Аморал (СИ) - Багров Михаил - Страница 38

Значит, попробуют убить. Вот только и это будет сделать очень непросто, ибо к тому моменту я буду полностью готов к такому исходу.

Все те ресурсы, что Роман в меня сейчас вкладывает, чтобы завоевать безграничное доверие подростка, который вряд ли в своей жизни видел, что-то хорошее, я планировал использовать для своего усиления.

Даже на ту мрачную книжонку, за которой он меня отправляет на территорию Скверны, я собираюсь использовать с максимальной выгодой для себя.

Но Ева думает, что моя наглость и хамство продиктованы исключительно моей уверенностью в том, что Роман Андреевич меня прикроет. Что же, пусть будет так, я мысленно ухмыльнулся, это даже играет мне на руку. Просто очередной мальчишка, что дорвался до кусочка власти и денег и потерял от этого голову. Кто будет воспринимать такого, как серьёзную угрозу?

Ева закончила лечение и покачнулась, я едва успел поддержать её за локоть. Девушка была неестественно бледной, я нахмурился — что-то не припомню, чтобы лекари, с которыми я до этого сталкивался, выглядели так же после лечения. Хотя характер ран у меня был гораздо хуже. Возможно, сказывается недостаток опыта, вот только её дальнейшие слова заставили меня сомневаться и в этом..

— Некроманты... Вы всегда пытаетесь взять больше жизни, чем вам полагается, — в глазах Евы не было ненависти или презрения, только какая-то непонятная грусть. — Мой брат хороший человек, чтобы ты себе там не придумал.

Ева вышла из палатки, оставляя после себя больше вопросов, чем ответов.

— Она прекрасна! — Ярослав, наконец-то, отмер и теперь захлёбывался восторженными отзывами.

Вот же идиот блаженный. Хотя, теперь я тоже не был так уверен, что Ева пошла по стопам своей семейки.

Егор уже ждал меня на арене, нервно бросая взгляд в сторону Евы. Дождавшись, когда я войду в круг, парень сжал кулаки и с ненавистью прошипел:

— Не лезь к моей сестре, аморал, иначе...

Его слова заглушил раскат грома, что гремел уже прямо над нами. Но судя по очередной холодной капле, сорвавшейся со свинцовых туч, впереди меня ничего хорошего не ждало.

Ладно, ладно. Даже если я и не выиграю в этой дуэли, то хотя бы постараюсь оставить после себя неизгладимые впечатления. Я опять коснулся пальцами мешочка с костями и недовольно закусил губу. Как же раздражает этот грёбанный браслет.

Как только судья покинул пределы арены, я тут же бросился к младшему Соболеву. Единственное моё преимущество, это скорость и выносливость, нужно воспользоваться этим максимально эффективно. Успеть нанести как можно больше урона до того, как Егор сможет в полную силу воспользоваться своим даром.

Капли дождя забарабанили в полную силу, вбивая поднявшуюся пыль обратно в землю.

Первым делом младший Соболев создал щит, тонкая плёнка воды окружала ублюдка со всех сторон. Досадная помеха, но надолго она меня не задержит. Гораздо больше меня беспокоил водяной шар, что медленно увеличивался сейчас между разведённых в сторону рук Егора.

Мне потребовалось четыре удара, каждый из которых отдавался острой болью в предплечье, не по бетонной стене лупить, конечно, но всё же.

Щит ещё даже не успел рассыпаться на капли, а мой следующий удар заставил Егора отвлечься от создания водяного шара и начать обороняться. Вот только сам шар не разрушился, как я ожидал, а просто завис в пространстве.

Плохо. Мне пока что не было понятно, какую задачу он должен выполнять и поэтому я постоянно ощущал от него скрытую угрозу. Это нервировало.

Я старался нанести как можно больше ударов, не особо вкладываясь в их силу. Всё равно сейчас это было бесполезно. Теперь, вместо полноценного щита, водяная плёнка покрывала отдельные участки тела, что-то вроде отдельной пластины брони, которая постоянно перемещается. Скорее всего, у Егора просто не хватало сил, чтобы создать и постоянно поддерживать полноценную броню. К тому же, часть сил у него уходило на поддержание водяного шара. Мне это было только на руку.

