Жена архитектора (СИ) - Гиенко Милада - Страница 27

В последнем предложении мне мерещится обвинение. Едва не задыхаюсь от душащей меня злости:

- Но мы с Марципанной видели его вчера. Своими глазами видели! Мы можем подтвердить это в суде. Или даже перед королем! Он точно пытался колдовать над болотом.

Взгляд Эрлинга становится странным. В нем появляется сочувствие и горечь. Такой взгляд можно подарить человеку, которого уже готов столкнуть со скалы и даже немного жалеешь. От этого я делаю шаг назад и замолкаю, а Эрлинг отводит глаза и, тщательно подбирая слова, говорит:

- Келли, никто не станет брать в учет слова дракона. Нет таких законов в Йавене. А вы… - он облизывает губы и продолжает тише: - Вы проклята, Келли. Не подумайте, я совсем не считаю вас такой, как о вас говорили мне раньше, но мнение других людей будет предвзятым.

Я непроизвольно делаю еще один шаг назад. Нахожу рукой спинку кровати и опираюсь на нее, иначе упала бы на пол. Действительно. Как я могла забыть о том, что у Келли от проклятия пострадала не только внешность, но и мозг. Возможно, я вообще смогла занять ее тело потому что личности в нем и не было. Келли не осознавала себя, не понимала что происходит вокруг нее, жила как овощ. Но сестры упоминали, что ее можно было научить повторять какие-то слова.

Никто из аристократов не станет меня слушать!

Но кое-что навязчиво не дает мне покоя. Отогнав мысли о том, что я не смогу помочь мужу в этот раз, слабым голосом переспрашиваю:

- Вы сказали “новые обвинения”. Значит, были и старые? Вы уже обвиняли в чем-то Панфилия?

- Да, - кивает Эрлинг и соединяет руки в замок. - Дважды. Надеялся на то, то король или судьи смогут доказать его виновность в том, что он сорвал мне одну стройку, и подготовку к стройке резиденции. Но никаких улик не было. А у мистера Шальта слишком много влияния и очень много связей. А связи решают намного больше таланта, к сожалению. Меня едва не заклеймили клеветником. Удалось избежать этого только благодаря Оскару. И если я вдруг решусь обвинить Панфилия в том, что он наложил на землю проклятие…

Супруг не заканчивает фразу, но я прекрасно знаю, что это точно не сулит ничего хорошего. У меня опускаются руки. Раньше я еще могла подумать, что попала в сказку. С магией, драконами и эльфами, которые спорят с гномами. Пусть и оказалась на месте чудовища, но такое должно быть в каждой сказке. Видно, места прекрасных принцесс были заняты. Но сейчас осознала, что не такая уж это и сказка. Ведь в сказке талант точно должен был победить коррупцию и блат!

- Потому вам придется отправиться домой одной, - с сожалением констатирует Эрлинг и поднимается на ноги. - Собирайтесь, Келли. Я провожу вас.

Глава 34

Уже в карете, глядя на пейзаж за окном, я размышляю над тем, что сказал тот странно подвывающий подчиненный Эрлинга. Прокручиваю в голове его слова.

“Земля как раз подсохла” - сказал он. И добавил, что вода отходит. Значит ли это, что Панфилию нужно периодически обновлять проклятие? А мы, застукав его на месте преступления, помешали это сделать.

Взамен же подлый жук решил отыграться на рогатых девах. Тьфу. В смысле на девах из рогов. А может быть, он и вообще подкупил тех перевозчиков раньше? Ведь не мог не знать о том, что такие скульптуры на фасаде должны быть.

Я подпираю подбородок рукой, поднимаю взгляд к небу. Оно безмятежно и безучастно.

Мне непонятны до конца функции старшего королевского архитектора, но могу предположить, что он может проверять чертежи и сметы каждого королевского архитектора. А значит, он знает о работе Эрлинга все. При этом у него есть деньги, влияние и куча связей.

Отлично. И как прикажете выбираться из этой ситуации?..

В особняке не могу найти себе места. Успеваю только переодеться. Нирин настойчиво предлагает мне поесть, но я лишь отмахиваюсь. Сейчас точно кусок в горло не полезет. Иса бегает за мной по дому, не понимая отчего я хожу туда и сюда, глядя себе под ноги. Затем мой взгляд падает на небрежно сброшенную в холле сумку, в которой лежит забытый гримуар. Останавливаюсь, и минуту сверлю сумку взглядом. Проклятия у них, значит, запрещены? И обвинять в проклятии без доказательств тоже нельзя? И ведьминское колдовство они не жалуют?

