Своенравная пленница - Финч Кэрол - Страница 52

— А что приносит индейцам удачу?

— Всего не перечесть! — воскликнул Капкан, поставив локти на стол и подперев кулаками подбородок. — Например, синица-черноголовка! Если эта птаха чирикает возле деревни, это считается доброй приметой. Индейцы уверены, что именно она сотворила мир. И еще им помогают водяные, обитающие в горячих источниках.

Розалин навострила уши и покосилась на Ястреба, сидящего на противоположном конце стола: его снисходительная ухмылка, казалось, говорила: «Ведь я предупреждал!»

— Наверное, все вы встречались с духами? — сказала Розалин, чтобы поддержать разговор. — Они не заманивали вас в свои горячие ключи?

— Да, только там и купается наш Капкан, — сверкнул глазами Мохнатый. — За исключением тех редких случаев, когда ему приглянется какая-нибудь симпатичная дамочка вроде вас.

— Это неправда! — возмутился Капкан.

Пока их перепалка не переросла в потасовку, Розалин задала новый вопрос:

— А хорошо ли ловятся в этом году бобры? Капкан поспешно ответил:

— Вот уже несколько лет мы добываем на этой реке бобров благодаря Ястребу, получившему разрешение на лов от индейцев кроу. Но ему так и не посчастливилось найти ту легендарную долину, где дичи больше, чем звезд на небе, а бобры такие толстые и глупые, что дерутся за право попасть в капкан.

Розалин удержалась от смеха лишь потому, что Ястреб строго на нее взглянул. Своим недоверием девушка оскорбила бы охотников! Они свято верили в местные легенды и были суеверны, как индейцы. Ну какой нормальный человек поверит, что бобр добровольно сунет лапу в зубастый капкан и будет терпеть боль, чтобы угодить трапперу?

Решив лучше молча слушать забавные байки, чем спорить с трапперами, Розалин узнала еще множество преданий: о лавинах в горах и пыльных бурях, о свирепых индейцах, нападающих на охотников, о Вендиго — бобре-людоеде, и, конечно, о лешем, морочащем людям голову. Многие из этих небылиц Розалин слышала от Медвежьего Когтя. Говорливые дружки Ястреба были готовы развлекать ее до утра, и в конце концов она перестала понимать, что в их сказках ложь, а что — правда.

Часа через два они вывели ее подышать на площадь. Там собралось множество охотников, некоторые с музыкальными инструментами. Они принесли с собой скрипки, губные гармоники и бубны. Начались буйные пляски, в которые, помимо Розалин, втянулись еще несколько индианок — жен белых охотников. Трапперы, перебравшие виски и рома, танцевали друг с другом. Те же, что потрезвее, норовили поплясать с дамами.

Розалин стоически терпела эти забавы, пока двое пьяных не начали давать рукам волю. Черный Орел схватил Розалин и потащил за угол, а Рыжий Теленок охотно ему помогал. Розалин отхлестала Черного Орла по щекам и принялась приводить в чувство его приятеля. Но Черный Орел выкрутил ей руки за спину, а Рыжий Теленок полез целоваться. Любвеобильным наглецам помешал приятель Ястреба по прозвищу Два Пса: без лишних разговоров он приставил Рыжему Теленку нож к боку и, криво усмехнувшись, наставительно сказал:

— Леди пришла потанцевать! Так что советую вам, черти, выбросить из башки грязные мысли. Иначе обоим не поздоровится.

Он ударил ребром ладони по запястью Черного Орла с такой силой, что тот выпустил Розалин.

— Она наша! — зарычал Рыжий Теленок. — Найди себе другую!

— Вы, ребята, похоже, меня не поняли! — прижал нож к пузу Рыжего Теленка защитник Розалин. — Не испытывайте мое терпение. Прочь с моих глаз!

Дебоширы неохотно удалились, окинув соперника недобрыми взглядами. Розалин расправила платье и, благодарно улыбнувшись спасителю, позволила сопроводить ее до площади, где веселье было в разгаре. Она поискала в толпе танцующих Ястреба, по, к ее огорчению, его там не оказалось. Розалин нахмурилась: неужели он обиделся и оставил ее без присмотра?

— Ястреба здесь нет, — сказал Два Пса, заметив ее растерянный взгляд. — Он пошел проведать родственников. Но вы никого не бойтесь, мадам! Мы с друзьями не дадим вас в обиду.

— Он мог бы и предупредить меня, — обиженно сказала Розалин, с опаской косясь на пьяных охотников.

