Верни мне тело (СИ) - Фарадей Энтони - Страница 71

- Нет, не во мне.

- Ну а в ком тогда, в кофемашине? - шутит киборг, пытаясь разрядить обстановку.

- Нет, и не в тебе! - улыбаюсь я впервые за вечер. Эта улыбка кажется мне чуждой, словно я забыл, как это делается.

- Очень смешно! - отвечает полуробот, но его голос звучит менее уверенно, словно он начинает понимать, что за этой шуткой скрывается что-то большее.

- Дело в ее матери.

- Что, ты знал Элеонору? - Бранд внезапно серьезнеет, его голос полон удивления.

- Лучше, чем кто-либо...

Бранд на мгновение подвис, его мозговой центр работал на полную мощность, пытаясь свести концы с концами от полученной информации. В его глазах отразилась путаница, смешанная с недоверием, словно он не мог поверить в то, что только что услышал.

- Погоди, когда она только пришла в Клан, она искала… тебя? - его голос звучал неверяще, и он уставился на меня, как будто я только что раскрыл перед ним самую глубокую тайну вселенной. - Неужели ты тот самый...

- Ага…

Бранд округляет глаза, его лицо искажается от удивления, и он закачивает себе чуть больше жидкости. Он начинает судорожно выдыхать от кайфа, пытаясь сбежать от реальности в мир своих иллюзий, где все казалось проще.

Смайл возвращается, неся еще четыре кружки пива для меня и себя. Его движения были легкими и беззаботными, словно он не чувствовал тяжести разговора, который только что произошел между нами.

История, которую он рассказывает дальше, смазывается в моей памяти от своей нанадобности, но очень точно отражает то, что происходило внутри. Суицид и правда кажется единственным выходом из этой запутанной ситуации. Мой взгляд становится пустым и отстраненным, словно я уже и не здесь, а где-то в своем мире, полном боли и отчаяния.

Жди меня… Ад.

31 Декабря 2055

- А вы и правда Демон, настоящий? - спрашивает солдат, который сопровождал меня в полете. Его голос звучит с некоторым восхищением, смешанным с едва уловимым страхом. В его глазах читается любопытство, как будто он встретил персонажа из детской сказки, которого всегда считал выдумкой.

Я улыбнулся ему двумя рядами клыков, ничего не отвечая.

- Видел стрим, на котором вы крошили людей Клана! - звучит восхищенно его голос, он явно видел во мне героя своих мечтаний, не подозревая о темной стороне этой славы, - Плюс реп вам, уважуха!

Усмехнувшись, я посмотрел в окно. Вид из окна открывал панораму города, где каждый здание и улица казались частью большой, сложной машины. В этот момент я подумал о том, насколько люди были глупы в своих оценках и суждениях. Они видели во мне героя или монстра, но никто не пытался увидеть за этими ярлыками живое существо с целями, мечтами… чувствами.

- Вы знаете, мой отец работал на Клан, точнее его ресторанчик на окраине Дэй-Сити… - начал солдат, его голос дрожал от неразрешенной обиды, - Эти суки постоянно завышали ему аренду, а ведь нас с братьями было шестеро, и всех нужно было кормить, одевать… ставить на ноги.

На секунду его голос замер, переживая момент из памяти заново.

- Диор лично ужинал у нас в конце каждого месяца, но однажды ему в суп попал волос…

Обернувшись на человека, я увидел, что из его глаз катится слеза. Она скользила по его щеке, отражая не только его личную боль, но и болезненную историю его человеческой семьи.

- Он пристрелил нашего отца у нас на глазах, а потом выгнал всех на улицу и спалил ресторан… - грустно произнес человек, - Спасибо вам, что отомстили за всех нас!

- Я мстил только за себя.

Мои слова звучали холодно и резко, я хотел отгородить себя от чужого горя. Но в глубине я чувствовал сочувствие к его истории. Наш общий враг создал невидимую связь между нами, но моя месть была личной, и я не мог себе позволить думать, что она могла стать чьим-то спасением.

- Слышал, вы можете исцелять болезни… - с ноткой надежды в голосе вновь заговорил солдат.

Я равнодушно поднял бровь.