Что ж. Чувствую, придется подойти к решению вопроса с фантазией. Ведь играть в открытую против шулера слишком плохая затея!

- Меня сегодня не беспокоить! - скорее хватаю сумку и мчусь в комнату. Ошеломленные Иса и Нирин остаются в коридоре. А я устраиваюсь на кровати поудобнее и принимаюсь штудировать гримуар…

Я жду и выглядываю в окно до поздней ночи. Но Эрлинг так и не возвращается домой. Возможно, решил еще подежурить у болот, желая застать Панфилия на месте преступления. Или просто не успел ничего решить с колоннами.

Гадать я могу долго, но в один момент, когда глаза начинают слипаться, приходится отложить книгу, потушить свечу и лечь спать, надеясь, что мужу удастся хоть немного отдохнуть. Иначе я рискую скоро стать вдовой.

Утром даже не надеюсь увидеть мужа. Хотя нет, вру. Надеюсь. Но чуда не происходит. А потому я прошу снарядить для меня карету и отправляюсь одна в Кроу. Хорошо, что прислуга уже считает, что я достаточно освоилась и можно не сопровождать меня. Могу остаться наедине со своими мыслями под стук лошадиных копыт и скрип кареты.

В таверне за привычным столиком меня уже ожидает знакомая троица. За стойкой с непроницаемым лицом стоит тот же мужчина, которого я видела в прошлый раз. Кажется, даже протирает тот же стакан.

- Ну и чего такая грустная сегодня? По глазам вижу, что-то случилось, - поддевает меня Грэм и сам смеется своей шутке. Ведь из-за вуали моё лицо он не видит. Присаживаюсь за стол, прикидывая с чего мне стоит начать. Но все же откладываю личные вопросы об Эрлинге на потом, а сначала предлагаю Лоэлу и Грэму поработать на драконицу. Последняя вот-вот должна прилететь к таверне.

Эльф с гномом переглядываются, озадаченно пыхтят и в конце выдают вердикт, звучащий примерно как:

- Ээ… ну… ммм… попробуем, - снова переглядываются и увереннее хором добавляют: - Наверное!

Я закатываю глаза. Вот умеют быть слаженными, когда не надо! Уже собираюсь переходить к вопросам о стройке королевской резиденции, как снаружи слышатся крики, а затем хлопки крыльев.

- Что это там? - мужчины удивленно оборачиваются к открытому окну, у которого расположен столик. Пытаются выглянуть наружу, а я вздыхаю:

- Заказчица ваша.

В этот миг во двор таверны, подняв клубы пыли, опускается Марципанна. Синяя чешуя блестит на солнце, а воздушная волна, поднятая ее крыльями, сносит со столов салфетки, зелень и легкие приборы, треплет волосы и… неожиданно срывает мою вуаль.

В первое мгновение ошеломленно замираю, а потом скорее оглядываюсь, пытаясь найти ткань взглядом. Таверна сначала погружается в тишину, которая через секунду взрывается криками и грохотом. Посетители вскакивают на ноги, переворачивая стулья и роняя деревянные тарелки и кружки на пол. В панике я бросаюсь к вуали. Подхватив ткань, прижимаю ее к груди и оборачиваюсь к испуганной троице знакомых.

- Ведьма! - выкрикивает кто-то сзади.

- Нет, это кикимора! - возражает второй.

- Нет, чудовище лесное! - за моей спиной уже назревает драка за звание самого умного исследователя бестиария Йавена. Но вдруг кто-то подает идею лучше:

- На костер!

У меня дыхание перехватывает. Это одинокого путника можно напугать страшным оскалом. А против толпы такое уже не сработает. Людей не останавливает даже заинтересованная драконья морда, которая засовывается в окно.

- Ану тихо! - вдруг перекрикивает всех голос Полоза. Хозяин таверны с грохотом опускает кружку на стол, расплескав по нему пивную пену. - Вы что, чудовищ раньше не видели?! - гневно вопрошает он, а затем тыкает пальцем в нос Марципанне: - У нас вон целый дракон во дворе сидит!

Толпа одновременно оборачиваются к драконице. И она медленно начинает отползать. Но Полоз придерживает ее за рог, не позволяя уйти далеко.