— Не в его натуре делиться с другими своими планами, — пожал плечами Два Пса. — Он себе на уме, тут все такие. Придется вам привыкнуть, что мужья не докладывают женам, куда и зачем они уходят.

Два Пса нахмурился, почуяв неладное. Он уже заметил, что Ястреб ведет себя странно, словно он чем-то встревожен. Сердце подсказывало бывалому охотнику, что между Ястребом и Розалин все не так просто. Почему он привез с собой в форт городскую красотку? Нет, Ястреб что-то скрывает от друзей. Два Пса готов был дать на отсечение левую руку, если это не так! Сгорая от любопытства, он задумал любой ценой выведать правду.

Два Пса решил увести Розалин от пьяной толпы и, взяв ее под локоть, потащил к дому Ястреба. Она не возражала: ей хотелось поскорее лечь, отдохнуть и насладиться тишиной. Но тревога, вызванная внезапным исчезновением Ястреба, не отступала.

Заметив, что девушка загрустила, Два Пса ободряюще пожал ей руку.

— Я вижу, вы еще не привыкли к местным обычаям. Здесь, в горах, люди порой кажутся чересчур резкими и шумными, но у них добрая душа. Ничего не бойтесь.

Войдя в дом и усадив девушку в кресло, Два Пса устроился на стуле напротив и спросил без обиняков:

— Ведь на самом деле вы не женаты? На вас нет обручальных колеи. Уж Ястреб-то наверняка позаботился бы, чтобы все было, как положено! Он не оставит свою супругу без золотого кольца. Внешне он такой же неотесанный грубиян, как и все мы, но у него манеры джентльмена! Это у него от отца.

— Вы его знали? — спросила Розалин. — Может, вам известно, из-за чего враждуют Дюбуа и Бодлеры?

— Дюбуа? — удивленно посмотрел на нее Два Пса. Внезапно его словно озарило. Зачем бы этой девчонке задавать такой вопрос, не принадлежи она сама к семье Дюбуа? Два Пса откинулся на спинку стула и воскликнул:

— Разрази меня гром, если вы не дочь Обри Дюбуа! Вот это новость!

— Боюсь, вы угадали, — произнесла Розалин.

Два Пса запустил в волосы пятерню, почесал макушку и прорычал, стукнув кулаком по столу:

— Вес ясно! Прошлой осенью Ястреб обещал нам разделаться с Обри Дюбуа. Для этого он и отправился в Сент-Луис! Сегодня утром он сказал, что дело в шляпе. Я тогда еще подумал: а что он имеет в виду? Но теперь многое прояснилось. Он взял вас в заложницы, верно? Надеется заставить Обри снизить цены на товары. Я угадал?

— Похоже, все обстоит именно так, — кивнула Розалин. — Но вы мне не ответили! — Она пристально посмотрела на собеседника.

— Наберитесь терпения и ответьте мне еще на один вопрос, — сказал Два Пса. — Держит ли Ястреб вас в заложницах, надеясь получить выкуп, или же он принуждает вас к… — Траппер смутился, не зная, какое словечко употребить.

— Вы правы, — торопливо кивнула Розалии, отнимая у него инициативу. — Нас нельзя назвать законными супругами. И похитил он меня из Сент-Луиса, чтобы добиться уступок от моего отца. Однако между нами довольно сложные отношения. Вы меня понимаете?

Два Пса наморщил лоб, почесал в затылке и задумчиво изрек:

— Сдается мне, что Ястребу не оставалось ничего другого, как вас похитить. Но теперь его затея уже не радует вас обоих. Да, положеньице…

Из груди Розалин вырвался вздох. Взглянув собеседнику в глаза, она сказала:

— Я стала пешкой в этой игре! Мне все равно не выиграть. Однако я хочу понять, почему отец ненавидит Бодлеров? И почему нам с Ястребом не суждено пожениться? Я буду вам очень признательна, если вы меня просветите.

Два Пса нервно достал из кармана трубку, прикурил от лампы и выпустил к потолку струйку дыма, явно не торопясь ответить.

— Признаться, я не усматриваю причин, мешающих вам узнать правду, — издалека начал он, глядя на кольца дыма. — Но вправе ли я раскрывать чужие тайны?

Розалин ожидала услышать совсем другие слова. Ей требовался четкий и ясный ответ, проливающий свет на тайну ее папаши. Но упрямый подбородок траппера говорил о том, что из этого человека она ничего не вытянет. Стиснув зубами мундштук, он упрямо молчал, сверля ее глазами. Проклятие! Кто же нарушит заговор молчания? Как же ей жить, не зная, с кем сражаться и ради чего?