Правила отельеров (СИ) - Коман Гали - Страница 22

Несколько минут Настя стояла у дверей номера Налевского, прислушиваясь, есть ли там какое-то движение или нет, а затем постучала. Тишина. Она постучала еще раз, раздумывая, где его еще искать, если не тут. Ответа вновь не последовало, и Настя уже собиралась уйти, как вдруг дверь приоткрылась. В узком проеме показалось бледное лицо Димы, казалось, что он только-только вылез из постели.

— Вот отлично! Мы его ждем, а он спит, — накинулась Настя. — Налевский, у тебя совесть вообще есть?

— А сколько время? — хрипло и тихо спросил он. Дима усиленно тер глаза, пытаясь сфокусироваться на лице гостьи.

— 12!

— Да ладно? — На какой-то момент он выпрямился, но уже через секунду снова сгорбился, прижимаясь щекой к дверному косяку.

Насте это очень не понравилось. Внимательно рассматривая Налевского, она подметила, что бледность его с каким-то зеленоватым оттенком, а глаза воспаленные, будто не спал всю ночь.

— Дим, с тобой все хорошо?

— Да, я бодрячком, только не выспался… почему-то.

— Уверен? Выглядишь ты не очень.

— Все отлично. Сейчас душ приму и спущусь.

Отлепившись от дверного косяка, он поморщился и, медленно развернувшись, направился вглубь номера, даже не подумав закрыть дверь. Это было совсем на него не похоже. Настя вошла следом.

— Постой-ка. — Она подошла к Диме и приложилу руку к его лбу. Он был огненный. — У тебя температура.

Налевский снова поморщился, словно съел что-то горькое.

— Все у меня хорошо, просто слишком долго спал.

Он направился в ванную, но девушка его остановила.

— Нужно померить температуру. Ты горишь.

— Вызывай пожарных, — губы Димы расплылись в дурацкой улыбке.

— Очень смешно. Ложись в кровать, будем мерить температуру.

— Боже мой, я тебе маленький мальчик что ли? — заворчал Налевский, но все же направился к кровати. — Еще с ложечки меня покорми.

— Если потребуется, то покормлю обязательно. Ложись!

— Какая заботы, Анастасия Сергеевна! Вы о всех так заботитесь?

Настя помогла Диме лечь и укрыла его одеялом.

— У тебя есть градусник?

— Брось меня, я не жилец, — страдальческим голосом протянул он.

— Вот дурак, — вздохнула Настя. — Лежи и не вставай! Я за градусником.

— Скажи на моих похоронах, что я был хорошим человеком…

— Так и прибила бы тебя, не будь ты больным, — бросила она, выходя из номера.

Кажется, Налевский снова подкинул ей проблем.

Глава 13

Сообщив Рите, что обсуждение проекта придется пока отложить, Настя отправилась в административное здание. Она без труда нашла там аптечку и, взяв градусник и таблетки от температуры, вернулась в номер Димы. Он закрутился в одеяло под самый подбородок и по всей видимости дремал.

— Дима, надо померить температуру, — сказала Настя, присев рядом.

Он приоткрыл глаза, устремив на нее лихорадочный взгляд.

— Это так уж нужно?

— Да.

— И умереть спокойно не дадут, — пробормотал он с тяжелым вздохом.

— Хватит ворчать!

Налевский нехотя взял из ее рук градусник и сунул под мышку, снова закрывая глаза и поворачиваясь на бок.

Настя рассматривала его спокойное и бледное лицо, ловя себя на мысли, что впервые видит его таким. Беспомощным и раздражающе капризным, без обычных шуточек и острых взглядов. Он был уязвимым! Это вызвало в душе девушки противоречивые чувства: ликование и сострадание одновременно.

Градусник запищал частым коротким сигналом. Дима протянул его Насте не открывая глаз.

— 38,8, — констатировала она.

— Понятно, — последовал ответ.

— И чего тебе тут понятно? У тебя почти 39!

Молчание в ответ.

Настя потянулась за стаканом, налила воды.

— Это все твое купание, сто процентов, — принялась отчитывать она, словно мамочка нашкодившего сына. — Неужели нельзя дождаться лета, когда море прогреется?

