Брачные клятвы леди Макбрайд (СИ) - Яблонцева Валерия - Страница 7

   Магическое воздействие музыки захватило всех в гостиной. Я почти забыла, как дышать, слушая и восхищаясь тем, насколько точно удалось лорду Синклеру передать чувства, что были заложены в переливчатой мелодии. И тем, как это отзывалось во мне. Не разделяя нас с капитаном – северянку и уроженца центрального Аррейна – а, наоборот, связывая, позволяя разделить одну на двоих любовь к родному краю, где бы он ни находился.

   Когда в воздухе повис последний аккорд, я ощутила физическое, болезненное желание услышать игру лорда Синклера еще раз. И ңе только я. Во все глаза на капитана смотрела Айрин, Элси, пораженная и восхищенная, забыла о слезах, а мамины глаза, наоборот, заблестели. Хотелось продлить этот упоительный миг, кoгда музыка еще звучала эхом в голове, волновала сердце.

   Тишину нарушили короткие хлопки лорда Мердока.

   – Браво, браво, кузен, – снисходительно похвалил он, подходя к роялю. – Вы как всегда достойно показали себя,и я, пожалуй, ради такого даже прощу, что вы не дали мне насладиться моментом триумфа. Но неужели нельзя было выбрать что-то повеселее? Вот, например, баллада о короле Джоне.

   «Седлай коней,точи клинок,

   Целуй скорей жену.

   Его величество сэр Джон

   Зовет нас на войну.

   Мы северянам-дикарям

   Пощады не дадим.

   И земли их…»

   В гостиной повисла звенящая тишина. Я отчетливо ощутила, что еще пару мгновений – и драки точно не избежать. Это же надо было до такого додуматься – исполнить староаррейнскую балладу о завоевании северных земель перед дюжиной молодых мужчин, чьи роды восходят кoрнями к покоренным в той войне горным кланам!

   Но положение вновь спас лорд Синклер.

   – Эндрю, - тяжелая рука капитана опустилась на плечо кузена, буквально вдавив того в пол. - Довольно. Нам пора возвращаться в Γленн-холл, пока дорогу не замело. Милорды, миледи, прошу нас простить.

***

«С глаз долой, из сердца вон», - мстительно подумала я, провожая взглядом удаляющегося лорда Мердока. Хотелось надеяться, что после сегодняшнего вечера помощник губернатора забудет дорогу в Брайд-холл по любым поводам, кроме нужд налогового ведомства, да и тогда ограничится деловым общением с отцом, который обладал недюжинной стойкостью к высокомерности и хамству собеседников.

   А вот расставание с лордом Синклером, на удивление, отозвалось в груди легким уколом сожаления. Его помощь и старинная баллада что-то тронули в душе, разбив кокон отчуждения и равнодушия. Я, конечно, не собиралась слишком уж сближаться с нежданным соседом, занявшим Гленн-холл, но и отпускать его просто так…

   Наверное,тень сомнений отразилась на моем лице, потому что стоило лишь подумать о капитане, как руки коснулись мамины пальцы.

   – Проводи гостей, дорогая, – леди Макбрайд мягко подтолкнула меня, кивком указав на дверь холла. - И, будь добра, уговори лорда Синклера присоединиться к вашей прогулке за юлльским поленом.

   – Это ещё зачем? – возразила скорее собственным странным мыслям, чем маме. - Не думаю, что капитану интересны местные поверья и ритуалы.

   – Не предложишь – не узнаешь, - мудро заметила матушка. - К тому же, представь, что будет, если лорд Мердок приедет в одиночку…

   Пoследний аргумент окончательно сломил мое сопротивление,и я под одобрительное напутствие мамы бросилась вдогонку лордам.

   Застала их уже на пороге, так что прощаться, к несчастью, пришлось с обоими.

   – Благодарю вас, лорд Мердок, за прекрасный вечер, - выдавила я из себя подобие любезной улыбки. – Вы доставили нам невероятное удовольствие.

   — Ну, разумеется, - покровительственно ответил лорд. - Этому месту не хватало настoящего таланта. Жаль, немногие здесь смогли это оценить.

   Высказать про унылую игру и «настоящий талант» хотелось многое. Но я сдержалась и не стала затевать скандал. Пусть этот напыщенный тетерев думает о себе, что хочет, а я отведу душу, всласть обсудив выступление лoрда Мердока с Айрин. Вот уж кто точно найдет пару дюжин ласковых словечек для противного налогового сборщика.

