Своенравная пленница - Финч Кэрол - Страница 43

Однажды за чаем она спросила, готов ли старик оказать ей услугу.

— Любую! — великодушно воскликнул Медвежий Коготь. — Кроме одной: я не раскрою тебе рецепта приготовления своих коронных блинчиков! — с хитрой улыбкой добавил он.

— Не беспокойся, я не собираюсь выведывать твою тайну, — рассмеялась девушка. — Хочу попросить тебя о другом. Научи меня самому важному, что необходимо для жизни в горах. Я чувствую себя здесь чужой, а хочу знать и уметь все, как Ястреб.

Медвежий Коготь нахмурился, озадаченный такой просьбой, но, подумав, ответил:

— Быстро всему не научишься, малышка! Но почему бы не попытаться?

С тех пор Медвежий Коготь начал учить Розалин искусству выживания. Он ей показывал, как свежевать убитого зверя, заготавливать впрок мясо и рыбу, кроить и шить меховую одежду. Когда пришло время учиться стрельбе, Медвежий Коготь сначала проверил, как Розалин владеет пистолетом, и только потом дал ей в руки ружье.

— Ноги расставь пошире, плотнее прижми к плечу приклад, — командовал он. — Держи ружье крепко и уверенно!

Розалин вскинула ружье к плечу и выстрелила. Отдача оказалась настолько сильной, что бедняжка упала навзничь — казалось, ее лягнул мул. Медвежий Коготь объяснил, в чем ее ошибка:

— Ты поторопилась и слабо прижала приклад к плечу. Не расстраивайся, малышка, со временем будешь стрелять не хуже меня.

Потом они отправились к ручью. Старик велел ученице взять капкан на бобра и войти в воду. Пока она его опускала на нужную глубину, ощупывая дно руками, старик протянул цепь от капкана к берегу и вбил в одно из звеньев острый колышек. После этого он сунул веточку ивы в полый олений рог и передал все это Розалин.

— Осторожно положи приманку в капкан, — сказал он. — Теперь он пахнет мертвой бобрихой. Бобер учует этот запах и станет скрести лапой по дну. Тут капкан захлопнется и утянет зверька под воду. Он утонет прежде, чем успеет отгрызть себе лапу, чтобы освободиться. Поняла, дочка?

Розалин была поражена жестокостью лова бобров, ее пронзила жалость к несчастным зверям, готовым покалечить себя, чтобы остаться на воле. Внезапно ее нога подвернулась на скользком валуне, и Розалин, испуганно вскрикнув, упала в ледяную воду.

— Какая растяпа! — виновато пробормотала она, дрожа от озноба, когда Медвежий Коготь вытащил ее на берег. — У меня ничего не получается с первого раза.

— Наберись терпения, дочка, со временем всему научишься! — успокоил ее старик.

К концу недели Розалин была готова кричать от отчаяния, вновь и вновь слыша эту фразу. Сооруженный ею шалаш из жердей и звериных шкур тотчас же развалился: нужно было потуже затянуть крепежные ремни. Розалин после этого долго собирала шкуры и бубнила себе под нос:

— У меня все получится! Не нужно волноваться! Рано или поздно я стану бывалой охотницей. Вот только доживу ли я до этого дня?

— А кто обещал тебе легкую жизнь в горах? — спросил Медвежий Коготь, вновь вбивая опорную жердь. — Тренируйся почаще! Кстати, не хочешь ли вновь соорудить себе теплую постельку?

Он расхохотался, вспомнив, как учил Розалин устраивать на горячих углях ложе для ночевки на открытом воздухе. Нерадивая ученица поленилась насыпать поверх кострища побольше земли. И едва она устроилась в своем гнездышке, накрывшись одеялом, как оно вспыхнуло, и постель превратилась в настоящую жаровню. Медвежий Коготь не дал Розалин зажариться заживо, вовремя окатив ее холодной водой.

— Ну так как? — лукаво прищурился охотник. — Будем раскладывать костер?

Розалин обиженно нахмурилась:

— Вчера я едва не поджарилась. Давай повременим хотя бы недельку, пусть заживут ожоги. А то мне трудно даже сидеть.

Когда она одолела хитрую науку сооружать шалаш, Медвежий Коготь показал ей, как свежевать бобров и скоблить шкурки. Розалин особенно гордилась тем, что овладела этими навыками, ни разу не порезавшись.

Постепенно она училась занятию следопыта, охотника и зверолова. Недели упорного труда пошли ей на пользу: она не только узнала много полезного, но и реже думала о Ястребе. Медвежий Коготь не давал ей скучать и по вечерам: он рассказывал увлекательные истории, под которые она легко засыпала, уверенная, что бывалый горец сбережет ее покой.

