Верни мне тело (СИ) - Фарадей Энтони - Страница 40

Диор прошел через ворота, его шаги эхом отдались в холодном коридоре Арканума. Капрала же вслед за ним тут же остановила его личная элитная гвардия. В глазах мужчины мелькнула безжалостная решимость, и в воздухе витала тяжелая невидимая дымка предстоящего решения.

- Предатели мне не нужны... - тихо прошептал он.

Коридоры наполнились уважением и страхом каждого на пути Диора.

Мужчина уже давно потерял вкус к наслаждению такой банальщиной, как верность его людей. Он хладнокровно двигался к своей цели, его внимание скользило мимо перешептываний ученых и их лаборантов, которые на мгновение замирали, уступая ему дорогу. Его присутствие вызывало в них смесь восхищения и страха, но он оставался равнодушным к их эмоциям.

Диор был сосредоточен на чем-то куда более важном.

Подойдя к массивной стальной двери центральной лаборатории, Диор замедлил свой шаг, позволяя себе мгновение покоя. Он остановился, его взгляд задержался на гравировках, покрывающих дверь - каждая линия, каждый символ носил в себе скрытые намеки. Лидер клана осознавал, что сейчас ему предстоит сделать несколько нелегких решений, подобно тем, с которыми он столкнулся в юности, когда сделал выбор, определивший его судьбу.

Каждое его действие может повлиять на ход событий, таково бремя лидера.

В глазах его вспыхивает определенность, искры решимости сверкают в глубине его взгляда. Он продолжает движение, несмотря на страшную напряженность, которая витала в воздухе.

Прибор, которым рабочие уже разжимали двери, выглядел как огромный изящный домкрат, его механические части гармонично сочетались с антикварными элементами, создавая впечатление древнего артефакта, обладающего скрытой мощью. С каждым движением устройства воздух в коридоре становился все более насыщенным ожиданием, а сердцебиение Диора учащалось.

Двери наконец открываются с тяжелым металлическим скрипом. Из них мгновенно вылетает противник, его фигура кажется искаженной от ярости и отчаяния. Он движется с невероятной скоростью, словно его двигает не только физическая сила, но и вспышка глубоких эмоций.

Диор, стоящий перед дверью, инстинктивно делает шаг в сторону.

Его движения кажутся мягкими и изящными, но они скрывают в себе молниеносную решительность. Он одним точным движением попадает противнику по голове. Удар звучит глухо, как удар грома в безлунную ночь, и сила его ошеломляет Бранда. “Неразбиваемое” стекло на шлеме с треском разбивается и ранил его в лицо. Каждый осколок наносит мгновенную и сильную боль.

Бранд, потеряв равновесие, падает на пол и катается по нему, скрежеща зубами.

Крики боли наполняют коридор, напоминая звуки раненого зверя, оказавшегося в ловушке. Он бьется в агонии, пытаясь справиться с внезапной болью и понять, что произошло.

- Предатели мне не нужны... - тихо шепчет Диор, переступая через тело бывшего подчиненного своей дочери.

После пары выстрелов за спиной крики боли Бранда становятся всё тише.

Диор подходит к Роберту, и останавливается перед ним. Взгляды их сталкиваются, и в этом молчании каждый момент кажется вечностью. Лицо ученого дергается от нервного напряжения, но его глаза не отражают ни калпи страха. Просто, он не в состоянии произнести ни слова перед человеком, который когда-то был его боссом, а может быть, даже другом… какое-то время.

Диор на мгновение отводит взгляд, его лицо скрывает в себе бурю эмоций.

Глубоко вздохнув, словно подготавливаясь к последнему, решающему шагу, он молниеносно развернулся. Его движение было настолько быстрым и неожиданным, что показалось нечеловеческим. С удивительной даже для него самого агрессией, он взмахнул рукой и одним движением снес голову Роберта с плеч. Кровь брызнула на его лицо, и он облизнул ее с уголка своего рта.

Тело некогда великого ученого безжизненно упало на пол.

Повисла мертвая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Диора. Он стоял над телом Роберта, а его грудь поднималась и опускалась в бурных приступах дыхания, словно он пытался отдышаться за всю жизнь. Эмоции захватили его душу, от гнева до самого сильного разочарования. Смешение боли, ярости и потери наполнило его, создавая невыразимое словами чувство.

