Ступень Четвертая. Часть первая (СИ) - Видум Инди - Страница 48

— Тогда нужно просить о помощи Марту. Она в этом точно лучше Полины разбирается. — Посмотрел на расстроенные лица парней и решил: — А Полину придадим ей в усиление, при условии, что она не будет филонить с учебой. Ни с какой. Ее вообще нужно посильнее нагрузить.

На самом деле Полине предстоит еще определить наказание, причем такое, чтобы император остался удовлетворенным. Не думаю, что он не поинтересуется, что я решил по поводу своей проштрафившейся подчиненной, а значит, формальным наказание быть не может. Но сейчас однозначно не до этого.

— Ей сейчас восстанавливаться нужно, — проворчал Тимофей. — А не нагружаться. Нагружать можешь вон нас с Деном.

— Кстати. — Я извлек последнюю сдохшую мышь и снял с нее стазис. — Можешь определить, отчего она умерла?

— Она дохлая, — заметил Тимофей, — поэтому у нее все не как должно быть в норме. Если бы была свежеумершая…

— Да я и так ее в стазис запихнул почти сразу после смерти.

— Не сразу. Пара минут прошла точно, — возразил Тимофей. Мышь он изучал весьма тщательно, потом заключил: — По органам у нее вроде все нормально. Смерть наступила мгновенно. Отчего, не скажу. Я целитель, а не патологоанатом.

— А патологоанатом скажет? — заинтересовался я, убирая мышь опять в стазис.

— Понятия не имею, — ответил Тимофей. — Мелкий объект очень. Вряд ли патологоанатомы занимаются мышами. А где она умерла?

— В потенциально враждебной среде, — уклончиво ответил я. Рассказывать про пространственный карман я решил не торопиться, все равно пока никто из моих учеников не сможет овладеть этой методикой. — Вот и хотел понять, чем она враждебна. Потому что неживое в ней отлично сохраняется. И живое в стазисе — тоже.

— Это где? — заинтересовался он.

— Потом расскажу. Мне бы понять причину, по какой она сдохла.

— Рад бы помочь, но увы. — Тимофей только огорченно развел руками. — Понимаешь, живое и мертвое выглядит по-разному, и мне с мертвым неприятно работать, очень неприятно. Это как-то связано с тем, что случилось с Полиной?

— Совсем никак, — признал я. — Но потенциально полезное для клана направление. Я думаю, ты со временем оценишь. И Денис тоже.

Свет в общей комнате опять замигал и окончательно погас. Парни ушли к себе, а я продолжил набрасывать защитный контур. Замкну его, когда все будут в сборе и можно будет привязать ауры, но основную работу сделаю сейчас. И еще нужно будет попросить у Ефремова защитные артефакты преступников и проверить, сработают ли на них мои стазисные ловушки, и если нет — придется дорабатывать. Но вообще нужно поставить сигнализацию на все предметы с магией, даже самые слабые. Кто знает, что из себя представляет Ангелина, которой заменили Полину, может, она окажется еще податливей на комплименты и у нас вся гостиная будет завалена маячками?

Закончил с заклинаниями я примерно через час, а потом занялся, нет, не пространственным карманом, а расшифровкой ключа от записей Соколова. Прежде чем заниматься увеличением длительности работы защитной сферы, нужно для начала проверить, сохранит ли она в принципе в пространственном кармане жизнь мыши.

Интелюдия 15

Полина делилась с сестрой, выдавливая из себя объяснения вперемешку со слезами и жалобными восклицаниями: «А я!», «А он», «Ну как он мог со мной так поступить!!

Аня ее слушала, слушала, а потом выдала:

— А знаешь, что с тобой сделали бы Глазьевы, устрой ты такое?

— Что? — всхлипнула Полина, подняв залитые слезами глаза на сестру.

— А ты подумай. Если тебя по подставному обвинению отправляли в зону без магии, то за то, что ты поставила клан на грань исчезновения, они бы тебя вообще убили, — спокойно сказала Аня.

— За что? — удивленно выдохнула Полина.

— За то, что глава клана тебе сказал не принимать подарки от Сысоева, а если уж очень хочется, то не тащить в общую комнату с Тумановой. Ты притащила. Как результат — ее похитили.

