Ночь без звезд - Гамильтон Питер Ф. - Страница 107

— Грязный Уракус!

— А значит, не только НПБ, но и многие другие хотели бы уничтожить вас просто потому, что вы существуете.

Флориан захихикал, потом громко расхохотался.

— Что смешного? — с любопытством спросила Кастиллито.

— Ты же знаешь, меня спас Рай Эвин. Он помог нам с Паулой сбежать от Чаинга.

— Да, ты рассказал.

— Рай — дальний родственник Слвасты.

Она ухмыльнулась.

— Не думала, что у Джу столько иронии.

— Спасибо, что рассказала мне, мама. — Он обнял ее. — Я так скучал по тебе. Если бы ты велела мне остаться, я бы послушался. Ты же знаешь.

— Поэтому я никогда и не говорила такого, милый мой. Трудно быть матерью, нам всем иногда приходится отпускать ситуацию. И ты не мог оставаться в Ополе и искать там счастья. Тебе требовалось уехать, чтобы повзрослеть. И теперь ты совсем взрослый!

Флориан боялся, как бы она сейчас не расплакалась.

— Мы спасем Бьенвенидо. Вот увидишь.

— Я знаю, мой дорогой. — Кастиллито погладила его по ноге. — Только не нужно думать, будто ты неуязвим. Потому что это не так.

Кафе «Анкатра» находилось на западной оконечности набережной порта Чана. Живая изгородь из светло-лиловых кустов трасла отгораживала уютную тенистую площадку для столиков от тротуара.

В полдень Дженифа шла по краю пристани, где такелажные канаты вились на мачтах яхт, а чайки кружили над головой, внимательно следя за тем, чтобы неосторожные туристы не оставляли без присмотра пирожки или мороженое. Ноги девушки до сих пор ныли после вчерашней бурной ночи; Чаинг еще не мог толком двигаться, и ей приходилось напрягать свое великолепное тело, вдаваясь в крайности. В постели он слушался беспрекословно, и она порой гадала, помнит ли он ту ночь в больнице Ополы. Неопределенность лишь добавляла ярких эмоций.

Девушка прошла мимо внешних столиков в кафе. Внутри было темнее, с балок свешивались традиционные масляные лампы, отбрасывающие трепетные тени на маленькие черные столики. Корилла сидела на своем излюбленном месте в углу и жевала миндальный круассан, перед ней стояла чашка горячего шоколада со взбитыми сливками.

Дженифа села напротив, всем своим видом выказывая презрение.

— У тебя есть что-нибудь для меня? — спросила она элитарку.

Корилла задиристо повела плечами.

— Навалом. Хотя все — полнейшая дрянь.

Она вытащила из-под сиденья коричневый бумажный пакет. Дженифа сунула его в большую вязаную сумку, висевшую у нее на плече. По весу документов из конторы по перевозкам поняла, что придется корпеть над бумагами пару лишних часов. Она чуть не сказала: «И зачем ты их принесла?» Но тогда Корилла получила бы полное право начать ныть. И Дженифа лишь спросила:

— О чем сегодня болтают элитарии?

— О том же, о чем и вчера. Все боятся паданского апокалипсиса. Они знают, в доках Хоули произошло важное событие.

— А насколько важное, не сказали?

— Нет, просто так Ангел-воительница не стала бы показываться. Ну и болтают всякое про Флориана.

— Что конкретно?

— Говорят, у него есть оружие. Это правда?

— Нет. Он лесничий, во имя всего дрянного!

— Ладно-ладно, не надо мне голову откусывать.

— А что еще говорят об Ангеле-воительнице?

— Мало чего. Никто не знает, сможет ли она сдержать паданцев, если они захватят остальную часть Ламарна. Скорее всего, нет. Если мы их не забомбим.

— Слишком много разговоров про паданский апокалипсис, — проворчала Дженифа. — Слишком много предательской пропаганды.

Корилла закатила глаза.

— Когда-нибудь ты поймешь, что мы все в одной лодке. Единственные, кто разделяет людей, — это вы. Ну какие люди станут сотрудничать с паданцами?

Перед глазами у Дженифы сразу встала перестрелка перед клубом «У Камерона», где бандиты дрались вместе с паданцами.

— Плохие, — тихо сказала она.

