Ступень Пятая (СИ) - Видум Инди - Страница 46

Он в голос расхохотался, как если бы я сказал что-то смешное. Новую шутку, которую он ни разу не слышал ни в том мире, ни в этом. Но мне вовсе не было смешно, потому что учитель сейчас ходил по краю.

— Мы не знаем, что им передал Дамиан. Один раз он вас уже убил, — напомнил я.

— Направленным проклятием на конкретного человека. Даже если Дамиан поделился с ними столь ценным способом умерщвления ближнего своего, откуда Тумановым знать, кто я?

— Могут на меня подумать.

— Не могут. Я всегда, проникая во дворец, рассчитывал, чтобы у тебя было алиби. Так что подумали бы на Накреха.

— Или еще на одного вселенца.

— Это даже лучше. Будут сильнее трястись за свое место и подозревать в желании его занять не только Накреха, но и тебя.

— Меня?

— А ты думаешь, чего они так возбудились? Ты их пугаешь именно этой возможностью, а не одним своим существованием.

Это надо было обдумать, поэтому я переключился на другую тему.

— А вы пугаете Дамиана. Неужели все же удалось пройти через пространственный карман туда и обратно?

— Удалось. Хотя там место выхода то, где было последнее открывание. Повезло, что у меня это случилось во дворце, а не в собственном доме, а то мог бы подцепить проклятие по новой.

— То есть вы вышли в той комнате, которая считалась вашей во дворце? — уточнил я, невольно, представляя, как бы это выглядело для стороннего наблюдателя.

Незнамо с чего пространство вдруг разрезается и оттуда вылезает незнакомый мужик в чуждой одежде. Этак наблюдающий может решить, что уже допился до галлюцинаций… И неизвестно, как бы он отреагировал: походом к целителям душ или воплем на весь дворец. Повезло Сухову, что там никого не было. Почему я думаю, что не было? Потому что и бывший учитель сейчас совсем другим тоном бы рассказывал и претензии от Дамиана были другими.

— В той самой, — подтвердил Сухов. — Даже ностальгия на некоторое время обуяла, потому что ничего там не менялось и никто после меня не жил.

— А если бы кто-то был?

— Я же не действовал без проверки. Осторожно приоткрыл, огляделся и только после вылез. Даже закрывать не стал, чтобы иметь возможность быстрого отступления.

— После того как подкинешь записку?

— Не одобряешь? Так я осторожно. На Дамиана посмотрел лишь издали, приближаться не рискнул: слишком много защитных плетений навертел он на себя и не все они с наскока проходятся. Но я запомнил. Буду думать

— Дамиан очень напугался.

— Разве это плохо? — усмехнулся Сухов. — Подкину еще пару записок, да еще на бумаге отсюда — и Дамиан скончается от страха сам.

— Надеюсь, что это произойдет не раньше, чем пройдет время моей клятвы.

— То есть ты хочешь, чтобы Дамиан прожил долгую счастливую жизнь? На мне клятвы нет, он умрет раньше, чем ты дождешься. Пока Накрех опасен, рисковать я не хочу, потому что на мне висит обязательство с ним разобраться, но потом меня ничего не будет ограничивать. Я даже думаю, не пришибить ли тело этого неудачника по правилам, чтобы душа больше ни в кого не вселилась.

— Я был бы только за, если бы не Тумановы…

— Откуда им узнать, что противника больше нет?

— Клятва даст знать, — напомнил я. — Они полным вариантом обменялись.

— Зачем?

— Я настоял, потому что был уверен, что Дамиан попытается обмануть.

— Теперь тебя пытаются обмануть обе стороны. Ты здорово сглупил, когда их познакомил.

Он не упускал возможности лишний раз ткнуть меня носом в ошибки ни тогда, когда был Айлингом, ни сейчас, когда стал Суховым. И пусть я уже давно осознал, что решение было неверным, но в понимании бывшего учителя настоящим магом я стану лишь тогда, когда перестану делать ошибки. А то, что для этого мне нужно закуклиться где-нибудь на необитаемом острове и никогда ни с кем не контактировать, — это дело десятое. Это было обидно.

