Жека 3 (СИ) - "Arladaar" - Страница 34

Вышел из подъезда — Сахариха уже сидела. Причём спереди, рядом с Кротом, как будто демонстративно показывая своё недовольство. Ну все сегодня против него! Впрочем, сам виноват, затевая пустой и бесполезный разговор в ненадлежащий момент. Светка ездить к родителям не особо любила, чувствуя это некой повинностью, а тут и Жека, когда настроение у подружки не особо хорошее, влез с расспросами.

Иваныч встретил очень и очень прохладно. Так и порывался сразу же побазарить, но Елена Сергеевна постоянно одёргивала мужа, кивая на Сахариху и Жеку рядом. Иваныч скрепя сердце дал время Жеке поесть-попить, поговорить о житейском, и уже потом, после обеда, по привычке позвал в бильярдную, захватив бутылку виски, и пару бокалов.

— Пойдём, побазарим по мужски.

Елена Сергеевна мельком взглянула на Жеку, и подмигнула, как будто показывая, что нечего бояться.

— Давай в русский катнём, в пирамиду. Бери кий, — Иваныч налил виски себе и Жеке.

В голосе авторитета было крепкое недовольство. Мельком, отрывисто рассказал правила игры, потом на середине партии бросил кий на стол, как раз между шаров, не в силах сдержать свою злость.

— Ты вообще страх потерял? — зло сказал Иваныч, буравя Жеку стальными глазами. — Не, ты как собираешься жить тут, в этом городе? Ты себя мафией возомнил? Доном Корлеоне? Чё ты мочишь всех подряд??? Ты всех подряд мочишь! А «Гудке» уже сидеть некому!

— А чё такое? — недоумённо спросил Жека. — Не пойму. Раз уж начали предъявлять — предъявляйте. Чё ходить вокруг да около, мы не девочки — намёками тереть.

— Я в курсе, что это вы опрокинули горцев-валютчиков. И забрали у них деньги. Мои деньги, Соловей.

— Они наехали на нас, на пустом месте, — спокойно сказал Жека. — Просто так, хотели взять на гоп-стоп, девчонок отнять. Мне чё, на колени перед ними стать надо было? И деньги, которые я забрал, были их. На бабках не написано, чьи они. Я так думаю — если наехал, отвечай потом, или жди ответку. У них был шанс разойтись миром, сами продинамили.

— Ладно. Хрен с ним. Дальше. Грохнуть 11 человек за раз, Соловей, это же полный звиздец. Это война? Терроризм? Кровавые маньяки? К нам журналистов с Москвы прислали, комиссию из главка МВД на помощь в борьбе с организованной преступностью! Хромов закачался! Сейчас ещё хлеще — сожгли 10 человек живьём. Или это неисправность электропроводки была? Только дурак не догадается!

— Филимоновские не пирожками меня угощать пришли. Наехали, со стволами, хотели ценный товар забрать. Вы ж сами предупредили. Я отбился, как мог. Или мне чё, опять же, руки опустить надо было? Так они моих пацанов всех бы там положили, как ненужных свидетелей. Меня грохнули стопудово. Наехали по бандитски — опять же по-бандитски ответ и получили. А клуб… Это была ответка. Упреждающий удар, так сказать. Нехер хайло на меня разевать. Я тут всех урою, если на меня полезут.

— Я тебя предупредил, чтоб ты другие варианты продумал, как доставить груз, — возразил Иваныч. — Другой маршрут выбрал хотя бы. Через соседние города. Можно было? Можно. Недельку помариновать товар на складе. Можно было? Можно. А сейчас такой кипешь. С нас милиция не слезет теперь.

— А я разве против? — озадаченно спросил Жека. — Пусть не слазит. Я только за, если работать спокойно будем. Я честный бизнесмен. Не толкаю дурь, или паленку, не торгую шлюхами или оружием. Мне чё мусоров бояться? Я только за порядок. Пусть все живут тихо и спокойно.

— Короче, язык у тебя подвешен, избазарить кого угодно можешь, но мне надоело это словоблудие, — строго сказал Иваныч. — И надоел беспредел от тебя. Где ты — там гора трупов. Короче так, давеча ночью на сходняке в области меня назначили смотрящим по городу. Тут порядка не было. Теперь будет. Ты всех авторитетов угандошил, и братва сильно недовольна. Внесёшь грев в общак, и в расчёте. Готовь 50 косых. Я думаю, для тебя это не деньги. Иначе разговор будет другой. Мне поручили это сказать тебе. Всё. Иди.

— Ладно, — пожал плечами Жека. — Я даю ворам 50 штук, и работаю спокойно? Никто на меня не наедет?

