Ангел - Даймонд Катерина - Страница 69

– Я позабочусь, чтобы никто ничего не узнал, – тихо сказал Джонсон и обернулся, убеждаясь, что никого нет поблизости.

Гэбриел понимал, что охранник прав. Если дать Ашеру шанс, он непременно им воспользуется и снова возьмется за свое. Сделанного явно недостаточно, чтобы напугать его до полусмерти. Оглядываясь потом назад, он, наверное, посчитает, что победил, сломал жертву, превратил ее в чудовище. Гэбриел снова взялся за кухонное полотенце.

– Если настучишь, Джонсон, я потяну тебя за собой, – предупредил он надзирателя.

Гэбриел сложил полотенце по диагонали, чтобы сделать его длиннее, обмотал вокруг шеи Ашера, плотно натянул и завязал двойным узлом. Враг дергался и старался высвободиться, но не мог даже толком вцепиться в удавку. Гэбриел подтащил его в угол душевого отсека и вновь пустил воду, смывая с себя кровь, остававшуюся на руках и на ступнях. Ашеру удалось пальцами дотянуться до узла, но это не помогло. Полотенце намокало, все жестче стягивая узел. Теперь даже сам Гэбриел не успел бы развязать его. Поэтому он просто вышел из душевого отсека, оставив Ашера валяться на кафельном полу.

Джонсон стоял в дверном проеме, наблюдая за обстановкой в крыле. Гэбриел оделся и снова посмотрел на Ашера. Его глаза оставались открытыми, но он больше ничего не видел. Он умер. Гэбриел поспешил выйти из душевой. В дальнем конце блока продолжалась драка. Джонсон кивнул Гэбриелу и бросился разнимать дерущихся. В любом случае лучше, если мертвеца обнаружит кто-то другой. Бейли зашел в одну из пустовавших сейчас камер и поджег матрац, чтобы еще сильнее отвлечь внимание охранников. Пожар получился пустяковый, его быстро погасили, но один из обитателей камеры вернулся, увидел Бейли и попытался избить его, надзирателям пришлось вмешаться и в этот конфликт.

Гэбриел вернулся в камеру. Вторую заваруху прекратили очень быстро: заключенный из подожженной камеры отправился в карцер, поскольку охранники отказались поверить, что тихоня Бейли мог совершить такое. За Бейли закрепилась репутация человека, никогда и никому не создававшего проблем, и тем более не способного по своей воле ввязаться в разборки. К тому же Гэбриел намеренно выбрал камеру известного громилы, который то и дело избивал кого-то или затеивал общее побоище. В общем, оставалось только надеяться, что Бейли не слишком сильно от него пострадает.

Сигнал о закрытии всех дверей был подан через десять минут. Гэбриел использовал время взаперти, яростно орудуя банным полотенцем, чтобы высушить волосы. Если охранники сразу начнут расследование смерти Ашера, простой здравый смысл подскажет им искать кого-то мокрого. Орудием убийства стало обычное кухонное полотенце в синюю клеточку, таких в тюрьме не меньше сотни. По всей вероятности, вода смыла основные улики, а что касалось ДНК, то в душевой ее оставили множество заключенных. Теперь приходилось только ждать и надеяться на лучшее. По крайней мере, отныне Гэбриел знал: он оказался там, где должен был. У него закрутило желудок, когда он вспомнил слова Ашера и попытался их обдумать. Гэбриел так долго чувствовал себя виноватым в гибели человека при пожаре в старой сигнальной будке, а теперь оказалось, что он не имеет к ней никакого отношения. Его преследовала навязчивая мысль, что только Ашер знал обо всем с самого начала, и теперь единственный человек, способный вызволить его из тюрьмы, мертв. Все это вызывало приступы тошноты. Вот только после случившегося сегодня Гэбриел уже не мог отрицать, что сполна заслужил тюрьму.

Глава 71

Полиции наконец-то удалось арестовать Криса Локка. Длительная слежка за его домом ни к чему не привела, но его совершенно случайно задержали за подозрительное поведение в одном из крупных торговых центров. Крис Локк кардинальным образом отличался от Теодора Рэмзи. Он откровенно волновался, нервничал и в участке ощущал себя неуютно. Он постоянно грыз заусенцы на пальцах, а взглядом почти все время упирался в пол. Имоджен наблюдала, как он ерзает на стуле в комнате для допросов. Крис напоминал ей кролика, которого в детстве завела ее подружка. Милый и дружелюбный зверек превращался во враждебное существо, стоило потыкать в него палкой.

