Русский волк (СИ) - Астахов Андрей Львович - Страница 87

- Мне это не нравится, - шепнула Беа.

- У нас нет выбора, - ответил я.

- У вас действительно нет выбора, - сказал Кэардин с самой многозначительной усмешкой. – Вы гости на землях Эльмарна, и гости незваные, хоть и близкие нам по крови. Обычно мы не церемонимся с такими как вы бродягами, но в этот раз его светлость решил сделать исключение. Так что благодарите дука за милость и не вынуждайте меня браться за оружие.

- Что-то мне твой тон не нравится, любезнейший, - с самой мрачной миной заявил Каз.

- Мы поедем вперед, - сказал Кэардин, не обратив на двайра никакого внимания. – Караван никуда не денется, а нам надо спешить. Его светлость не любит ждать.

- Хорошо, - решился я. – Будь по-твоему. Но у нас обязательство перед караванщиком сопроводить его до Эльмарна. Мы не можем его нарушить.

- Меня мало волнуют твои обязательства, чужак, - ответил эльф, - но если ты дал слово, выполни его. Хорошо. Мы поедем все вместе.

Зарашт, слышавший мой разговор с Кэардином, был обрадован. А вот я особой радости что-то не ощущал. Видимо, я со товарищи зачем-то понадобился правителю Эльмарна, только вот зачем? Варианты ответа могли быть самые неприятные.

И еще, я заметил, что Кэардин и Эйтан обменялись весьма недружелюбными взглядами. Похоже, эльфы Эльмарна и эленширцы друг друга недолюбливают. Опять же непонятно, почему.

- Древнее высокомерие себя не отжило, - пояснила мне Беа. – Эльмарнские эльфы принадлежат к клану Гилшир, некогда правившему Элайей. Они считают себя истинными потомками Элайи, единственными хранителями ее наследия. Все остальные сиды в их понимании – дикари, утратившие связь с древней родиной. Во время последней войны дук Граэм не послал на помощь Эленширу ни единого воина. Заявил, что гилширский ястреб не пойдет в бой под водительством косули из дома Окойн. Эленширцы расценили это как удар в спину, как предательство. Нет между сидами единства.

- Сукин сын, - сказал Каз, поглаживая рукоять своего пернача. – Встретились бы мы в бою, я б ему показал!

- Мне вот интересно, как он узнал о нас, - произнес я, наблюдая за стоявшими в отдалении эльфами. – И чего вообще он от нас хочет.

- Это может быть ловушка, - нахмурился Эйтан.

- Может быть, - согласился я, - но драка нам совсем ни к чему.

- А я бы подрался, - заявил двайр. – Мой Игвард давно не пил ничьей крови, а уж тем более благородной крови гилширцев!

- Слышь, Козырин, - я с недавних пор начал называть коротышку на русский лад, поскольку полное имечко «Казеренготтвер» у него было довольно-таки заковыристое, а обращение «Каз» почему-то заставляло двайра сердито сопеть и хмурить брови, - давай договоримся, что ты никого не задираешь. Попробуем решить проблему дипломатическими средствами.

Алмут вздохнул и убрал ладонь с рукояти булавы.

- Едем, - я ударил коня пятками и поехал к эльфам. Караван немедленно двинулся вперед, и мы пересекли границу земель Эльмарна.

***

Беннон Чард положил на стол свиток с золотой гербовой печатью. Маг развернул его, прочитал, после чего взял перо и подписал крупными печатными буквами: «РОГЕР»

- Все сделано, мастер, - сказал Чард, забирая свиток. – Теперь будем ждать ответа короля Авреля.

- Не будем, - произнес Белеш. – Не имеет значения, что ответит нам король сидов. Нужно готовиться к битве. Наши враги все ближе к Вингомартису.

- Это точно?

- Я чувствую это. Ты принял меры?

- Конечно, мастер. Маги Анги-Шан ручаются, что смогут открыть в Вингомартисе четыре портала одновременно и перебросить через них необходимые силы для битвы.

- Хорошо. Я доволен тобой, Беннон.

- Реин Бьешем сегодня сообщил, что подготовительные работы в Драконеуме закончены, - продолжал глава Круга, - и мы можем приступить к исполнению нашего плана. На завтра я назначил заседание большого Совета Круга. Его величеству необходимо присутствовать на нем.

- Его величество будет присутствовать, - Белеш усмехнулся. – И одобрит заготовленный нами проект постановления. Мне не терпится поскорее вернуть свою мощь. Я слишком долго был слаб.