— Ой, это же государственная тайна, — ойкнула Полина. — Я тебе не должна была говорить…

— И это тоже. Тебе стоит подумать над тем, чего ты не должна была говорить, но говорила, и чего ты не должна была делать, но делала. Обдумай, пока не поздно, иначе всю жизнь просрешь, — зло бросила Аня. — Тебе повезло, а ты вместо того, чтобы вцепиться зубами в свое место, делаешь все, чтобы тебя с него выставили. Хочешь, чтобы тебе заблокировали знания и отправили к родителям?

— Не заблокируют, — уверенно ответила Полина. — Работать с растениями больше никто не может. Я уникальный специалист.

Она чуть пренебрежительно посмотрела на сестру.

— Я тоже была уникальным специалистом, не забыла? А потом у меня напрочь заблокировали знания. Полина, я в толк не пойму, чего ты добиваешься? Проверяешь, насколько у Ярослава хватит терпения? Добьешься того, что он не захочет тебя видеть.

— Ты на его стороне, а должна быть на моей, — обиженно сказала Полина. — Я чуть не умерла, а меня выставили из школы.

— А могли отправить в камеру при Императорской гвардии. Есть такие специально для магов. И твое «Я чуть не умерла», — Аня передразнила сестру необычайно противным голосом, — не будет являться смягчающим фактором. Ты чуть не умерла по своей глупости, потому что нарушила прямой приказ главы клана, у которого от этого тоже наверняка неприятности, причем несоизмеримые с твоими. Масштаб не тот. Ты вообще соображаешь, что для тебя сделал Ярослав? Он добился, чтобы тебя приняли в «Крылья Феникса», попросил об этом самого императора, и чем ты ему отплатила?

— Но я ничего такого не хотела…

— А чего ты хотела?

— Я хотела, чтобы он меня ревновал… — Полина опять всхлипнула. — Я же ему нравилась. Почему он так?

И она опять горько заплакала.

— Ты не учитываешь, что нравилась не ему, а тот, кому ты нравилась, не нравился тебе. Что же касается нынешнего Ярослава, то ему ты точно не понравишься, если будешь усиленно раздражать, — не без удовольствия пояснила Аня. — Сейчас ты пытаешься разрушить то, что он делает. Думаешь, это кого-то приведет в восторг? Ты радуйся, что тебя, как ты говоришь, сослали в поместье, а не просто выпнули. Ты вытащила золотой лотерейный билет и усиленно пытаешься им подтереться. Спустить шанс в унитаз.

— Он смотрит на Туманову, — пожаловалась Полина. — А она на него.

— И ты решила, что если ее убьют, он будет смотреть на тебя?

— Ты что? — испугалась Полина. — Ничего такого я не думала. Я не подозревала, что в игрушке маячок для телепорта. Я только хотела подразнить Ярослава. Привлечь к себе внимание.

— Привлекла? Поль, я понимаю, на что ты нацелилась, но намекну: вряд ли он женится по собственному выбору. Так что перестань витать в облаках и, если не хочешь быть вечной любовницей, то закатай губу и оглядись вокруг.

— Как это сделала ты? — с вызовом спросила Полина.

— Как это сделала я, — подтвердила Аня, ничуть не обидевшись. — Если хочешь знать, Роману мое счастье с другим очень не по нраву. Мне кажется, я ему сейчас куда интереснее, чем когда была готова ради него на все. Да только я свой выбор сделала, когда он от меня отказался. И он за это еще заплатит.

Она столь нехорошо прищурилась, что Глазьеву непременно стало бы не по себе, если бы он это увидел.

— Вот теперь, Ань, уже ты витаешь в облаках. Как ты собираешься отомстить второму лицу клана, с которым наш не пересекается?

— Я работаю над этим. Но тебе даже намекать не буду, потому что ты не умеешь держать язык за зубами.

Глава 24

На дальнейшей расшифровке ключа я завис, никак не мог сосредоточиться в достаточной степени, чтобы включиться в работу и не отвлекаться на посторонние размышления, поэтому решил дать себе отдых. Да, вопрос с Накрехом не такой, который можно отложить в дальний ящик, а то и вообще забыть, но от того, что я не высплюсь, разгадка не приблизится.

Снилась мне всякая дурь. Накрех в виде гниющего тела сражался с Дамианом, который тоже выглядел как до излечения от проклятья, которое на него отправила Илинель до исчезновения. Причем сражались они не магией, а зубами и когтями. Дамиан и тут выпендрился — когти у него были с позолотой и алмазным напылением. Друг друга маги нехило потрепали, но я бы не сказал с определенностью, кто их них окажется победителем. У Дамиана были алмазные когти, но Накрех брал опытом.