Поворотный момент (СИ) - Осипов Игорь - Страница 72

А ещё можно было не сомневаться, что пиявки и кадавры зачищены под ноль.

Следом за ним вальяжно, с ноткой раздражения на лице, вошёл инквизитор.

Иван продолжал глядеть на него, ожидая развязки событий. Все что можно было, княжич сделал. Большее — не в его силах.

— Никаких передач данных не было? — осведомился куратор, скосив взгляд на джинна.

— Не было, босс.

— Все в сборе?

— Да.

— И эта космическая выхухоль тоже?

— Она не выхухоль. Она выдра, — прорычал княжич, нахмурившись и зло поджав губы.

— Мне пофиг, — произнёс, словно плюнул куратор.

— Она здесь, босс, — кивнул джинн и добавил: — Я блокировал пространство. Никто никуда не денется.

— Замечательно, — победоносно улыбнулся куратор и присел на корточки рядом с Иваном. — Вот, зачем ты полез не в свой огород? Бегал бы на побегушках, горя бы не знал.

— А не надо было мне хрень в уши вворачивать.

Куратор улыбнулся шире и встал. Заговорил. И с каждым словом в голосе добавлялось острой, как битое стекло, ненависти.

— Знаешь, сколько времени я ухлопал, чтоб создать эту станцию. Чтоб наладить нужные связи. Чтоб оставаться в тени. Это вам, князьям, все даётся на блюдечке. А я сам! — Он перешёл на крик. — Я сам все делал! Я устал видеть ваши чванливые рожи! Кланяться! Знаешь, сколько вампиры заплатили за твою купеческую сучку⁈ Миллион золотом! Этого хватило, чтоб покрыть все убытки и подготовить тёплое местечко, чтоб отдыхать до конца дней! А жрецы спесивых старых божеств? А пиратский анклав⁈ Им нужно новое оружие для разборок между собой за миллиардные чёрные рынки! Кадавры! Идеальные солдаты! Даже эти пиявки — тоже оружие!

Куратор ухмыльнулся.

— Но сейчас придётся залечь.

Он обернулся на джинна.

— Зачисть здесь всё.

— Босс… — протянул громила.

— Ах да. Желаю, чтоб ты зачистил все следы, — брезгливо проронил куратор.

Иван внутренне сжался, помня, как легко был уничтожен круизный лайнер.

Джинн закатил глаза и несколько секунд молча стоял. Каждое мгновение ожидания отдавалось болью в висках княжича.

— Босс. Желание невозможно выполнить.

— Что⁉ — сразу сорвался в крик инквизитор. — Ты что несёшь⁈ Зачищай!

— Материалы допроса уже в сети.

— Ну так удали!

— Из облачного хранилища царской навигационной службы? Не получится. Это невозможно даже джинну.

Куратор побелел. Самым натуральным образом — как мел.

Глаза забегали. Губы затряслись.

Джинн тоже нахмурился, глядя в пол. И судя по выражению лица, мысли у него были не хорошие. Глубокие. Смутные.

А инквизитор набрал в рот воздух и закричал:

— Я желаю, чтоб они умерли!

Джинн виновато улыбнулся, посмотрел на Ивана и ответил:

— Они рано или поздно всё равно умрут. Они смертные, даже выдра. Это желание засчитано в копилку исполненных. Акт выполненных работ подпишете?

— Ты дебил⁈ Я желаю, чтоб они умерли прямо сейчас!

Джинн поднял руку и извлёк из воздуха пистолет с глушителем, который протянул куратору.

Инквизитор уставился на оружие, как на ядовитого паука. Но потом схватил и прицелился в княжича.

— Это бунт? Но с тобой я позже разберусь, — проронил он через плечо в сторону своего потустороннего помощника и подался ближе к Ивану: — Сначала прикончу тебя, княжеский выродок. Сопляк, а столько нервов попортил.

Куратор не нажимал курок, глядя Ивану в глаза и наслаждаясь моментом.

— Боишься?

Иван покачал головой, хотя у самого во рту пересохло.

— Врёшь. Ты боишься. Я же вижу.

Инквизитор начал медленно надавливать на спусковой крючок.

Грохотнуло, как не бывает при стрельбе с глушителем, тем более, таким дорогим. Причём, грохотнуло очередью. Княжич не сразу понял, что произошло, а куратора откинуло к стенке. Кровь забрызгала все стены и людей.

