не решалась спросить Ноэля. Он выглядел измотанным, да и после операции ему требуется восстановление. Даже не представляю, как мы справимся со всем этим.

— Принесу тебе завтрак, — сказала я, поднимаясь. Так от меня будет больше пользы, чем просто сидеть у кровати Ноэля и печально вздыхать.

— Мави, — окликнул он, когда я была у самой двери.

Обернулась.

— Если бы потребовалось, я бы спас тебя ещё и ещё раз, — сказал Ноэль. — Не думай, что ты чем-то мне обязана и теперь твой долг — ухаживать за мной в больнице.

Покачала головой. Вот вроде умный капитан, а ведёт себя хуже капризного ребёнка!

— Большей глупости я не слышала, мьес ЛинкДорф, — ответила, сурово глядя на него. — Пора бы уже понять, что я остаюсь лишь там, где хочу оставаться, а не там, где надо.

Я вышла из палаты. Сердце стучало, как сумасшедшее, в ушах звенели собственные слова, чей смысл был намного глубже, чем казалось на первый взгляд. Так неожиданно пришло осознание, что сама испугалась.

Кажется, я влюбилась в Ноэля ЛинкДорфа.

Не знаю, как именно это произошло и как случилось. Ещё недавно я спорила с Лоурилем и пыталась отрицать малейшие чувства к Ноэлю, но то, что произошло в хранилище, всё изменило. Я так боялась потерять его и так обрадовалась, узнав, что опасность миновала. Не представляю мир без Ноэля, словно, без него и я исчезну.

Шла по коридору и пыталась понять, как мне теперь живётся с новыми чувствами. Я никогда не влюблялась, поэтому сейчас ощущала растерянность и страх. Что мне делать? Как себя вести? Сказать ли всё, как есть или пока подождать? Да и нужны ли Ноэлю мои признания? Вдруг рассмеётся или скажет, что это будет мешать работе. Белые звёзды, я совсем запуталась.

Дверь одной из палат распахнулась и на меня выскочила девушка, едва не сбив с ног.

— Простите, — бросила она, а потом подняла на меня глаза и замерла, как вкопанная.

В форменном платье медсестры и белой косынке не сразу её узнала.