Правила отельеров (СИ) - Коман Гали - Страница 16

Все рассмеялись, а Настя присела перед ней на корточки.

— Очень приятно познакомиться, богиня-Ника.

На детских щечках заиграл румянец. Засмущавшись, она спряталась за отца.

— Настенька, ты наверное проголодалась, — спохватилась Лилия Григорьевна. — Садись здесь, со мной. Дима, сынок, принеси нам поесть, не дело голодными сидеть.

Настя думала, что Налевский что-то возразит, но он, без тени недовольства, отправился за едой. Поразительное послушание.

Глава 10

— Вы всегда жили в Крыму? — обратилась Настя к Лилии Григорьевне.

— Всегда. Здесь родилась, здесь и умру.

— Неужели никогда не хотелось уехать?

— Нет. Это Алеша, сын мой, уехал, а потом женился там, да Димка у них родился, вскорости Руслан… Своя жизнь на материке началась у них. А мое — все тут. — Бабушка многозначительно обвела рукой красиво украшенную площадку. — Вон даже весенний праздник в мой день рождения.

— Ну так ты главная достопримечательность Нового Света, — рассмеялась Лена и, склонив голову к Насте, тихо проговорила: — Она гадает.

— Гадает?

— Да, на Таро. Всю жизнь гадает, многие половину Крыма могут проехать, лишь бы к бабушке попасть.

Настя не особо верила в гадания, да и никогда за такими услугами не обращалась. Ей всегда казалось, что женщины, занимающиеся подобной магией, должны выглядеть соответствующе, чтобы никакого сомнения не возникало, кто перед тобой. Лилия Григорьевна же была самой обычной бабушкой, милой, доброжелательной и одетой, как сотни других бабушек в России.

— Никогда бы не подумала, — пробормотала Настя.

— Если хочешь, она и тебе погадает, — тут же отозвалась Лена, а потом проворно подъехала к Лилии Григорьевне. — Бабуль, погадаешь Насте?

— Захочет, то погадаю, а по одному твоему хотению не буду, — сказала бабушка, как отрезала.

Насте понравился ее ответ. Четкий, жесткий и в тоже время конкретный.

— Мне кажется, все девушки любят такие вещи, — не унималась Лена.

— Какие именно? — спросил только что появившийся Налевский, расставляя принесенную еду на столике.

— Да так, девочкины разговоры, — поспешно ответила Настя, не давая Лене развить тему дальше.

Это действительно помогло. Разговоры перетекли в другое русло, собравшиеся расслаблено пили вино за бабушкино здоровье и ели шашлык, который был настолько вкусным, что Настя ела кусок за куском. Она чувствовала себя уютно и спокойно, будто оказалась в кругу людей, которых давно знала.

Когда с едой было покончено, а вино уже немного ударило в голову, Настя решила прогуляться по праздничной площади. Дима конечно же не мог отпустить ее одну.

— Как тебе вечер? — спросил он, едва они отошли от столика.

— Неплохо. Хотя сначала я думала тебя прибить чем-то тяжелым. — Она повернулась к нему, уперев руки в бока. — Как ты мог не сказать мне о дне рождении бабушки! И не надо сейчас прикрываться тем, что ты думал, будто я откажусь.

— Но я правда так думал.

— Тот случай, когда быть слишком умным не очень хорошо, — пробормотала Настя, двинувшись вдоль ряда с сувенирными палатками.

Они вместе с интересом рассматривали представленные товары, обсуждали возможность продавать нечто подобное на территории отеля и безобидно шутили друг над другом. Соперничество, которое постоянно возникало между ними в обычные дни, сейчас отступило полностью. Дима взял Насте еще один стаканчик домашнего вина, и они неспешно побрели по площади, беседуя на разные темы. Было так хорошо и уютно, спокойно и радостно, что девушке хотелось насладиться этой атмосферой подольше.

Настя выпила еще два пластиковых стаканчика вина, прежде чем Дима предложил вернуться за столик.

— Кажется, Ника сейчас закатит им концерт, — пояснил он. — Твое присутствие окажется очень кстати.

— И почему же? — спросила Настя, устремляясь за Налевским и на автомате беря его за руку, чтобы не потеряться в толпе.

Он, кажется, и не удивился, либо сделал вид, что не удивился, сжимая ее ладонь.