В помещении встал свист уходящего в вакуум воздуха.

Уши заложило, а потом джинн закатил глаза, и свист прекратился. Из динамика послышался голос Потёмкина:

— Живы?

— Да, — коротко ответил Иван и посмотрел на помощника мёртвого инквизитора. — Почему ты помог?

— Не только у смертных есть инстинкт самосохранения. А продолжать проигранную битву — удел фанатиков. И эту битву ты выиграл, — пробасил джинн, улыбнулся и развёл руки: — К тому же, я теперь свободен.

Он закатил глаза и исчез, как исчезала Нулька. По ушам ударил хлопок воздуха, сомкнувшегося на опустевшем до состояния вакуума пространства.

Рядом раздался голос Тона:

— Я вааще ничего не понял. Кто кого и как победил. Почему он умер? Что дальше?

В наушнике заговорил Потёмкин:

— Скажите спасибо Михаилу и его тяжёлому пулемёту, пули которого насквозь пробили стенку. Я наводил.

— А если бы вааще станцию насквозь⁈ — воскликнул панк.

— Всё пучком, я рассчитал! — вмешался в разговор Женёк.

— А дальше?

— Дальше домой, — устало ответил княжич и пояснил: — На Землю.

Эпилог

Солнце. Море. Горячий песок.

Лёгкий солёный ветер обнюхивал и облизывал сырым языком развалившихся на пляже людей.

Иван лежал молча, закрыв глаза и наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Рядом, на большом и ярком махровом полотенце, валялась на животе и шевелила загнутыми ногами Нулька, которая сотворила себе пёстрый купальник.

Прямо возле лежбища корабельной феи стоили слегка вкопанные в песок позолоченные часы с кукушкой. Как говорится, князь обещал — князь сделал. И хотя чисто золотых не нашлось, сусальное золото тоже выглядело неплохо, сверкая в лучах солнца. Нулька отказалась расставаться с часами и потащила с собой.

Потёмкин жарил на мангале шашлыки — невиданная роскошь для перенасыщенной синтетическими продуктами матушки-земли. Да и за сто индивидуальных квадратных метров песка у самой кромки воды пришлось вывалить хорошую сумму, но оно того стоило.

Петрович и Варвара Васильевна ели мороженое.

Навигатор плавал в ласковых волнах.

И только Женёк, как настоящий андроид, притащил на пляж игровую приставку и резался в какую-то старую игруху.

Впрочем, не бросили и помогавших панков. Тон взял время на размышления, остаться ли на «Синей птице», но на свежий воздух выбрался. Здесь была и Розка. Диафрагмы ее дешёвых синтетических глаз на ярком свету почти закрылись, оставив лишь узенькую точку.

— А я чё-та не понял, — начал Тон принюхиваясь к ароматному мясу, — а как можно залить видюху в облако, если джинн сказал, что исходящих сигналов не было?

Петрович оторвался от мороженки и заулыбался, словно чеширский кот из старой сказки.

— У нас Нулька была на низком старте. Как только скинули на флешку, она стартанула до Проксимы. Флешка не звездолёт, и даже усталая богинька не надорвалась бы.

— Ну так джин же сказал, что выдра на месте! — выпучил глаза панк.

— Та да не та. Он искал выдру, выдру и нашёл, но другую.

— А чё, ещё одна есть?

— Искать надо умеючи, — усмехнулся капитан, — мы тоже не просто так штаны на «Птице» протирали. Нулька кликнула подмогу. Подмога отозвалась. Еле успели.

Тон кивнул, сделав вид, что понял, но по глазам видно, что ничего не понял.

Помолчав минуту, он продолжил расспрос:

— А эта, Фёкла, кажи́сь. Вы же именно ее хотели тогой… выручить. Чё с ней?

Иван вздохнул и ответил:

— Ну, это уже не наши проблемы, но я разговаривал с купцом Карасёвым, её папенькой, дочка нашлась живёхенькой у вампиров. Главное, он за меня досрочно выплатил кредит за «Синюю птицу» и разорвал помолвку. Бурчал, что Фёклу надо вернуть в мою команду для полного перевоспитания, но я не согласился.

Снова все замолчали, слушая крики чаек, плеск волн и визги купающихся детей.

Наслаждались спокойствием и свободой.

Беззаботностью.