— Знаешь, если я тебя случайно прикончу, то мне за это ничего не будет, даже спасибо скажут, — зло прошипел Егор, когда не успел заблокировать очередной удар. Он сплюнул кровь из разбитого рта и продолжил, — или награду выдадут за очищение этого мира от тебе подобных.

— Ага, твой верный пёс тоже так думал, пока с моими крысами поближе не познакомился.

— Со мной твои ублюдские фокусы не пройдут! В том как ты сражаешься нет ни чести, ни достоинства!

Ой, да кто бы говорил. Много ли чести в том, чтобы победить, если твоего противника сковывает адамантиевый браслет. На моих скулах заиграли желваки, почему-то, я был уверен, что местные аристократы решат, что много.

Эта мысль злит меня настолько, что вымывает остатки здравого смысла из моей крови, оставляя только жгучее желание вбить его уверенность в превосходстве поглубже в глотку.

Резкая подсечка и Егор падает на землю, а я бросаюсь в сторону водяного шара. Нужно разобраться с этой хернёй, чтобы она там не делала. Не успеваю буквально несколько шагов и шар быстро перемещается к создателю, что стоит опираясь на одно колено и сверлит меня тяжёлым взглядом.

Фара дум! Какой же ты кусок идиота, Макар. Надо было связать его ближним боем и продолжать выматывать, а теперь он вряд ли снова подпустит меня к себе.

Жаль, очень жаль, что в моём арсенале не осталось больше фокусов. Уже привычно скользнул пальцами по мешочку. Нет, слишком рано. У меня будет только один шанс и я должен быть уверен на сто процентов, что это сработает.

Глухой рык срывается с моих губ и я бегу обратно к Соболеву, водяной шар раздувается всё больше и больше, пока не увеличивается до такой степени, что скрывает собой фигуру младшего и затем распадается на части, превращаясь в водяных змей. Водяные твари, каждая размером с мою руку, бросаются ко мне на встречу.

Твою то мать. Как же мне сейчас не хватает Лютого.

Подныриваю под первую и, броском в сторону, ухожу от второй. Третья тараном врезается мне в солнечное сплетение, расплёскиваясь от удара и заставляя на секунду похолодеть от страха. Но я всё ещё стою на ногах, только нестерпимо жжёт в месте удара. Сквозь разорванную футболку проступают капли крови.

Ладно, ладно. Минус одна змея — уже хорошо.

Егор держит меня на расстояние, не давая подойти ближе и не делая попыток добить меня самостоятельно. Видимо, надеется на своих питомцев.

Ливень хлещет уже аномальным потоком и я перестаю различать сраных змей в этом водяном безумие. Приходится полагаться исключительно на чутьё.

Очередной змей пролетает мимо, я скручиваю тело в прыжке и шарахаюсь в сторону. Что-то задело по касательной и ухо вспыхивает обжигающей болью, ощущения такие, что нет у меня больше уха.

Змея врезается в спину, сбивая меня с ног и я качусь кубарем по земле, уже слабо представляя где верх, а где низ. Но тут же поднимаюсь обратно — надо добраться до этого ублюдка, пока вода не разорвала меня на части.

Я словно старая списанная в утиль лодка, что в шторм безжалостно швыряет о скалы. Рёбра трещат под напором воды, я больше не уворачиваюсь от сраных змей, только отвожу голову в сторону.

Ещё одна змея на скорости опять вгрызается в солнечное сплетение и на этот раз удачно. Лёгкие заполняются водой, не давая сделать мне очередной вдох и я падаю на спину.

Зашибись. Меня победил грёбаный дождь. Кому расскажешь — не поверят.

Глаза заливает водой, но я отчётливо вижу очередного водяного змея, который раза в два больше тех, что были до этого. Он открывает свою пасть и с его клыков срываются две капли дождя, а затем и сам змей ныряет за ними вниз.

Этот удар я уже точно не переживу, видно ублюдок младший не шутил о том что собирается меня убить. А я ведь почти поверил Еве, когда она говорила, что её брат хороший человек, лениво мелькнула в голове идиотская мысль перед тем как змей, в сантиметре от моего лица, внезапно взорвался и рассыпался на множество мелких капель.

Я закашлял, выплёвывая из лёгких остатки воды. Внутренности словно кипятком обожгли, но я хотя бы всё ещё жив.