Кодекс Агента. Том 1 (СИ) - Снегов Андрей - Страница 12

— Давай не будем⁈ — мягко предлагаю я и беру лицо Мины в ладони. — Мы же с тобой уже попрощались…

— Но ты все еще здесь⁈ — восклицает Мина и красноречиво смотрит на мой пах.

— Здесь только мое тело! — я опускаюсь на колени и прижимаюсь лбом к ее лбу. — Содержание мыслей тебе лучше не знать…

Мина вырывается, вскакивает на ноги и смотрит на меня с ненавистью, сжав кулачки до побелевших костяшек. Сейчас она готова взорваться и полностью оправдывает свое прозвище.

— Придурок! — бросает она в лицо, будто плюет и ретируется из кабинки.

Прислоняюсь к холодной стене и подставляю лицо под горячие струи. Дверь в мою комнату хлопает так, что едва не слетает с петель — Мина уходит, толком не одевшись. Я, действительно, придурок. Рефлексирующий придурок, который слишком много думает и рассуждает.

До меня после Испытания в Приют не возвращался никто. Мы всегда рассчитывали лишь на две опции: пройти Испытание и стать вольным агентом, получив чистый имперский паспорт, или погибнуть.

Я снова вспоминаю фотографии мертвых выпускников Приюта. Вдруг они не настоящие, Шувалов меня дезинформировал, и это все же вербовка? Стандартный паттерн — ничего нового и удивительного. Проверить подлинность фото невозможно: судьба прежних выпусков — загадка, несмотря на бесконечные рассказы пацанов и девчонок о том, что они мельком видели кого-то в Москве. Я в эти легенды верю не особо, потому что ни на одном задании никого из бывших не встречал.

После ухода из Приюта их жизнь окружена тайной, и это вполне естественно для агентов под прикрытием. Поиск же информации о выпускниках в открытых источниках невозможен, потому что у нас нет ни их легальных имен, ни фотографий.

Я устало тру глаза. Бессонная ночь у интерактивного экрана не добавила ясности, зато подбросила дополнительные вопросы. Чем больше мы знаем, тем больше понимаем, что не знаем ничего.

Я изучил все доступные данные по резонансным убийствам и происшествиям с одаренными за последние два года. Двенадцать выпускников на двадцать покушений и шестерых погибших одаренных. Математика не помогает.

Подробности покушений и убийств недоступны. В большинстве случаев в нападениях обвиняют абстрактных анархистов и сообщают, что доблестные спецслужбы Империи их мужественно уничтожили.

Мое же неудавшееся покушение на Шувалова даже покушением не было названо! Все подано наоборот: оказывается, Тайная Канцелярия устроила ловушку и уничтожила опаснейшего Темного!

Никакой тенденции в выборе целей, мест и способов покушений мне также выявить не удалось. Я копнул глубже и изучил все резонансные происшествия с одаренными аристо за последние десять лет с тем же результатом, точнее, с полным его отсутствием. У меня даже нет уверенности, что все эти события — наших рук дело.

Ясно лишь одно: кто-то планомерно и равномерно выкашивает немногочисленные ряды Великих Родов России. Версия, что за убийствами и покушениями стоят враждебные нам Темные Империи, лежит на поверхности и не требует доказательств.

Мысль, что Приют — проект и марионетка Темных не раз приходила мне в голову задолго до встречи с Шуваловым. Уж слишком она очевидна. Очевидна и бесспорна. Я даже Шефа по малолетству об этом расспрашивал, но он лишь смеялся в ответ и говорил, что любой одаренный Темный стоит десятка лучших приютских бездарей.

Либо Темные действуют нашими руками, либо — самостоятельно, но тогда они не имеют отношения к деятельности Приюта. Значит, неведомый кукловод дергает за ниточки изнутри Империи. Его цели и задачи не ясны, но в Приют он вкладывает огромные деньги. Я даже представить не могу, во сколько обходится содержание и прикрытие организации, подобной нашей. Миллионы и миллионы целковых, не иначе!

Вопрос, зачем растить нас в течение десятка лет, а затем отправлять на верное самоубийство тоже остается открытым. Возможно, поголовная гибель выпускников Приюта, о которой мне сообщил Шувалов — чудовищная случайность.