— Ника тебя не знает и будет стесняться. Пашка с Леной будут тебе безмерно благодарны.

— Ну надо же, взрослые люди и бояться ребенка, — хихикнула Настя.

— Ты просто не знаешь этого ребенка.

Когда они оказались у столика, девочка громко что-то требовала, готовая вот-вот сорваться на плач.

— Если ты сейчас не прекратишь, то мы соберемся и уйдем домой, — тихо, но жестко проговорил Паша.

— Ну папа, ну пожалуйста! Ты должен! — не унималась Ника. — Ты же можешь взять маму на руки. Это же только одна песня.

— Дочка, ну все, хватит уже, — попыталась мягко успокоить ее Лена. — Сейчас на тебя посмотрят, как на самую капризную девочку.

— Ну и что! — Она готова была вот-вот разрыдаться.

Дима подхватил Нику на руки.

— В чем дело, моя богиня? Кто тут тебя обижает? Сейчас крестный со всеми разберется.

— Они не хотят танцевать, — шмыгнула носом девочка.

— Она просит участвовать в танцевальном конкурсе, — быстро пояснила Лилия Григорьевна.

— Мы же всегда участвовали. Почему не можем сейчас? — искренне не понимала Ника.

Взрослые неловко переглядывались, будто ища поддержки друг у друга. Настя быстро оценила ситуацию. Раз родители Ники раньше участвовали в каком-то танцевальном конкурсе, то Лена не всегда была в инвалидном кресле и, видимо, это случилось недавно. Ребенок еще не успела принять свою маму такой.

— Солнце, ну ты же знаешь, что твоя мама пока не может танцевать, — мягко проговорил Дима. — Потерпи до следующего года.

Ника смотрела на него, плотно сжав губы и силясь не заплакать, но по щеке уже стремительно катилась слеза. Налевский нежным движением смахнул ее. Картина так умиляла Настю, что она была не в силах отвести глаз.

— Ну что ты, не плач, богиня моя.

Сердце Насти сжалось. Ей стало так жалко Нику, что она не выдержала, шагнула к Дима и тронула девочку за плечо.

— О каком конкурсе речь? Может мы с твоим крестным справимся?

Глаза Налевского удивленно округлились, уставившись на нее. Ника на мгновение задумалась, потом просияла улыбкой, вытирая ладошкой слезы.

— Танцевальный. Надо красиво станцевать и тогда получишь приз.

— И всего-то?

Дима поставили Нику на землю и повернулся к Насте.

— Что ты делаешь?

— А действительно, Дан, почему бы вам не поучаствовать, — оживился Паша.

Настя быстрым взглядом скользнула по близким Налевского. Они все улыбались, они все понимали, что проблему, как успокоить Нику, удалось вот так легко разрешить.

— Потому что мы не будем танцевать, это глупо, — процедил сквозь зубы Дима и повернулся к Насте. — Ты хоть подумала, прежде чем сказала?

— Тебе трудно порадовать ребенка? — парировала она.

— Ей и так потакают во всем…

— Боже, Налевский, ну не будь занудой! Это всего лишь танец.

— Дядя, я буду снимать вас на телефон, — захлопала в ладоши Ника. — Мамочка, ты ведь дашь мне свой телефон?

— Хочешь ты этого, братец, или нет, но я вас уже записал, — сказал Руслан, потрепав Диму за щеку, как озорного мальчишку. — Через пару минут начнут.

— Так, все, я ухожу!

Налевский развернулся, чтоб уйти, но Настя преградила ему путь. Положив руки ему на плечи, она посмотрела партнеру прямо в глаза.

— То есть тебе проще обидеть маленькую девочку, чем станцевать всего один танец? Вот такой ты хороший крестный, значит? Умеешь пускать пыль в глаза, а когда доходит до дела, тебе проще сбежать?

— Ты просто не представляешь, что это за конкурс, — покачал головой Дима. — Тут одним танцем не ограничишься.

— Ну и ладно.

Настя не отводила взгляда, не отворачивался и Налевский.

— Или ты не хочешь со мной танцевать?

Это был открытый вызов. Сначала он возмутил Диму, но уже в следующее мгновение он все понял. Настя почувствовала его руку на своей талии.

— Хорошо, твоя взяла. Но не говори, что я не предупреждал.

— О чем же?

Он не успел ответить. Музыка смолкла и в микрофон раздался голос ведущего: