Восхождение Примарха 6 (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 50

Я постарался прикинуть, через сколько они сходятся. Кроме эфирного зрения, мне ещё пригодилось магия, названия которой я не знал. Что-то связанное с глазомером.

— Около десяти километров по прямой, — решил я и только потом понял, что говорю это вслух.

— Успеем на собаках во время перерыва? — спросила Валя, с надеждой заглядывая мне в глаза.

Подошли все остальные и тоже слушали нас.

— Нет, — сказал я, глядя на жизнерадостных псин, которые не понимали причины задержки и хотели нестись по равнине дальше. — Дальше мы пойдём пешком. А собак и графа Жукова оставим на этом самом месте.

— Приравняли, значит, — усмехнулся тот, но по виду явно был доволен, что его не тащат на верную гибель. — Вас тут ждать?

Я задумался. Совершенно неизвестно, сколько времени у нас уйдёт на то, чтобы найти искомое место и добыть, по сути, то, не знаю что. Морозить Жукова, чтобы ждал на этом самом месте, возможно, не стоило. Но как его вызвать потом, когда он нам понадобится?

— Полагаю, не стоит, — ответил я, осматривая местность, которая в период спокойствия ничем не напоминала разверзающиеся двери в ад. — Но вот вопрос, как мы сможем вас вызвать, когда вы нам понадобитесь?

— Возьмите рацию, — он протянул нам подобие старинного сотового телефона с выдвигающейся антенной и нажимающимися кнопками. — Со дна трещин, конечно, вряд ли дойдёт сигнал, — он развёл руками, — а вот с поверхности мы вас вполне услышим, — затем он достал небольшой пластиковый прямоугольник и добавил: — Это специальный маячок с сигналом «SOS», который дойдёт до нас вообще откуда угодно. Если вдруг где-то застрянете и не сможете вылезти, то активируйте сжатием, понятно? — он дождался, пока я кивнул, а затем взгляд его смягчился. — Но как вы решили двигаться? Через десять минут лёд разойдётся на десятки километров вперёд.

— Я как раз думаю над этим, — ответил я, решая, как быть.

Идти по поверхности действительно нельзя. Можно, в принципе, всех поднять на пару метров в воздух, но в купе с коконами обогрева это будет поглощать всё моё внимание. Так…

— А давайте я мост сделаю, — предложила Катерина. — Вот чуть выше поверхности, чтобы совершенно от неё не зависеть. И полметра толщиной, чтобы в любом случае выдержал нас.

— Катенька, ты — гений, — сказал Олег, опередив меня, так как я хотел сказать ровно тоже самое.

Следующая фаза активных выбросов застала нас уже в пути по великолепному ледяному мосту, созданному Громовой. И пригодились ледоступы с лыжными палками, иначе бы мы просто скользили и оставались бы на месте. А так развили достаточно внушительную скорость.

С поверхности, на которой мы находились, было странно наблюдать за тем, как под нами рвётся, расходясь порода и выплёскивается в воздух эфир. Хотя эфир был виден лишь троим, остальные видели лишь лёгкий пар, который образовывался из-за трения масс льда друг об друга.

Прекращалось это безобразие также внезапно, как и начиналось, примерно через минуту после этого. Лёд сходился и срастался, словно края раны. Только очень-очень быстро. Так, что через несколько секунд нельзя было даже определить, где именно был разлом.

— Чудеса, — высказала своё мнение Белла, которая шла прямо передо мною. — Если бы мне рассказали о таком ещё вчера, я бы ни за что не поверила.

— Почему? — поинтересовался я, не до конца поняв её слова. — Слишком глобальные подвижки льдов?

— Не в этом дело, — ответила она, обернувшись ко мне. — Эфирные массы, как основа магической энергии могут и не такое. Им запросто перевернуть весь этот континент вверх дном. Я о другом. Никогда бы не подумала, что эфир — это что-то рукотворное. Всегда была уверена, что это, как воздух, как свет. Нечто, данное нам в пользование природой, но не другими существами. Продукт эволюции, но не проявление воли.

И вот тут я её понял. У Беллы полностью изменилось представление о мире. О том, что и откуда берётся. Впрочем, если говорить строго, ещё ничего не известно. Мы понятия не имеем, как тут всё устроено.

До места мы дошли к моменту очередного выброса.

