Тайна мертвой планеты (СИ) - Че Сергей - Страница 28

Пятеро уродов вокруг нее походили на статуи. Они были каменными даже на ощупь. Биологическая версия стазиса замедляла все процессы в организме до нуля, но не влияла на механику и неживую природу.

Поэтому вшитый в запястье Эликс игломёт спокойно отсчитал отведенное время и выпустил во все стороны первую волну самонаводящихся миллиметровых дротиков.

Игломёт, несколько обойм к нему и коллекцию ядов с другими полезными наполнителями Эликс еще год назад приобрела у старого китайца, реконструктора средневековых ловушек. Теперь древнее оружие наемных убийц пригодилось.

Десятки едва заметных игл продырявили шкуры пятерых застывших мачомэнов и впрыснули в кровь химический раствор.

Игломёт выпустил вторую волну. Она прошла мимо людей и вонзилась в прозрачную оболочку цилиндра.

Оставалось только ждать.

Прошли бесконечные тысячелетия, прежде чем секундомер игломета добрался до нуля.

* * *

Космический абордаж — работа для безбашенных. Особенно если это абордаж в подпространстве. Выбрал неправильный угол стыковки или недостаточно закрепился на обшивке — и всё. Считай тебя больше нет. На скорости ветром сдуло. Ты теперь в сотне световых лет позади остался и искать тебя бесполезно.

Но это если ты идешь на абордаж по старинке, в одиночку с магнитными крючьями.

У мачомэнов была абордажная капсула. Экранированный со всех сторон контейнер с плазменным буром на носу, который на ходу врубился в корпус сарая с яйцами и за считанные мгновения продырявил обшивку.

— Ходу! Ходу! — заорал Старший, выпрыгивая наружу.

Боевой лазерный луч полоснул по стенам и чуть было не снес ему голову.

Старший перекатился за трубу и двумя выстрелами подавил роботов-охранников.

Остальные мачомэны вылезли следом и теперь толпились у капсулы.

— Сарай, он и есть сарай, как внутри, так и снаружи, — сказал Третий, разглядывая низкое помещение с деревянными стропилами и идущими вдоль стен ржавыми трубами. — Похоже на чердак дома нашей бабушки. Такой же деревянный и заваленный хламом.

— Одно непонятно, — сказал Пятый. — Как все это летает и не разваливается?

— Все дело в яйцах, — со знанием дела сказал Девятый. — Зуб даю, это какие-то генераторы.

— Потом гадать будете. Кто отстанет, тому в морду пропишу, — сказал Старший и шагнул к выходу.

Скрипучая обшарпанная лестница вела вниз мимо облезлых стен с надписями «Ксюха шлюха», «Даша из 5й квартиры дает даром» и «Спартак чемпион».

Зал с цилиндрами они обнаружили спустя битый час блужданий по коридорам и коротких боев с выпрыгивающими из ниш сторожевыми роботами.

— Все слишком просто, — хмурился Старший, постоянно озираясь. — И никакого экипажа. Только роботы.

— Тем лучше, — сказал Третий, беспечно вышагивая по проходу между цилиндрами и разглядывая застывших чудищ. — Быстрее вытащим пацанов и свалим отсюда.

— Надо еще лупоглазого козла отыскать, — добавил Пятый. — Спросить с него за лапшу на уши.

— Тихо! — шикнул Старший.

Впереди показался цилиндр-переросток.

Вблизи он казался еще больше.

Мачомэны застыли в проходе, разглядывая своих братанов и занятую ими бабу, подсвеченных красным тусклым светом.

— Я до последнего надеялся, что это мистификация, — сказал Пятый.

— По местам, — скомандовал Старший. — Нечего сиськи мять.

Он скинул с плеча рюкзак и вытащил из него пачку взрыв-пакетов.

— А вот этого не советую, — вдруг раздался с потолка спокойный голос.

Парни бросились по сторонам и спрятались за укрытиями, выставив наружу стволы.

— Расслабьтесь, вояки, — снисходительно разрешил голос. — Стрелять не в кого.

— Ты кто? — выкрикнул Старший.

— Неважно. Скажем так, владелец этого корыта.

— А кто тогда лупоглазый?

— Мой помощник. Точнее, слуга. Холоп.

— Отдаешь наших братанов. Эту бабу. И холопа. И мы сваливаем.