От мысли, неужели мне до сих пор настолько важно одобрение учителя, меня отвлекла Диана, несильно стукнув кулачком в бок и вернув этим меня в настоящее.

— То есть ты совсем не против этого? — угрожающе спросила она.

И тут я завис, потому что последние ее рассуждения были столь однообразны, что я перестал их слушать, а значит, не заметил, когда речь зашла о чем-то другом.

— С чего ты это взяла? — осторожно уточнил я.

— С того, что, когда я сказала, что дедушка решил, что отправить меня учиться в Германию — это хорошая идея, ты подтвердил.

Теперь выяснилось, о чем шла речь, но оставалось непонятным, что же не нравится самой Диане. А заодно стало интересно, почему Мальцев решил отправить внучку подальше. Любимую внучку, о будущем которой он переживал.

— А чего плохого в том, чтобы поехать в другую страну и получить там дополнительное образование? Нужные знакомства, опять же, завести? Дед же тебя не просто так хочет отправить, а с определенной целью?

Но если Диана и знала эту цель, то она о ней даже не намекнула. В этом вся Мальцева: если она считает что-то важным, то не проболтается ни на полсловечка. Новости про Андрея она выкладывала мне только потому, что я сам частично был в курсе возникшей проблемы. А еще она была уверена, что я не стану над ее братом смеяться и обсуждать его с кем-то другим.

— Да кто его знает, что у деда на уме, — проворчала Диана, которой моя реакция почему-то совсем не понравилась. — Вот ты сам не хотел бы поехать в Германию? Шпрехаешь ты на нем как на родном, без акцента. Тебе знакомства куда легче будет завести.

— Я не думал про это.

— А должен был. — Она наставила на меня палец. — Кто подумает о твоем будущем, как не ты сам? Не, я понимаю, что тебе образование в плане знаний там ничего не даст. Но можно же использовать эту возможность для другого.

Например, завести недоброжелателей еще и в Германии. Нет, конечно, если учесть мои ошибки тут, можно попытаться там их избежать, но я же сто пудов наделаю новых. За спиной Дианы — клан с многолетней репутацией. Мне же репутацию еще зарабатывать и зарабатывать. У меня за спиной никого нет.

— Так как? Поедешь со мной?

— А ты не думаешь, что твой дед, напротив, хочет тебя от меня подальше убрать?

— Мало ли чего он хочет. Если он этого прямо не сказал, могу поступать, как хочу. — Решительности Дианы сегодня можно было только позавидовать. — У меня могут быть и свои планы, не сочетающиеся с дедовыми. Если это так тебе принципиально, то ему не нравится ваш конфликт с Александром, но он считает его делом временным. Александр вообще быстро остывает и забывает обиды.

Только не в случае, когда он видит во мне опасность для себя. Вариант переждать несколько лет в Германии был интересен. Без меня моих людей не тронут, побоятся от меня ответки. Разве что мелкими укусами то там, то там будут донимать. Но в Германии меня будет достать проще, чем в одном из хорошо защищенных поместий. Если пережидать — то лучше в том, которое под Макаровым. И место там хорошее, и подобраться кому-то будет сложнее. Но дело в том, что проблема не рассосется, лишь отсрочится решение, и все преимущество будет на стороне врагов. А Тумановых теперь я однозначно считал врагами.

— Так как? — Диана качнула пальцем, упершись ногтем в мой пиджак. — Поедешь со мной?

— Я подумаю, — дипломатично ответил я, не желая отказывать так уж сразу.

— Подумай. Только не долго.

— Дед тебя куда хочет запихать?

— Что-то по финансам. Я точно не запомнила, потому что название длинное и зубодробительное, а надежда, что мне туда не придется ехать, осталась.

На этом Диана посчитала агитацию законченной, а мы как раз доехали. Из машины Диана вылезала с таким видом, как будто сегодня должна была случиться ее свадьба. Правда привлекла она не столь много внимания, как рассчитывала.

Гости, пока небольшое количество, с нетерпением ожидали Александра с невестой и на остальных девушек, даже очень красивых, долго не смотрели. Процедура планировалась сугубо гражданской, но пара высокопоставленных церковных иерархов в толпе наблюдалась, так что и без церковного благословения Александр не останется.