Истинная на одну ночь (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 8

Мимо нас как раз проходил официант с подносом, и мы взяли по бокалу прохладного фруктового напитка. Все гости были в масках, но я не сомневалась, что старые знакомые наверняка заранее сообщали друг другу, кто из них будет в каком костюме, или находили возможность подать какой-то знак уже здесь. К счастью, я сама здесь никого не знала, и маска на лице позволяла мне укрыться от любопытных взглядов, которые я то и дело замечала на себе.

– Не беспокойся, дорогая, я не собираюсь ни с кем здесь разговаривать, так что наше инкогнито будет сохранено. Но не обижайся на меня, если в скором времени я ретируюсь отсюда в более спокойное место. В дворцовой библиотеке есть прелестные диванчики, на которых можно прекрасно подремать до утра.

– Нет-нет, тетушка, – запротестовала я, – зачем же вам идти на такие жертвы? Я уже вполне удовлетворила свое любопытство и после первого же танца мы можем уехать домой.

Я уже успела восхититься сияющими хрустальными люстрами, росписью потолков и великолепными картинами на стенах. Мне уже было что рассказать Джорджине, если бы когда-нибудь я решилась признаться ей, что мы посетили этот бал.

– Ну, что ты, дорогая! – воскликнула Патриция. – Уезжать из королевского дворца раньше, чем наступит утро, считается дурным тоном. На таких балах принято танцевать до упаду. Можешь не сомневаться, что туфельки дам будут стоптаны до дыр.

– Танцевать целую ночь? – ужаснулась я. – Но это же немыслимо!

– О, так кажется только поначалу! Когда я была молода, мне каждый раз казалось, что бал заканчивается слишком рано. Так что танцуй, веселись и не вздумай искать меня раньше, чем гости начнут разъезжаться.

Располагавшийся на балконе оркестр заиграл громче, и церемониймейстер подал знак к началу танцев. Возле меня тут же оказался высокий худощавый мужчина в военном мундире. Он поклонился и звякнул шпорами.

– Надеюсь, вы не откажете мне, мадемуазель?

Этот танец был мне хорошо знаком, и я, заручившись одобрительным кивком тетушки, вложила свою руку в руку кавалера.

Первые движения дались мне нелегко – я чувствовала смущение, боялась ошибиться и была скована. Но мой партнер был достаточно искусен, и я могла надеяться, что мы выглядели ничуть не хуже других пар.

Вслед за первым танцем пришел второй – и едва я успела выпить лимонаду и немного отдышаться, как меня пригласил другой кавалер. Потом третий.

Я старалась разговаривать с кавалерами как можно меньше. Мне достаточно было того, что я могла наслаждаться прекрасной музыкой и танцевать.

После третьего танца я решила сделать перерыв – мне казалось неправильным, что тетушка вынуждена была сейчас сидеть в библиотеке в одиночестве, и я решила разыскать ее и отнести ей бокал с лимонадом.

Но сделать этого я не успела – потому что снова заиграла музыка, а в нескольких шагах от себя увидела мужчину в синем камзоле, на плече которого сидел маленький золотистый дракон. И это было так необычно и забавно, что я рассмеялась.

Мне показалось странным, что никто из гостей не обратил на дракончика никакого внимания. И только потом я поняла, что, кажется, его никто не видел. Никто, кроме меня.

Глава 11. Ричард

Я услышал чей-то звонкий смех и остановился. Смеялась девушка в красивом синем платье. При этом смотрела она именно на меня.

Маска скрывала мое лицо, и в зале еще никто меня не узнал. Маски было запрещено снимать до самого отъезда из дворца – за соблюдением этого права следили неукоснительно. Нарушителей лишали приглашений на следующие балы, поэтому таковых бывало немного. Даже кареты, в которых гости приезжали во дворец, должны были быть без гербов.

Полное инкогнито давало возможность чувствовать себя на балу-маскараде абсолютно свободно. Можно было флиртовать, шутить, танцевать и не думать при этом, что строгое общество обвинит тебя в нарушении правил приличия.

Я не знал, кем была эта девушка в синем платье. А она не знала, кем был я. Но почему-то она смотрела на меня и улыбалась.