Еще можно предположить, что Приют — проект Тайной Канцелярии, и она зачищает поляну от неугодных аристо. Красивая версия, вот только покушение на Великого Князя не вписывается в ее рамки.

Очевидно лишь одно: я должен был стать следующим трупом, но почему-то Шувалов меня отпустил!

Вопросы и версии множатся, и пазл не складывается. Наоборот, он разваливается на глазах по мере погружения в материал. Главная же загадка — интерес Великого Князя к моей скромной персоне. Вместо того чтобы вытрясти из меня всю необходимую информацию, накрыть Приют и решить проблему раз и навсегда, старый и опытный Глава Тайной Канцелярии затеял со мной игру, полную загадок и недосказанностей!

Из глубоких размышлений меня выводит громкий стук в дверь спальни. Выключаю воду и, завернувшись в полотенце, открываю. На пороге стоят Кот и Мангуст. Взгляды исподлобья, прищуренные глаза, напряженные позы и отсутствие привычного восхищения моей рельефной мускулатурой.

— Тебя Шеф вызывает — не может по терминалу дозвониться! — цедит сквозь зубы Кот и сует руку в карман. — И забери свою поганую игру!

Он бросает мне колоду карт супер-аристо, я ловлю ее в воздухе, и полотенце падает с бедер. На мальчишеских лицах не возникает смешков и улыбок, только чистое презрение.

— Мы должны убивать аристо, а не боготворить их и подражать им! — говорит Мангуст и смотрит на меня с вызовом. — Ты — предатель, Симпа!

Пацаны разворачиваются и молча растворяются в полумраке коридора. А я остаюсь стоять в дверном проеме ошеломленный и обескураженный. Говорят, что словами младенца глаголет истина. Вот она, страшная и неприглядная! Я — предатель! Если не в действиях, то в мыслях!

На экране терминала горит несколько не отвеченных вызовов от Шефа. Сколько же я просидел в душе, пребывая в полной прострации? Одеваюсь медленно — оттягиваю момент встречи и вживаюсь в привычный всем образ беззаботного, но совершенного во всех отношениях балагура.

По коридорам Приюта я иду с приклеенной на лицо улыбкой, приветствуя каждого встречного, но в ответ получаю лишь молчаливые недоуменные взгляды. Все впервые видят выпускника, вернувшегося после Испытания, и не знают, как себя вести.

В кабинет Шефа захожу без приглашения, намеренно громко хлопая дверью. Старик смотрит на меня пристально, пронизывая острым взглядом, как энтомолог пронзает иглой пойманного в ловушку жука. Серые глаза холодны и мрачны, а губы сжаты в тонкую бескровную линию.

Скабрезным шуткам сегодня не место — я не оправдал возложенной на меня ответственности. Шувалова не убил, не умер геройски на месте преступления, а история чудесного спасения напоминает сюжет дешевого сериала на канале «Хозяюшка».

— Ты мог привести за собой хвост, Симпа! — произносит Шеф с укором и откидывается на спинку кресла, продолжая разглядывать меня сквозь полуприкрытые веки.

— Не думаю, что водолазы вели меня еще с Тверской! — дерзко отвечаю я. — Если убийцу и будут искать, то не на дне Москвы-реки, а среди послушников Храма!

— Дерзишь, значит⁈ — с подчеркнутой угрозой в голосе спрашивает Шеф, и на его высоких скулах вспухают желваки. — А должен оправдываться за провал!

— За провал⁈ — ору я, меняя местами охотника и жертву. — За то, что не сдох⁈ Не оправдал ваших ожиданий и вернулся⁈

Шеф молчит. Держит паузу, давая возможность выплеснуть гнев. Тоже замолкаю, ломая привычный шаблон общения. Лишь буравлю его полным бешенства взглядом.

— Ты хочешь честности⁈ — прерывает молчание Иван Сергеевич усталым голосом. — Наши действия — лишь часть огромного многолетнего плана, и даже я не владею всей полнотой информации. Ты должен убить Шувалова! Выживешь ты или нет — не имеет особого значения!

Шеф пристально смотрит мне в глаза и напряженно барабанит пальцами по столу, будто играя не невидимом фортепиано.

— Итак, в Шувалова ты даже не выстрелил. Покалечил нескольких охранников Шувалова, от остальных убежал по крышам, а затем свалился с седьмого этажа прямо в руки Наследников Престола…