Назад в СССР 2 (СИ) - Хлебов Адам - Страница 54

В расследовании против Солдатенко активно участвовала местная прокуратура. И мы часто общались с Машей. Она постоянно находила поводы созвониться и по-секрету рассказать, что-нибудь новое про ход расследования.

Меня это совсем не напрягало, я продолжал чувствовать глубокую симпатию и получал удовольствие от общения.

Покупка мороженого у Клавы, стало нашим дружеским ритуалом в те дни, когда мы оба были свободны и у нас выпадала возможность встречаться. Единственное что меня тяготило — я никак не мог понять, кто мне нравиться больше Маша или Вика Рерих.

Дела на работе шли отлично, мы обживались на новом месте и готовились к новому курортному сезону. Николай Иванович рассказал, что в райкоме идет обсуждение вопроса о возвращении нам в ОСВОД старого здания.

Это было здорово, наши пляжи в городе нуждались в большем количестве спасательных станций.

За остаток лета и осень я так и не смог выполнить обещание, данное самому себе сходить в поход в горы.

Я рассказал об этом Тёме и у него родилась идея отметить Новый год в горах. Замысел поддержали Элен, наши друзья с тренировок, два Сереги и Маша. Собралась большая компания.

Мы заранее распланировали маршрут и стали готовиться к небольшому походу. Так как с нами были новички, мы выбрали трассу с самой низкой сложностью.

Никто не собирался устанавливать рекорды и покорять турнирные туристические таблицы.

Продукты на Новый год были закуплены заранее. Мы скинулись с ребятами и готовились устроить небольшой студенческий сабантуй на финишной точке маршрута в горах.

Я сдал большинство зачетов и три экзамена досрочно, получив некоторые автоматом. У меня образовалось большое свободное окно во время сессии.

Ближе к Новому году, за пару дней до выхода в поход мы договорились с Темой встретиться у магазина «Турист» и докупить недостающие и необходимые туристические мелочи типа сухого спирта, горелки, топориков.

Тёма немного опаздывал. Я стоял на набережной у каменного парапета, там где мы встречали рассвет после выпускного вечера и смотрел на серое зимнее море.

Боковым зрением я заметил, что справа в метре от меня у парапета остановился мужчина лет сорока.

Он был одет в кашемировое пальто с поднятым воротником на носу у него сидели очки в тонкой золотой оправе, а на голове была шляпа.

Я услышал, как он, не поворачивая головы в мою сторону обратился к мне с сильным одесским акцентом, характерно картавя растягивая слова:

— Ну кто же такое делает людя’м? Що ви с этого поимели? Молодой человек, ви не представляете, каких трудностей ви доставили Баруху Мойшевичу. Теперь из-за вас у Баруха Мойшевича встал бизнес…

Сначала я подумал, что человек обознался и поэтому повернулся к нему лицом.

Я сразу узнал его.

На меня смотрел тот, кто был сфотографирован на самом первом снимке с неизвестной подмененной пленки.