Ступень вторая (СИ) - Видум Инди - Страница 46

— Ко мне в комнату попасть не так просто.

Я ему подмигнул и вышел к Серому с Иваном. Чай они не пили, ждали меня, неспешно о чем-то беседуя. Итогом этой беседы оказалось то, что при моем появлении Иван сказал:

— Короче говоря, Ярослав, решился я на клятву. Отдаю вам себя с потрохами. В ответ надеюсь на хорошее отношение и отличную зарплату.

— Разумеется.

Клятву он успел принести аккурат перед приходом Глазьева с компанией в лице Ани и Полины. Аня светилась довольством, Полина же казалась расстроенной и испуганной. Возможно, к этому времени Глазьев уже успел сказать ей что-то неприятное, потому что она для него точно была ненужным довеском, а когда его взгляд падал на нее, у него непроизвольно брезгливо дергался нос. Папку с договором он тоже всунул мне в руки с видимым отвращением. Я передал Ивану с указанием проверить. Тот отнесся со всей ответственностью, прочитал от первой до последней строчки, после чего сказал:

— Изменения только те, что мы согласовали.

— Подписывайте и покончим с этим наконец, — отрывисто бросил Глазьев. — Я и так на вас столько времени убил. Где Вера Андреевна?

— Сергей подпишет. У него доверенность, — ответил я. — Вера Андреевна очень расстроена тем, что Аня уходит, Олег Павлович ее увел.

Сергей пристроил документ на край стола и принялся изучать дополнительно. Хорошая привычка — не подписывать, не читая, даже если юрист сказал, что все в порядке.

— Да разве я насовсем ухожу? — удивилась Аня. — Я вас непременно буду навещать. Кстати, я квартиру освободила. Ключи вот. — Она протянула связку с артефактным брелоком, включающим защиту.

— Аня будет у нас жить до свадьбы, — сообщил Глазьев. — У нас надежнее защита.

— Кстати, о защите. Аня, если ты уходишь, придется вернуть защитный артефакт.

Она приложила руку к груди и обиженно сказала:

— Ярослав, но я к нему уже привыкла и давно считаю своим.

— Мы тоже к тебе привыкли и давно считали своей, — язвительно бросил Серый. — Но поди ж ты — отдаем постороннему типу. От тебя ждем тех же действий.

— А подарок нам на свадьбу? — она широко улыбнулась. — А, Ярослав?

— Подарок вам на свадьбу — вот, — я кивнул на договор. — Другие не предусмотрены.

— Ань, я куплю тебя куда лучшую цацку, — недовольно сказал Глазьев.

— Но я хочу эту. Я к ней уже привыкла. Можно сказать, сроднилась.

Аня улыбнулась и повисла на руке у жениха, умильно заглядывая ему в лицо. Но что-то в ее действиях было нарочитое, позволявшее предположить, что сейчас она прощупывала ту грань, за которую лезть уже не стоит. Глазьев нахмурился.

— Хорошо, давай выкупим, — тем не менее решил он. — Ярослав, сколько ты хочешь за кулон?

Кулон отдавать не хотелось. Но он не был чем-то уникальным, пусть и получился красивым.

— С учетом материалов и вложенных защитных контуров за двадцать миллионов могу отдать.

Глазьев выпучил глаза и захохотал.

— Миллионов? Ярослав, какие миллионы, окстись? Этой поделке красная цена — пару тысяч.

— Торга не будет, цена минимальная, с учетом того, что у вас свадьба. Не хотите — как хотите.

Я протянул руку за артефактом.

— Ро-ом… — просительно сказала Аня.

— Нет, и еще раз нет. Это грабеж, — отрезал он. — Ерунда на постном масле. Я тебе наш артефакт подарю, он куда лучше.

Аня поджала губы, логично засомневавшись. Но я покачал рукой, показывая, что жду, и она медленно, надеясь, что я передумаю, через голову стащила кулон и положила в мою ладонь.

— Если Полина хочет остаться… — начал было я.

— Нет, она не хочет, она переходит со мной, — отрывисто бросила Аня. — Ярослав, мы все уже выяснили, освобождай нас от ученичества, и закончим на этом.

Утрата артефакта сильно испортила ей настроение.

— Спустимся в ученическую, — предложил я. — По одной буду снимать ученичество и отпускать из клана.