Шум, оглушительный треск, хруст, перекрывающий все слышимые звуки, а затем невероятная тишина.

Хотя нет, не полная тишина. В отличие от предыдущего раза, тут продолжались какие-то слабые звуки. Словно раскалённый метал постепенно остывал.

Я принялся озираться, но ничего необычного сразу увидеть не удалось. Я взглянул на небо. Потоки эфира пропали. Не растворились и исчезли, скорее, наоборот. Вокруг всё было в эфире. Его было настолько много, что ничего другого я и не видел.

— Оно тут, — сказал подошедший ко мне Олег и указал почти нам под ноги. — Я чувствую.

— Оно? — не совсем понял я.

— То, что мы ищем, — пожал плечами Олег. — Прямо под нами огромные пустоты. Я их чувствую. Там, где появляются трещины, они потом зарастают полностью, а тут я чувствую огромные пещеры или что-то в этом духе.

— Отлично, — сказал я и посмотрел ему в глаза. — Сможешь найти точку входа?

— Да её и искать особо не надо, — ответил он и кивнул в сторону от меня. — В пятнадцати шагах от нас раскрылось круглое отверстие, за жерлом которого угадывалась бездонная пропасть.

— Отлично, — сказал я и похлопал Олега по плечу. — Мне так повезло, что вы со мной.

Кажется, он даже раскраснелся от подобной похвалы.

— Только давайте подождём, — сказал вдруг Марио, который всю нашу поездку хранил практически гробовое молчание и ни в каких диспутах не участвовал. — А то через девять минут будет новый выброс, который может просто отправить нас в космос.

— Что ж, — согласился я, закрывая глаза, чтобы прочувствовать окружающее меня пространство, — давайте подождём.

«Мне эфир не страшен, — аккуратно сказал Штопор, понимая, что отвлекает меня. — Я могу спуститься первым и всё рассмотреть».

«Пожалуй, это выход, — ответил я, радуясь тому, что фамильяр в данном случае может стать моими глазами. — Только я тебя очень прошу, будь осторожен и лишний раз никуда не лезь. Хорошо?»

«Конечно, — ответил тот и с эмоциями, наполненные обожанием, проговорил: — Ты такой заботливый!»

Штопор пошёл вниз сразу после следующего выброса эфира. И уже буквально через пять минут доложил, что опасаться нечего. На уровне пары сотен метров прямо под нами располагается уютная пещерка, из которой ведёт множество тоннелей в разные стороны.

Дожидаясь очередного эфирного выброса, я собрал всех вокруг себя.

— Разведка докладывает, что внизу, прямо под нами есть чудесная пещера. Судя по всему, именно она-то нам и нужна, — сказал я, убедившись, что меня слушают все без исключения. — Основная проблема в том, как будем спускаться.

— По воздуху? — предложил Кропоткин, которого очень тяготило громоздкое полярное обмундирование. Кажется, он первый пожалел, что двинулся сюда с нами.

— Именно, — ответил я, подбадривающе похлопав его по плечу. — Но проблема в том, что магов, что могут работать с воздухом, у нас всего двое. Я и Белла. Поэтому я оставляю её здесь, а сам спускаюсь вниз. Мы растянем между собой канал, по которому вы и будете спускаться. Не так быстро, как на водных горках Катерины, конечно, — я посмотрел на девушку, и она отвела глаза, — но тоже достаточно быстро, чтобы нам уложиться между фонтанами эфира.

— Эх, — сказал Олег мечтательно, — жаль, я ничего не вижу. Наверняка, зрелище просто потрясающее.

Спускались достаточно бодро. Я слетел первым, едва дождавшись, когда поток эфира, с шипением вырывающийся совсем рядом, прекратиться. Зрелище, конечно, было интересное, но я сейчас был озабочен другим. Мне надо было понять, откуда берётся на нашей планете эфир.

Стоило мне слегка углубиться в вертикальную шахту с гладкими, словно оплавленными краями, как мрак окутал меня со всех сторон, оставив только крохотный пятачок света сверху.

Ну ничего, для этого у меня есть магия огня. Мои друзья любезно поделились со мной образцами именно своих магий, и я их нашёл куда интереснее, чем те, что были собраны у Кшиштофа. Но, возможно, это потому, что своих друзей я хорошо знал, и их магия была мне гораздо ближе.