— Не так быстро, герой. Отдать братанов еще куда ни шло. Хотя это сломает композицию. Придется искать замену. А вот баба мне самому нужна. Да и холоп пригодится.

— Ну, как знаешь, — Старший разлепил взрыв-пакеты и поднялся.

— Стой! Мозгами пораскинь. Это биостазис. На железо он не действует. А значит от взрыва посечет осколками всех, кто внутри. Всех превратит в фарш. И твоих братанов, и бабу. А также повредит стазис у соседних экспонатов. Они выберутся наружу. Тогда вам придется разбираться не только с роботами.

Старший машинально оглянулся на другие цилиндры, где застыли разноразмерные чудища с щупальцами, метровыми клыками и кожистыми крыльями. Замер в нерешительности.

— Да он гонит, — Пятый выбрался из укрытия. — Эй! Владелец корыта! Либо ты говоришь, как отключить стазис. Либо мы разносим тут все и находим твою тушку, где бы она не пряталась.

— О! Мне самому любопытно посмотреть, где вы найдете мою тушку, — насмешливо сказал невидимка. — Но у меня другое предложение. Я отдам ваших родственников, если вы…

Он не договорил.

Упругий, едва слышный звук ударил всех по ушам, заставив пригнуться.

Поверхность большого цилиндра помутнела, пошла трещинами и осыпалась сверкающим дождем.

Пятеро освобожденных мачомэнов отпрянули от зажатой между ними бабы.

— Прекрасно, — буркнул Старший и спрятал взрыв-пакеты обратно в рюкзак. — Слышьте, ребзя. Ноги в руки и валим отсюда, пока роботы не побежали. Толстозадую с собой захватите.

Пятеро голых мачомэнов смотрели на пятерых одетых недоуменно и не двигались с места.

— Эй, парни! — подскочил к ним Третий. — Вы в себе? Бегом за нами!

Он потянул Десятого за плечо.

— Ага, — буркнул Десятый, вывернулся, схватил Третьего за голову и одним резким движением свернул ему шею.

Третий мешком повалился им под ноги.

Десятый подхватил его лазерган и выпустил очередь в Старшего. Тот едва успел прыгнуть за ближайший цилиндр.

— Да вы с дуба рухнули! — заорал Пятый, выбираясь в проход, и тут же отлетел в сторону, получив от Седьмого ногой в челюсть.

Следующие несколько минут превратились в сплошное сверкание боевых импульсов, вопли, хрипы и дым коромыслом.

Никто не заметил, как позабытая всеми баба отползла в сторону, осторожно огляделась, вскочила на ноги и сломя голову бросилась в полутьму проходов.

* * *

Всё было не так.

Всё пошло по манде, пролетело как фанера и накрылось бордовой шляпой.

План был прост. Химраствор первой волны дротиков подавлял разум мачомэнов и превращал их в послушных рабов. Заряд второй волны деактивировал стазис. После чего оставалось только захватить корабль.

Как обычно жизнь внесла в план свои коррективы.

Ультразвуковые дротики раздербанили стазис-цилиндр именно в тот момент, когда рядом нарисовались гребанные шахтеры-картографы. И взятые под контроль химраствором их брательники тут же бросились выполнять свою главную задачу. Защищать хозяйку.

Теперь голые мачомэны насмерть бились с одетыми вместо того, чтобы сопровождать Эликс в поисках невидимого владельца летающего сарая.

Надо было срочно выдумывать новый план. Но сперва стоило одеться.

Эликс завернула в одну из комнат, с широкой розовой кроватью, розовой мебелью, розовыми обоями в цветочек и плюшевыми игрушками. Распахнула шкаф и зарылась в ворох одежды. И тут же отпрянула назад. Все эти майки, юбки и штанишки только выглядели целыми и новыми, но рассыпались в пыль, стоило к ним прикоснуться.

Наконец, она выудила из ящика серую дерюжную хламиду, которая распалась только наполовину. Тихо выругалась, напяливая ее через голову. Краем глаза заметила метнувшуюся к ней тень, но не успела среагировать.

* * *

— Он назвал меня холопом, — угрюмо сказал Гнудь. — Я для него только слуга. Раб.

Тысячепал утешительно проурчал и погладил его щупальцем по сгорбленной спине.

— И это за все, что я для него сделал. Неблагодарный скот. Без меня бы он девку точно не поймал.