Она была среднего роста, стройная, у нее были тонкие изящные руки и прелестные розовые губы. Наверно, даже если бы она не засмеялась, я обратил бы на нее внимание.

– Что вас так рассмешило, мадемуазель? – спросил я, остановившись рядом с ней.

Ее глаза сверкнули в прорезях маски.

– Простите, сударь, должно быть, мой смех показался вам неуместным, – она извинилась, но улыбка по-прежнему играла на ее губах.

– Нет-нет, я совсем не это хотел сказать! – мне отчего-то совсем не хотелось, чтобы она перестала улыбаться. Тем более – из-за меня. – Просто вы смеялись, глядя на меня, и я подумал, что что-то не в порядке с моим нарядом.

Она покачала головой:

– С вашим нарядом всё в полном порядке, сударь! Но ваш прелестный дракон – на него невозможно не засмотреться!

Я вздрогнул. Дракон?

Да, мой дракон сидел у меня на плече. Но разве его мог видеть кто-то, кроме меня? Конечно, нет! А потому ее слова прозвучали для меня по меньшей мере странно.

– О каком драконе вы говорите, мадемуазель?

Мне показалось, что она немного смутилась. Но смотрела она при этом точно на то место на моем плече, где сидел мой дракон.

– О, простите, сударь, – пролепетала она. – Возможно, мне просто показалось.

Она развернулась, намереваясь уйти, но я не позволил ей этого сделать.

– Подождите, мадемуазель!

Я едва не схватил ее за руку, но вовремя спохватился, что это могло ее напугать. Поэтому я просто обогнул ее и снова оказался перед ней.

– Прошу вас, скажите мне, как он выглядит! Вы можете его описать?

Играла музыка. Начинался следующий танец, и пары выходили в центр зала. Но мы с незнакомкой не двигались с места.

– Описать? – переспросила она. – Да, конечно! Он маленький – как кошка – и огненно-рыжий.

Я услышал, как Арчи фыркнул мне прямо в ухо. Но, как ни странно, он не обиделся и не исчез. И в его обращенном на незнакомку взгляде не было ни возмущения, ни злости – только любопытство. Он тоже словно изучал ее и изучал с удовольствием. Еще ни к одной особе женского пола он не проявлял такого интереса.

Хотя сравнить дракона с кошкой было просто возмутительно!

– А теперь скажите вы, сударь! – вдруг потребовала она. – Этот дракон действительно существует? Или он плод моего воображения? Второе было бы не удивительно, если учесть, как здесь душно.

Она была восхитительно очаровательна. И я был почти уверен, что никогда прежде не разговаривал с ней. И всё вокруг – и эта зала, и музыка, и гости – словно исчезли. А были только я и она.

– Вам душно? Мы можем прогуляться по парку. Поверьте – там очень красиво.

Она ответила не сразу – должно быть, решала, прилично ли будет принять такое приглашение от незнакомого мужчины. И кажется, ответила на этот вопрос утвердительно.

– Это было бы чудесно, сударь! Но на улице очень холодно!

А вот это не было проблемой. Моей магии вполне хватало на то, чтобы создать что-то вроде теплого кокона, который обволакивал бы нас обоих.

Мы вышли из залы, прошли по длинному, ярко освещенному коридору. Я повел ее не к парадному входу, где наверняка было много народа, а в сторону картинной галереи, из которой тоже был выход на улицу.

В отличие от гостей, слуги угадывали меня безошибочно. Но им дано было указание никак не выделять меня из толпы, а потому находившийся в галерее лакей, распахивая двери, поклонился нам ровно так же, как поклонился бы любой другой паре.

Снежинки сразу полетели нам в лицо, и я взмахнул рукой, собирая свою магию вокруг нас. Арчибальд, помогая мне, тоже засуетился.

Мы шли по заснеженной дорожке вровень, но на некотором расстоянии друг от друга – причиной этого было и пышная юбка ее платья, и тот факт, что мы не были знакомы. Я боялся напугать ее неосторожным словом или движением.

Она восторженно разглядывала магические фонари на столбах и деревья и припорошенные снегом мраморные скульптуры. А ее восторг приводил в восторг меня самого.