Для Ани у меня был припасен так называемый «блок нерадивого ученика», который освобождал от ученичества, но не позволял использовать ничего из того, что было дано учителем. И главное — секреты учителя он тоже намертво запирал, не давая ни малейшей возможности о них проболтаться.

Аня этого пока не поняла лишь почувствовала разрыв связи «учитель-ученица».

— Мне жаль, что все так случилось, Ярослав, — неожиданно сказала она, — но иначе я не могла. Роман для меня — все.

«Аня для меня — все», — припомнились не так давно сказанные Полиной слова.

— Делать глупости — наше неотъемлемое право, — ответил я, намекая сразу на несколько вещей.

Аня поняла, как ей было удобнее.

— Да, — согласилась она и протянула руку для второго ритуала, по выходу из клана. Он прошел быстро, оборвав теперь уже все, что нас связывало.

— Спасибо, Ярослав. За все.

Улыбка у нее была победительницы. Но это ненадолго — жить иллюзиями никто не умеет.

Вошедшая после нее Полина была совсем подавленной.

— Я им не нужна. Они только Аню хотят, — убито сказала она. — Роман уже несколько раз сказал, что я балласт.

— Но у нас не останешься?

Ответ я знал, но не спросить не мог.

— Не могу. Аня уже все решила. Наверное, она права и мне там будет лучше.

Я вытащил артефакт, не так давно носимый Аней, и сделал его привязку к Полине, после чего протянул ей.

— Держи.

— Но он же жутко дорогой.

— А ты никому не показывай. У другого он все равно работать не будет, только у тебя.

Ей достался блок не такой, как сестре: она тоже не могла никому рассказать мои тайны или передать заклинание, но сама использовать выученное могла. Будет качать резерв — возможно, тем же Глазьевым покажется не таким плохим приобретением?

Глава 23

Посторонние разбежались, я притащил себе матрас и отпустил Дена. Итогом его сегодняшней работы оказалась сложная таблица, в которой были собраны плюсы и минусы кандидаток и связи кланов. По всему выходило, что, приобретая союзника, вместе с ним я получал еще и кучу врагов, потому что дружелюбных в списке не было. Особенно потрясал перечень Мальцева. Впрочем, у него и союзников хватало, но не факт, что его союзники станут и моими, а вот враги — однозначно. Вряд ли кто упустит возможность укусить слабый, как непременно посчитают, клан. И если за себя я мог не бояться, то под моим началом уже скопилось довольно большое количество людей, о которых мне следовало беспокоиться.

Тимофей спал спокойно. Желание забраться к нему в сон я подавил. Непонятно, как это отразится на процессе усвоения материала, вдруг я собью точную настройку? Нет, рисковать не буду.

Я бросил матрас на пол рядом с кроватью и растянулся на нем. Сна не было ни в одном глазу. Как скоро Аня поймет, что у нее получилось не совсем то, что хотелось? И как скоро это дойдет до Глазьева? Сейчас-то они, наверное, празднуют, не до проверки. А потом? Удручало, что все вокруг были в курсе разворачивающейся подставы, кроме меня. Если бы Лазарев не посчитал себя обязанным мне и не сообщил о готовящемся уходе, я бы сегодня выглядел очень бледно. Это сильно беспокоило. А также собственная информационная безопасность. В голове стало тесно от мыслей, что прослушивание можно сделать не только в домах моих ключевых ставленников, но и через их телефоны. Все это требовало защиты. Я понятия не имел, как работает телефонная связь, а значит, чтобы внедрить защиту, нужно разбираться, причем не факт, что удастся сделать защиту с помощью магии. Нет, маги могли пообщаться и в снохождении, хотя иной раз это и спряжено с неудобствами. А не-маги? Следовательно, вопрос со связью следовало решать по-другому.

Я посмотрел на Тимофея. Сон у него не совсем естественный, вряд ли на самочувствие повлияет разговор рядом. Набрал я Серого, который наверняка еще не добрался до дома, а значит, вызывать его в снохождение было не самой лучшей идеей.

— Я к тебе как к лицу, отвечающему за закупки. Мне нужны телефоны для меня, тебя, Глаза, Ивана, Олега и, пожалуй, Дениса с Тимофеем.