– Брикс все нам рассказал, мистер Локк. Он заявил, что это вы убили и Генри Армстронга, и супругов Уоллисов.

– Он сам заплатил мне за это.

– В обмен на свои показания Брикс получил гарантию иммунитета от сурового наказания, которое заслужил.

– Очень хорошо. Я тоже хочу иммунитет или не стану ничего говорить.

– Посмотрим, что можно для вас сделать, – сказала Имоджен. – Вы имеете право воспользоваться услугами адвоката. Вам известно об этом?

– К дьяволу адвокатов. Давайте просто поскорее покончим с этим.

– Судья может проявить к вам снисходительность, если вы дадите ему информацию против Картеров.

– Я не знаю, кто это. – Крис по-прежнему смотрел вниз, но теперь разглядывал свои руки, избегая встречаться взглядами с детективами.

– Это люди, которым принадлежит приют, где вы с братом жили. Заведение с постоянным проживанием «Вязы», – уточнила Имоджен.

Она знала, что Крис лжет.

Он надолго замолчал.

– Хорошо. Тогда расскажите о Генри Армстронге, – продолжил допрос Фрейзер.

– Мне сказали, что разделаться с ним будет легко, потому что он болен. Не мог даже убежать. Мы настигли его в парке и прикончили битой для крикета.

– Значит, он был мертв, когда вы положили его в подвал сигнальной будки? – уточнила Имоджен.

– Да. Мертвяк, это точно.

– С вами тогда был Трей?

– Кто?

– Трей Уилсон. Рэмзи уже рассказал нам о нем, и вас никто не сможет назвать стукачом.

– Да, Трей был с нами, – ответил Крис, пожимая плечами.

– Вы можете доказать, что Генри Армстронга положили в сигнальную будку уже мертвым? – Имоджен очень надеялась на утвердительный ответ. Это в корне могло изменить жизнь Гэбриела Уэбба. Она не забыла об обещании помочь ему. С самого начала Имоджен считала его заключение несправедливостью, поскольку инстинкт подсказывал: паренек чист и душой, и сердцем. А сейчас представлялся шанс исправить ошибку системы.

– Мы сначала оттащили Армстронга в другое место. Но потом пришлось перенести. Это Брикс предложил заброшенную сигнальную будку. Сказал, что знает, как незаметно залезть в подвал. Говорил, что нас не засечет видеокамера у вокзала. Вот мы и перенесли труп туда за три недели до пожара. Обычно в будке наверху собирается всякий сброд, чтобы согреться у костерка или поспать прямо на полу. Мы подумали, что там вполне может полыхнуть пожар.

– Потому что вы разбросали ускоритель возгорания?

– Точно. Но никто долго не разводил там огня, и тогда Трей сказал, что сам все устроит.

– Значит, вы совершенно случайно выставили виновным Гэбриела Уэбба?

– Он был вообще не при делах. Нам просто до зарезу хотелось уничтожить труп.

– И поэтому вы привели туда Гэбриела и Эмму?

– Позвать их предложила Лианн. Она хотела повыпендриваться перед ними. Мол, смотрите, с какими крутыми парнями я дружу.

– Она знала о трупе?

– Нет.

– Ваш брат Ашер… Почему он угрожает Гэбриелу Уэббу?

– А хрен его знает. Наверное, скучно в тюряге. Ему куда хуже пришлось, чем мне. Он попросил наведаться к Эмме и внушить ей, что ее ухажер должен кое-что сделать для моего братана. Так я и поступил. Он заставил меня пригрозить и другим людям.

– Кому конкретно? – уточнила Имоджен, удивленная, что Крис Локк так легко сдал брата.

– Семейке одного надзирателя. Я сделал фотки, и он заставил охранника проносить для него наркоту.

– Кому-нибудь еще вы угрожали?

– Не в этот раз. Сейчас даже не припомню.

– А как насчет Люси Ханниган? Вы убили ее?

Крис помотал головой.

– Нет. Даже не знаю, кто это.

Если учесть, насколько откровенно говорил с ними этот полумужчина-полуребенок, Имоджен была склонна поверить ему. Настало время сменить тему.

– Давайте поговорим о символе.