— Так не интересно, — бесцветным голосом протянул Дима, глянув на Настю одним глазом.

— Ну да, а с воспалением легких прям самое то! — Она подала ему стакан с водой и таблетку. — Пей!

— С чего ты взяла, что у меня воспаление легких? — Дима приподнялся и послушно принял таблетку.

— Потому что такое может быть при купании в ледяной воде.

Он устало откинулся на подушки.

— Не накручивай, я каждый год так купаюсь.

— Мне и накручивать ничего не надо, тут все очевидно. Ты лежишь пластом с температурой!

— И судя по всему умираю.

— Не надейся! Я не буду одна открывать этот отель. С того света тебя вытащу.

Губы Димы дрогнули в едва заметной улыбке.

— Вы очень жесткий начальник, Анастасия Сергеевна.

— Это ты меня еще плохо знаешь, — усмехнулась она.

— Я хотел бы узнать тебя лучше, — пробормотал Налевский. — Пригласить на нормальное свидание…

Настя посмотрела на него. Глаза закрыты, одеяло снова натянуто до подбородка. Возможно обычный температурный бред, поэтому и бормочет что-то несуразное.

— Тебе надо поспать. — Она поднялась. — А я пока схожу в столовую и попрошу сварить тебе куриный бульон.

Он промычал что-то неразборчивое. Настя заботливо поправила подушку под головой больного и вышла из номера.

В столовой обеспокоились состоянием здоровья начальника и обещали приготовить самый целебный из всех целебных куриных бульонов. Настя не сомневалась, что так и будет. Со спокойной душой она поднялась обратно в номер Димы. У нее было много работы, но ей не хотелось оставлять Налевского одного с такой высокой температурой. Она сразу же вернется к делам, как только ему станет легче.

Температура снизилась через минут сорок, а еще через полчаса принесли бульон.

— Неужели ты заставишь меня это есть? — скривился Дима.

— Это единственное целебное средство на все времена, так что не капризничай.

Настя села рядом с ним, полная решимости любым способом реализовать свою идею.

— Неужели ты, такая прогрессивная, веришь в целительные свойства какого-то куриного бульона? — усмехнулся Налевский.

— Есть то, что вечно, — лаконично ответила Настя, зачерпнув ложкой ароматную золотистую жидкость. — Открывай рот.

— Да ты издеваешься! — Воспаленные глаза смотрели на нее с негодованием.

— Открывай рот, Налевский! — Не отступала девушка.

Дима потянулся за ложкой.

— Ну раз ты точно не отстанешь, то ладно, уступлю тебе. Но знай, это только потому, что я болею.

— Не сомневаюсь.

Настя старалась не улыбнуться. Ей понравилось, как он быстро сдался, чувствовать власть, хоть и в такой ситуации, было приятно. Съев бульон, Налевский протянул пустую посуду Насте.

— Теперь я имею права спокойно поболеть?

— Конечно. Я хоть могу поработать.

— Ах да, я же забыл, что ты главный трудоголик страны.

— Раз ты снова начал шутить, то точно не помрешь. — Настя поднялась, забирая поднос с пустой посудой. — Это меня очень успокаивает и настраивает на работу.

— Твое целебное присутствие творит чудеса.

Настя усмехнулась, направляясь к двери.

— Приду навестить тебя вечером, не скучай.

— Останешься у меня на ночь?

Она обернулась у самой двери.

— Температура спала, а бред ты продолжаешь нести.

На бледном лице отразилась улыбка.

— Просто попытал удачу.

— Не растрачивай шансы впустую, Налевский.

Настя открыла дверь и шагнула за порог.

— Это еще одно правило отельеров? — донеслось вслед.

— Да-да, именно оно!

Она рассмеялась, и закрыла за собой дверь.

Остаток дня прошел в делах. Мало того, что приходилось поспешно разбираться с тем, что уже было запланировано, так еще и Диана подбросила работы, сообщив, что нашла молодоженов для свадьбы в отеле. Теперь Насте предстояло организовать мероприятие в течение двух недель, и она совсем не понимала, как это сделает, учитывая текущие трудности. Оставалось надеяться на Налевского, ведь он же должен ей помочь, когда выздоровеет, не все же должно быть на ней, в конце концов.