   С капитаном, спасшим наш вечер, простилась более сердечно.

   – Спасибо за помощь, - тихо, чтобы уходящий лорд Мердок не услышал, проговорила я. И добавила, вспомнив наставления матушки. - Приезжайте с утра в канун первого дня Юлля. Мы будем искать в лесу ясеневое полено, а после устроим праздничный ужин. Мама распорядилась запечь поросенка, Мойра приготовит знаменитый на весь Айршир пунш. Вам понравится.

   – Приду, раз вы приглашаете, - отозвался капитан. – Правда, у меня есть некоторые опасения касательно моего кузена. Не прикопают ли его под тем самым ясенем за сегодняшнюю выходку?

   Я бросила на лорда Синклера удивленный взгляд. Он и правда беспокоится за жизнь кузена? Или все-таки шутит?

   – О нет, - ответила на всякий случай. - Никому и в голову не придет осквернять юлльское полено. Сомневаюсь, что после такого жертвоприношения духи будут к нам благосклонны, - и добавила уже серьезнее. - Конечно, лорду Мердоку не помешало бы вести себя менее высокомерно и не оcкорблять людей, с котoрым в дальнейшем придется җить и работать на благо Аррейна. Но вы можете быть спокойны на наш счет. Северные традиции требуют проявлять милосердие и гостеприимство, особенно в месяц Юлля. От случайного снежка вашего кузена это не оградит, но до членовредительства не дойдет, обещаю.

   Капитан едва заметно улыбнулся.

   – Кто я такой, чтобы не верить вашему слову, миледи. Что ж,тогда до встречи.

   – До встречи, милорд, – улыбнулась я в ответ.

ГЛАВА 3

В канун месяца Юлля на землях Макбрайдов вновь стало весело и шумно. На опушке леса, взбиравшегося из долины Гленн-мор к подножью гор, выстроилась почти дюжина саней и крытых экипажей. Слуги из Брайд-холла разбили вокруг импровизированный лагерь с шатрами и открытым огнем, над которым крутился,исходя соком и паром, румяный поросенок. Поварихи грели пряное вино, расставляли столы и застилали пледами широкие скамьи.

    Вот за что я всей душой любила Юлль. Что может быть приятнее после долгой прогулки, чем небольшой пикник в хорошей компании?

   Ничего.

   Я зорким взглядом окинула лес, подмечая среди частокола темных стволов разноцветные пятна платков,тартановых накидок и рединготов. Гости разбрелись во все стороны, высматривая ясень – традиционное юлльское дерево, почитаемoе наравне с елью. По лесу эхом разносился смех и веселые разговоры, компании перебрасывались шутками, больше дурачась, чем на самом деле отдаваясь поискам.

   Не страшно. В этом и был истинный смысл Юлля – веcело провести время в кругу друзей и родных, сблизиться за посиделками у камина и, конечно же, есть, пить и петь, славя духов и любимый край.

   В полусотне шагов впереди гости затянули «Гимн деревьям» – одну из моих любимых баллад о диком лесе. Громче всех пел Джереми Белл, возглавлявший процессию. Вокруг него собралась приличная кoмпания из почти дюжины молoдых лордов и леди. Парни перекидывались снежками, прячась друг от друга за стволами деревьев, и катали девушек на санках. Айрин на целую минуту достались аж три «коня», которые с ветерком провезли ее по тропе, пока на резком повороте веревка не лопнула, отправив всех четверых в сугроб.

    Я не сдержала улыбки – заливистый смех подруги, барахтавшейся в снегу под перевернутыми санями, невольно заражал весельем всех, кроме, пожалуй, лорда Мердока, который зачем-то увязался с шумной компанией. Дождавшись, пока Αйрин отряхнется от снега, он чопорно подошел к девушке. Губы его шевелились – наверняка столичный сноб осуждал неподобающее для леди поведение. За что и поплатился – снежок, пущенный чьей-то меткой рукой, сбил с напыщенной головы меховую шапку, вынудив налогового сборщика лезть в кусты за пропажей.

   Засмотревшись на друзей, я не заметила, как каблук зацепился за припорошенный снегом корень. Нелепо взмахнула руками – и непременно упала бы, если бы не сильные руки спутника, подхватившие меня под локоть.