- Тогда зима была, а я был самый старший, и… в общем, отдал всю одежду младшим братьям. - голос солдата дрожал, и его воспоминания оказались более трогательными, чем я ожидал. Его жертвенность и забота о братьях были похвальны, но стоили ему большой личной жертвы.

- И? - спросил я, не удерживаясь от легкого провокационного сарказма.

- Ну, понимаете, отморозил самое важное… - солдат смущенно опустил взгляд, и его лицо покраснело от стыда.

Я рассмеялся, поражаясь наивности и откровенности человека.

Демоническое зрение подтвердило, что у него и правда был дефект между ног. Я мог видеть вещи насквозь, как и людей. Видеть так, словно они были из стекла, и в этот момент я увидел его психологический шрам.

Подумав, напоследок в этом мире я все-таки решил сделать что-то хорошее просто так и щелкнул пальцами. В моих венах текла сила, способная творить чудеса.

Парень почувствовал, как между ног поднялась палатка, и его глаза округлились от удивления и радости. Его лицо озарилось благодарностью, и он был явно поражен моей способностью.

А я рассмеялся еще сильнее прежнего, чувствуя, как внутри меня возникла странная смесь удовлетворения от содеянного и иронии над ситуацией. В этот момент я понял, что всё еще способен на добрые поступки за просто так.

Медленно падали снежинки, создавая вокруг меня тихий водоворот белоснежного покоя, когда я взглянул на застывшее озеро, что полностью покрылось сияющим голубым льдом. Каждая снежинка была как маленький кристалл, отражающий множество событий прошлого. Озеро было зеркалом времени, отражая безмолвную красоту природы и одновременно мои воспоминания.

Деревья стояли в снегу, дополняя прекрасный вид снежных гор, которые возвышались величественно на фоне серебристого неба. Вид гор напоминал мне о постоянстве и неизменности природы в отличие от изменчивости человеческой жизни на этой планете.

Алтай был всё так же красив, как когда я жил здесь, заботясь о Натали и реализуя свои амбиции. Воздух был наполнен холодом, но каждый вздох напоминал мне о временах, когда мои мечты и планы казались возможными. Эта земля была свидетелем моей жизни, моих радостей и разочарований.

Домика не было, лишь голый обгоревший фундамент в руинах, на фоне пары сожженых деревьев, на которых висели качели. Это был монумент утраченным мечтам и разрушенному убежищу, напоминание о том, что ничто в этом мире не вечно.

Это место было для меня особенным, во всем этом человеческом мире.

Именно здесь, в этом забытом мире природы, я принял решение покончить с собой, чтобы отправиться на родину - в Ад. Стоя на берегу замерзшего озера, я ощущал холодный ветер, который касался моего лица, словно напоминание о моем роковом решении. Озеро казалось границей между миром живых и царством мертвых.

Не знаю, получится ли у меня насильно умертвить это человеческое тело, но попытка не пытка. В моих глазах мелькала тень сомнения и страха перед неизведанным, но одновременно и облегчение от мысли о конце бесконечной борьбы.

Больше меня здесь ничего, и никто не держит.

Мой взгляд скользил по заснеженному ландшафту, каждое дерево и каждый снежинка казались мне напоминанием о том, что мир продолжит свое существование без меня. Я ощущал себя лишним, отрешенным от всего, что меня окружало. Чуждый мне мир, населяемый чуждыми мне существами.

Подойдя ко пню, на котором я сидел, долгое время проводя в медитации и мыслях, я ощутил его шершавую поверхность под пальцами. Этот пень был свидетелем моих самых темных мыслей, моего внутреннего раздора и сомнений. Стоя рядом с ним, я чувствовал, как вокруг меня сгущается атмосфера отчаяния и решимости.

Прикрыв глаза, я стабилизировал дыхание, погружаясь в спокойное состояние мыслей. Вокруг меня царила тишина, нарушаемая лишь моим ровным дыханием и дуновением ветра. В этот момент я был полностью поглощен своими внутренними переживаниями.

Я пустил демоническую энергию по кровеносной системе, ощущая каждую часть своего тела. Эта энергия, словно холодное пламя, обожгла меня изнутри, позволяя четко определить все свои слабые места и понять, куда именно нужно бить, чтобы убить себя как можно быстрее.