- Тебя заперли, потому что я не хотел тебя убивать... - прошептал он, и в яростни ударил мертвое тело ногой, - Придурок, чертов, тупой, придурок!

Диор стоит в центре лаборатории, в которой мерцает синий свет.

На его лице играют тени и свет, подчеркивая его мрачное настроение. В его глазах отражается тяжесть момента… его собственная дочь, Натали, только что вышла из крио-симуляции. Событие, которое никак не должно было произойти, а ее состояние только подчеркивает всю глупость ситуации.

Едва выдерживая собственный вес, Натали падает на колени перед ним.

Глаза ее, широко раскрытые и потерянные, безнадежно блуждают, не в силах сфокусироваться на окружающем. На ней нет одежды, и все солдаты вокруг пялятся на нее, как на объект своих желаний, что делает сцену еще более тревожной и драматичной.

Диора же видит не жертву, а глупую девчонку, которая вновь его разочаровала.

Солдаты, подчиняясь команде, поднимают Натали на ноги. Они действуют осторожно, словно боятся сделать лишнее в присутствии ее отца, чья репутация и власть вызывают у них страх и уважение. Когда девушка наконец стоит на своих двух, Диор сохраняет молчание. Его глаза внимательно исследуют каждую деталь ее лица, словно он пытается прочитать ответы на вопросы, которые его мучают.

Взгляд его полон разочарования, недоумения и скрытой боли.

Он не может поверить, что это реальность, что он действительно стоит перед своей дочерью, которая так бездарно предала его, вступив в игру, ставки которой не в силах потянуть.

Диор шагает ближе к Натали, каждый его шаг отчетливо звучит в тишине комнаты, наполняя пространство напряжением. Его глаза наполнены смесью гнева, заботы и обиды, отражая внутренний конфликт между отцовскими чувствами и лидерской жестокостью. Мужчина ощущает бурю эмоций внутри себя, она всё сильнее кипит, с каждым его шагом, почти достигая точки кипения.

На мгновение, всего на одно, он колеблется, не зная, какие слова произнести.

Борьба между желанием выразить злобу и обиду, но отцовской необходимостью проявить заботу. К сожалению для всех, внутренняя буря берет верх, и он мгновенно поднимает руку, чтобы через долю секунды с силой опустить кулак своей дочери прямо в живот.

Натали слабо пищит от боли.

Тело содрогается, но солдаты крепко держат ее на ногах. Диора переполняет бесконечный поток ярости, его мысли наполняются бескомпромиссным гневом, он теряет всякое самообладание и кричит.

- Глупая девчонка! - сразу же закрывает он глаза, словно пытается укрыться от собственных слов, - Зачем ты только сюда полезла!?

Но буря внутри не утихает.

Поддавшись собственной злобе, он поднимает ногу и с силой пинает Натали прямо в живот. Громкий стон взрывается в комнате, и она, вырванная ударом, отлетает и падает на пол. Ее тело дрожит от боли, и она сворачивается калачиком, пытаясь защитить себя от дальнейшего насилия.

Диор отворачивается, закрывая глаза, и начинает глубоко дышать.

Его дыхание тяжелое и неровное, ведь в этот момент он не просто лидер или воин, он - отец, потерявший контроль над собой, мужчина, разрывающийся между любовью и ненавистью, между долгом и отцовскими чувствами.

Медленно открываю глаза, и понимаю, что мое сознание отказалось включаться.

Все вокруг мутное, зрение расфокусировано, а мысли плывут, неясные и размытые, словно я не возвращался в реальность, а пробуждался из вечной агонии. Концентрация ускользала от меня, а тело казалось чужим, не слушаясь, будто оно отказывалось признавать мою власть над ним.

Внезапно, как молния в ночной тьме, некая сила обхватила меня.

Меня… поставили на колени!?

Активировав демоническое зрение, мне удалось сделать картину мира четче, словно я посмотрел сквозь тканевую вуаль. Предо мной предстало странное зрелище: мужчина, обладающий огромной силой, наносил удар в живот Натали. От силы удара она пролетела мимо меня, словно ничего не весила.