— Ты сумасшедшая. Ни один человек на такое не пойдет. Мы все боремся с ними так же, как и вы, несмотря на ваше к нам отношение.

— Паданский апокалипсис — очередная элитарская ложь.

— Как паданцы-производители и Ангел-воительница? Тогда кто, по-твоему, напал на нас в переулке Фрикал?

— Кошка!

— Что за хрень!

— Тебе лучше сосредоточиться на своей работе.

— Я и так работаю по десять часов в этой дрянной конторе. Возможно, ты захочешь посмотреть документы, которые я принесла. Я не нарушаю сделку.

Дженифа надела на плечо сумку и встала.

— Завтра увидимся.

— Жду не дождусь.

Дженифа слегка улыбнулась, представив, как бы выглядела Корилла без одежды, прикованная к раме в допросной конспиративной квартиры. «Сразу бы умничать перестала», — подумала она. Интересно, согласился бы Чаинг. Смотреть бы ему понравилось, уж она бы об этом позаботилась.

— Если что-нибудь услышишь…

— Номер телефона на непредвиденный случай выучила наизусть.

Дженифа вышла и подозвала такси.

— Отель «Де Марко», — сказала она водителю.

Никто, кроме ее матери, не знал о номере в «Де Марко», находившемся в трех улицах от конспиративной квартиры. Девушка проводила там по нескольку часов каждый день, именно поэтому не успевала закончить с работой, когда Чаинг возвращался на ночь в конспиративную квартиру. Она изучала старые дела из Портлинна, которые посылала ей Яки.

Отель «Де Марко» занимал красивое старинное пятиэтажное здание с элегантным интерьером, который сохранился в хорошем состоянии. Девушка прошла через вестибюль к широкой винтовой лестнице.

— Мэм, — окликнул ее администратор.

Ему пришлось позвать ее еще раз, прежде чем Дженифа оглянулась, удивившись, что он зовет действительно ее. Но почему? Холодок пробежал по спине, она напряглась. Рука легла на бок, где под одеждой покоился пистолет.

— Что? — резко спросила она, подойдя к стойке.

Администратор глядел испуганно. Он потянулся к ячейкам у себя за спиной. В ячейке 101 — ее номер — лежала свернутая записка. Он протянул ей листок и тут же отвернулся.

Там было написано:

Бистро во дворе, капрал.

К.

Дженифа огляделась, но не заметила ничего подозрительного.

— Кто это вам дал? — потребовала она ответа.

— Записку передали Марибелль, которая работала в утренней смене. Я могу спросить ее, когда она вернется вечером.

— Неважно. Где находится бистро во дворе?

— Пройдите через бар, мэм, — показал он.

Проходя через бар, Дженифа сняла предохранитель с пистолета. Название «бистро» звучало слишком уж претенциозно для небольшого мощеного дворика одиннадцати метров в длину и шести в ширину. Пять столиков на двоих под решеткой, увитой плющом. Древние гранитные стены позади с двумя узкими прорезями окон, выходящих в переулок за отелем. И никого.

Дженифа подозрительно взглянула на дверь, ведущую на кухню. Она слышала, как шеф-повар орет на своих подчиненных.

— Сюда, капрал, — раздался женский голос.

Дженифа выхватила пистолет и осторожно пошла к задней стене.

— Кто там?

Мимо оконной прорези прошла Кастиллито. Дженифа бросилась вперед и высунула пистолет сквозь щель. Кастиллито исчезла из вида, а Дженифа ни под каким углом не могла разглядеть переулок.

— Убери руку, или я ударю по ней железным прутом, — сказала Кастиллито.

— Дрянь!

Дженифа посмотрела наверх, гранитная стена — не меньше четырех метров в высоту, забраться на нее невозможно. «Поставить столы друг на друга?» Но решетка превратила внутренний дворик в клетку. Что-то крепко ударило ее по руке в виде предупреждения. Дженифа в ярости убрала пистолет. Затем навела ствол на щель под самым широким углом, но Кастиллито стояла вне поля зрения. Слева, это Дженифа точно знала.

— Что вам нужно?

— У меня есть для тебя информация. Относительно твоего начальника, капитана Чаинга. Того, кто предал тебя в Ополе.

Дженифа сжала зубы и снова выставила пистолет в щель.

— И что насчет него?

— Старые дела, которые ты просматриваешь в своем номере наверху, не откроют тебе тайны.