- Я уверен в нашей победе, мастер.

- Я тоже, - Белеш протянул руку, и Беннон Чард почтительно ее поцеловал. – Никогда еще я так не жаждал победить.

Глава 42

ЭЛЬМАРН (продолжение)

***

Прими силу Крови, собрат мой, прими, как дар чудесный и драгоценный. Выпей ее, и почувствуй, как меняется душа твоя, как оживает тело твое, как светлеет сознание твое. Ты станешь другим, собрат, ибо сила Крови, Караф-Блиан, животворящая и очищающая, изменит тебя. Ни время, ни смерть, ни тление не будут над тобой властны, ты преобразишься, чтобы и дальше ходить путями Истины и Познания. Прими силу Блиан, собрат мой, и живи вечно!

(Фрагмент из древнеэлайских Проклятых свитков)

***

Эльмарн впечатлял. Даже очень впечатлял, особенно издали. Опоясанный стенами из темного гранита, он казался органичным продолжением горы, на которой был некогда построен. Узкие зубчатые шпили его дворцов и башен, казалось, касаются рассветного неба и облаков, повисших над вершиной. Впрочем, когда мы подъехали ближе, к главным воротам, я заметил, что мощные стены города сильно потрепаны временем и давно не чинились. Настолько давно, что в трещинах между гранитным блоками успели вырасти не только плети плюща и шапки изумрудно-зеленого мха, но даже молодые деревца. Тем не менее, древняя эльфийская крепость выглядела несокрушимой. Я подумал, что такую вот сложенную из гранитных блоков стену высотой в пятнадцать метров и толщиной метров в шесть, не меньше, не взять даже общим бортовым залпом какого-нибудь линкора «Миссури», не то, что средневековыми таранами и прочими примитивными девайсами. С другой стороны, стражи на стенах и за воротами оказалось неожиданно немного – нас встретил с десяток солдат в длинных кольчугах мелкого плетения и в крылатых шлемах, вооруженных короткими копьями и большими составными луками. В глазах эльмарнцев я не заметил ни интереса к нам, ни симпатии.

По приказу Кэардина солдаты приняли наших лошадей, и конюший правителя заявил, что дальше мы пойдем пешком до самой резиденции дука Граэма. На ашархандских караванщиков приглашение не распространялось, и поэтому Зарашту пришлось рассчитаться с нами на месте, после чего мы расстались. Удивительно, но ашархандец без всяких напоминаний и уточнений отсчитал не только десять дирамов условленной платы за охрану, но еще и столько же для Каза, и наш бравый гном прямо светился от счастья.

- Да я богач, прокляни меня Огонь! – радостно рыкнул он, когда Беа вручила ему деньги. – Эх, и погуляю я на эти денежки в Варат-Кеше!

- Если мы туда доберемся, - заметил Эйтан самым мрачным тоном. - До Варат-Кеша далеко, а до замка правителя близко.

Эйтан ошибся: идти пришлось долго, причем все время в гору, что было утомительно. Пришлось пересечь едва ли не весь Эльмарн – цитадель и замок Граэма находились в северной части, а мы въехали в город через южные ворота. Мы шли по узким темным улицам города, между старинными двух- и трехэтажными домами, сложенными из обтесанных гранитных глыб. Глядя на эти дома, я сразу вспомнил фотографии, которые показывал мне мой приятель Валерка, побывавший в Перу – на них были здания, построенные на фундаментах древних храмов инков. Примерно то же самое я видел сейчас в реале. Постройки выглядели очень старыми, но весьма ухоженными: было видно, что хозяева постоянно подновляют фасады. Над некоторыми домами возвышались каменные колонны с установленными на них статуями драконов, гарпий и прочих существ. Ранние прохожие кланялись, приветствуя Кэардина его людей, и проходили мимо, окинув нас любопытным взглядом. В большинстве своем это были женщины разных возрастов, одетые в длинные платья и накидки, похожие на пончо; некоторые вели за руку маленьких детей. Потом мы вышли на большую, освещенную утренним солнцем овальную площадь со скульптурной группой в центре, по которой гулял холодный горный ветер. Несколько нищих, пристроившихся было на площади, заметив Кэардина и его воинов, тут же порскнули в темные переулки, но эльфу не было до попрошаек никакого дела. Я же обратил внимание на украшавшую площадь скульптуру, изображавшую трех воинов в причудливых доспехах – один из них держал знамя, второй меч, третий указывал рукой вперед на какую-то воображаемую цель. Не удержался и спросил у Кэардина, кому памятник.