Сдать королевство, женить Императора (СИ) - Франкон Аманда - Страница 13

— В таком случае, позвольте мне сначала переговорить с вашей старшей подопечной. Вам она вряд ли что-то расскажет, но мне — может быть.

Войцеха повернулась, навеянное памятью видение вмиг рассыпалось, когда она обожгла меня ледяным, оценивающим взглядом.

— Что ж, в вашем распоряжении завтрашний день. Если вам ничего не удастся, я буду вынуждена арестовать принцессу по подозрению в покушении на вас, — неприятная усмешка регента вызывала желание ответить какой-нибудь колкостью. — Но если вам удастся прийти с этой девчонкой к какому-нибудь соглашению, то как знать, может, брак с ней позволит вам перетянуть на свою сторону часть бывших сторонников Жерома. Действуйте.

Войцеха резко развернулась, взметнулись тяжелые полы голубого платья, и спустя несколько мгновений она уже растаяла в ночной темноте вместе со своими людьми. Выждав для порядка еще несколько секунд, из-за поворота появился Пьер.

— Мне показалось, или Ее Величеству не нравится говорить о вашей предстоящей свадьбе с одной из принцесс? — язвительно усмехнувшись, спросил он.

Однако обсуждать настроения временной правительницы я не собирался. Вместо этого распорядился, чтобы Пьер выяснил личности тех, кто поддерживает Ханну при дворе, и решил, что на сегодня интриганских игр достаточно.

Вернувшись в спальню — судя по виду, самую дорого обставленную и большую в этом строении, условно именуемом замком — я надеялся как можно скорее избавиться от мерзкого чувства, давящего грудь, и банально заснуть. Но открыв дверь и заметив, что на столе горит свеча, распрощался с мечтой о скором отдыхе.

— Что вы здесь делаете, матушка? — вопрос я задал привычно: мать умела выбирать самые неподходящие обстоятельства для внезапных разговоров по душам, подобное происходило не впервые.

Она, забросив ногу на ногу, потягивала вино из высокого бокала, свеча дрожала каждый раз, когда она проносила руку совсем близко к огню. Говорить она не спешила, и я, не желая стоять перед ней, как провинившийся школьник, опустился в соседнее кресло. Мать тут же протянула мне еще один бокал.

— Что ты думаешь о принцессах? — спросил я, поняв, что говорить первой моя гостья не собирается.

— Одна дура, одна интриганка и одна дура-интриганка, — протянула мама, наблюдая, как пляшут отблески свечи на грани бокала. — Очаровательный комплект.

— Ты видишь будущее, которое ждет меня с какой-нибудь из них? — продолжал допытываться я в надежде получить более конкретную и полезную информацию.

— Нет. И даже не думай о том, чтобы впутываться в связь с ними, — стекло звякнуло о стол, когда мать резко опустила бокал. — Поступишь так — и ты мне больше не сын.

— Хорошо, после свадьбы отрекусь от тебя и отправлю в монастырь, — легко согласился я, давно уже потеряв чувствительность к подобным заявлениям. — Ты, конечно же, захочешь поселиться среди других прислужниц Мирэкки, в обители неподалеку от столицы. Так и быть, поедешь туда.

— По крайней мере, дай себе труд понаблюдать за ними подольше. Тебе, как и всем мужчина, свойственно смотреть на женщин поверхностно, но в этот раз от твоего выбора будет зависеть судьба всей твоей Империи, — разъяренное шипение матери могло, пожалуй, напугать кого-то более впечатлительного, но, по-моему, в последнее время она теряла хватку.

Поднявшись, она прошла к двери. Створка хлопнула, оповещая о ее уходе прежде, чем я смог придумать еще хоть какой-нибудь вразумительный вопрос: болела голова, еще сильнее заныло плечо, разгадывать планы матери сейчас хотелось меньше всего. Решив, что надо приставить к ней людей Пьера, чтобы не наделала глупостей и не навредила репутации принцесс, я наконец-то направился к кровати.

Утром я распорядился отправить молодым леди три одинаковых букета. Времени подбирать не оставалось, так что с разрешения Войцехи подошли розы из сада — те, что выросли, несмотря на запущенность. В каждый из подарков вложил простенькие записки. Старшую попросил о встрече в саду, двум остальным написал несколько банальностей, заверив каждую в том, что я покорен ее красотой.