Однажды, отведав супа из бобровых хвостов и кукурузных лепешек, испеченных Розалин, Медвежий Коготь заявил, что отныне она вполне готова к самостоятельной жизни.

— Мой птенчик, похоже, оперился! — улыбнулся он.

— Благодарю, месье! — расплылась в улыбке стряпуха, сделав ему реверанс. — Всеми своими успехами я обязана вам, опытному наставнику.

Медвежий Коготь выглянул в окно и весело ей подмигнул: к хижине приближался одинокий всадник. Розалин вскочила из-за стола и выбежала наружу — встречать того, кто так долго являлся ей только во сне.

Ястреб тоже обрадовался, увидев девушку, бегущую ему навстречу. В ее голубых глазах плясали чертенята, нередко являвшиеся ему по ночам в последнее время, а блестящие длинные волосы цвета воронова крыла струились по ветру, словно хвост дикой кобылицы. Взгляд охотника скользнул по фигуре Розалин: одежда из оленьей замши подчеркивала ее прелести. Лицо красавицы светилось радостью и счастьем.

Она повисла у него на шее, и Ястреб смущенно закашлялся, почувствовав возбуждение. Ему хотелось бросить поводья и винтовку и заключить девушку в объятия.

Поцелуи Розалин был столь горяч, что Ястреба бросило в жар, и он смущенно пробормотал:

— Ты так крепко меня обнимаешь! Я могу подумать, что ты и впрямь по мне скучала.

Розалин обиженно тряхнула головой и отстранилась, задетая его словами. Она забрала у него поводья и отвела уставшую лошадь в сторонку, чтобы стреножить.

— Мне было не до скуки, — бросила она через плечо. — Медвежий Коготь оказался прекрасным собеседником и многому меня научил, Я даже не заметила твоего долгого отсутствия. А сколько времени тебя не было?

Лицо Ястреба вытянулось, и он хрипло произнес:

— Три недели и три дня! — Ястреб хмуро взглянул на старого горца, весьма озадаченный словами Розалин. — И чем же вы занимались в мое отсутствие?

Медвежий Коготь довольно осклабился.

— Легче составить список того, чем мы не занимались! Верно, Розалин?

— По-моему, ты обучил меня всему на свете! — ответила она, поглядывая на могучего старца с уважением.

Их дружеский тон явно пришелся Ястребу не по вкусу. Как только Розалин ушла в хижину, хозяин становища недобро взглянул на довольно ухмыляющегося старика.

— Сдается, ты успел привязаться к юной леди! — с угрозой в голосе прорычал он.

— Розалин — чудесное создание, — благодушно отозвался Медвежий Коготь, отвязывая от седла Ястреба связку шкурок. — Я давно не испытывал такого удовольствия и теперь жалею, что столько лет прожил бобылем!

Ястреб схватил старого охотника за локоть и повернул его к себе лицом.

— Раньше я во всем тебе доверял! Думал, что и на сей раз смогу на тебя положиться! Да как ты посмел…

— Успокойся! Не нервничай, это вредно, — хохотнул старик, легко высвободив руку из цепких пальцев Ястреба. — Розалин попросила обучить ее искусству выживания в дикой местности, и я выполнил эту просьбу. Надеюсь, мне не нужно тебе напоминать, что я гожусь ей в отцы! Мы с ней стали добрыми друзьями, вот и все. Она твоя женщина, Ястреб! И ее чувства к тебе искренни, намотай это на ус!

— Она так сказала? — прищурился Ястреб.

— К чему слова!.. — вздохнул горец. — Я вес прочитал в ее глазах и на твоей физиономии, когда вы обнимались. Ты слишком привязался к дочери Обри Дюбуа, малыш! Но именно с этой женщиной тебе не следует связывать жизнь.

Ястреб растерянно посмотрел на дверь избушки.

— Что же мне делать? — дрогнувшим голосом спросил он.

Медвежий Коготь ободряюще сжал ему плечо:

— Делай то, что следует: отпусти Розалин домой, как обещал. Надеюсь, ты и сам это понимаешь?

Ястреб покачал головой и побрел в дом. За обедом он не сводил с девушки глаз. Горный воздух разрумянил ее щеки, а голубые глаза светились счастьем, когда она ловила на себе его взгляд. Ястреб с трудом сдерживал желание немедленно выставить старика за дверь и остаться с любимой наедине. Три недели он мучился в ожидании этой встречи, а вернувшись домой, подвергся новой пытке.