— А этого тебе никто гарантировать не может, — усмехнулся Иваныч. — Это бабло за твои прошлые косяки. Но всем авторитетам скажут, чтоб на вас варежку не разевали лишний раз.

— До свиданья, мне пора, — сказал Жека и пошёл из бильярдной. Иваныч лишь махнул рукой, беря опять кий в руки, и собираясь играть в одиночестве.

Сахариха с матерью затеяли вязание, сидя в огромном зале на диване. Крот у входа в зал развалился в кресле, читал газету.

— Домой поедешь? — спокойно спросил он.

— Домой, — согласился Жека, и тут же спросил Сахариху. — Свет, ну ты чё, обратно поедешь?

— Нет. Я же не для того сюда тащилась, чтоб через час ехать обратно. Езжай один.

— Ну ладно. До свидания.

— До свидания, Жень, заезжай ещё! — приветливо улыбнулась Елена Сергеевна. Сахариха просто махнула рукой, не глядя, и не отрываясь от вязания.

— Ну что, пропесочил тебя Иваныч? — усмехнулся Крот. — Сильно шумно от тебя в последнее время стало. Смотри. Как бы большие люди не удумали чего.

— Я ни кому не мешаю, — ответил Жека, бездумно глядя в окно машины на пролетающие мимо заснеженные поля и лес. — Наоборот, мне не дают работать. Если бы я не отвечал на наезды, давно бы уже всё потерял, и работал на заводе за штукарь, и ел лапшу с хлебом в мамкиной квартире. Я сказал Иванычу чётко — нет наездов на меня, всё тихо мирно.

— Ладно, остынь. Пока всё нормально. Клуб сгорел. Филимон со всеми своими тоже. Но вроде, пока относительно тихо всё.

— Угу, тихо. Кроме того, что меня на счётчик поставили.

— А ты в корень смотри! — не согласился Крот. — Деньги дело наживное. Тебе с рук сошло пока. Братва тебя простила, потому что не твоя вина, что на беспредел пошёл. Бабло поделят кому надо, и живи дальше. В следующий раз поумнее будь. Да и братву подогреть — святое дело. Посадят тебя в тюрьму, а там все знают, кто ты. И все ништяки твои. С нашей работой всякое может быть… Сколько он с тебя в общак запросил? Полтос?

— Да. Когда надо заплатить, не сказал.

— Как можно раньше надо, а то счётчик включится. Я помогу малость. Короче, за тачку, что вы мне отдали, девятку филимоновскую, мне уже деньги занесли. Она ушатанная сильно была. За пятнашку толкнули. Пятак нам, червонец твой. Сорокет, я думаю, вы найдёте.

— А за пистолеты? — спросил Жека.

— Мне пока не к спеху. Не горит. Как деньги будут, с компьютерами крутанётесь, так и отдадите. Всё равно они у меня лежали, пылью заросли. Тебя куда? Домой?

— Давай домой.

По идее, со Славяном бы перетрещать надо, но это не телефонный разговор, а домой к нему идти не хотелось. Поэтому поехал к себе, отдыхать, закрывшись от всех. Красота. Свободное время. Можно телик посмотреть, книгу почитать, музыку послушать. Всё как у нормальных людей. Никакой стрельбы, банд и прочего дерьма.

В понедельник перед работой всё-таки решил заглянуть в офис к Славяну. Надо было сообщить, что предъявил Иваныч. Кореш в 8 утра уже был на работе, заваривал чай.

— Здорова, какими судьбами? — прикольнулся Славян. — Прогулять работку решил?

— Не! Сказать кое-что тебе пришёл, — Жека налил чаю, и завалился в кресло. — Я тут с Иванычем виделся вчера днём. Запалились мы с тобой.

— Как это? — недоумевающе спросил Славян, сразу догадавшись, о чём пойдёт речь. — Не пойманный — не вор.

— А так. Это не прокурор нам обвинение нарисует. Хоть и не пойманные мы, а кипишь пошёл. И среди мусарни, и среди блатных. Говорят, что беспредельничаем. Валим всех подряд. Что трупов после нас дохера. Блатные недовольны.

— Да и хрен на них. Мы чё, под ними ходить должны?

— Базара нет, братан, но… — Жека помолчал, потом продолжил. — Иваныча смотрящим по городу поставили на сходняке. Он сказал, чтоб беспредела никакого больше не было. И штраф на нас наложили. 50 косарей на общак.

— Чегооо? — возмутился Славян. — Это за чё ещё? За то, что мы своё добро защищали, от пуль отмахивались?