В назначенный послеобеденный час Ее Высочество Ханна уже прогуливалась в саду, зябко кутаясь в полушубок. Ее сопровождала горничная, которая то и дело причитала, что для женского здоровья холод вреден. Утром Пьер предоставил мне список тех, кто, по его данным, входил в негласный круг приближенных старшей принцессы. Таких оказалось на удивление много — больше десятка. Сейчас, за отсутствием работы, шпион увязался за мной.

Как только моя потенциальная невеста замаячила на горизонте, Пьер свернул на другую тропинку и скрылся из виду. И одним богам известно, как ему это удалось, ведь листья с деревьев уже почти облетели.

— Ваше Высочество, мне льстит ваше доверие, — я склонился над рукой принцессы, запечатлевая на холодной ладони чисто символический и крайне приличный поцелуй.

— У меня пока не было причин в вас сомневаться, — в ответе Ханны прорезались высокомерные нотки.

Горничная приотстала, мы направились в глубину сада, туда, откуда, по моим подсчетам, должен был открыться вид на другую часть города, расположенную под отвесной скалой.

— Не могу ответить вам тем же, — решил не затягивать я. — Вы, я вижу, девушка не глупая, поэтому скажу как есть: выбирая невесту, я хочу быть уверен в том, что она станет мне не только верной женой, но и верной союзницей. Ваши же действия пока трудно истолковать как дружественные.

Комплимент уму Ханны немного смягчил холодное выражение ее блеклого, невыразительного лица. Она даже позволила себе улыбнуться. но лишь на мгновение.

— Позвольте мне объяснить, Ваше Величество, — медленно, полностью сохраняя почти королевское достоинство, начала она. Я кивнул, не желая прерывать, — К этому недоразумению с люстрой я не имею никакого отношения. Более того, я пока не знаю, кто именно из моих приближенных в тот день решил встретиться с маркизом Радзи, которого вам удалось задержать. Но я рассчитываю выяснить его имя в ближайшее время.

Мы выбрались на узкую дорожку, которая вела вдоль обрыва, огороженного низким забором. Вид отсюда меня разочаровал: он совершенно не отличался от того, который открывался из окон замка на ту часть города, по которой я ехал. Та же осень, те же серые дома и вялая река. Ханна при виде дыма из городских труб печально вздохнула и повернулась ко мне.

— Пока я могу предложить вам только слова, но уже через пару часов предоставлю вам того, кто совершил этот гнусный акт вандализма. Уверяю вас, я не имею к нему ни малейшего отношения, но обязательно выясню, кому и зачем понадобилось ронять эту люстру!

Внезапная горячность, с которой Ханна произнесла эти слова, настолько меня поразила, что я медлил с ответом. Она, восприняв мое молчание за сомнения, продолжила.

— Наверняка вы думаете, что я интриганка, но что мне оставалось после того, как отец увлекся проигрышными военными походами? Вся забота о делах дворца легла на мои плечи, и мне нужна была помощь. Именно поэтому я собрала вокруг себя нескольких верных людей, которые сумели не потерять голову вслед за моим отцом. Я обещала им некоторые… привилегии, но вас не затруднит выполнение просьб этих дворян, уверяю вас. Сотрудничая с ними, вы получите верных людей, которые уже знают все особенности местной политики, с ними вам быстрее удастся вникнуть в дела и…

— Оригинальный способ просить о замужестве, — прервал пылкую речь я. Все, что Ханна могла сказать о падении люстры, она уже сказала, выслушивать же ее шаткие планы не хотелось. Доверять местным дворянам я окончательно перестал после того, как Войцеха рассказала о покушениях.

Ханна замолчала, опустила взгляд, щеки ее залила краска. Когда на лице проступило живое смущение вместо холодной маски, принцесса даже показалась мне милой. На миг мелькнула мысль, что она может стать не такой уж и плохой женой, но я решил не делать поспешных выводов.

— Ваше Высочество! — затянувшееся молчание прервала горничная принцессы, которая вынырнула из кустов и, извинившись, протянула ей какую-то записку.